Екатерина Шульман
о новой роли
российского парламента

Все хорошо, надо потерпеть

Медведев не представил ни серьезной оценки кризиса, ни плана выхода из него

Петр Орехин 11.12.2014, 01:53
__is_photorep_included6336249: 1

В большом итоговом интервью глава кабинета министров Дмитрий Медведев сделал несколько заявлений, которые говорят о том, что он либо не совсем верно оценивает сложившуюся в экономике ситуацию, либо успокаивает своих слушателей, сознательно замещая оценку ситуации словами, общий смысл которых сводится к тому, что сейчас россиянам нужно «потерпеть» и «подождать».

Пожалуй, едва ли не самым откровенным было признание, что, «строго говоря, мы не выходили из кризиса 2008 года в полном объеме».

Это действительно так. До 2009 года российская экономика несколько лет росла темпами 4,7–10% в год, затем был спад на 7,8%, а потом минимальный рост, который постепенно сходил на нет (с 4,5% в 2010-м до 1,3% в 2013-м).

Каждый раз власти говорили, что и это хорошо, пусть немного, но экономика растет.

Даже сейчас Дмитрий Медведев заявил, что «и все же в этом году мы, несмотря ни на какие условия, смогли выйти на положительный результат». «У нас по итогам года будет прирост ВВП, что на самом деле действительно важно, особенно если сравнивать ситуацию с другими странами», — добавил он.

Если посмотреть квартальные данные по ВВП, очищенные от сезонности, которые дает Минэкономразвития, то там квартал к кварталу идет нулевой рост, а первый квартал к четвертому кварталу прошлого года — минус 0,5%. Это достижение?

Рост ВВП России, согласно уточненному прогнозу Минэкономразвития, в этом году ожидается на уровне 0,6%.

«Ноль шесть» — это не рост, это стагнация. Особенно для России. У той же Германии, которая, как уверяют кремлевские эксперты, сильно пострадала от взаимных санкций, рост экономики в этом году ожидается на уровне 1,2%. Об этом, собственно, сам премьер и рассказал журналистам. Да и экономика Франции, которую он помянул, находится в несколько ином состоянии по сравнению с российской.

В сущности, по словам Медведева получалось, что единственное достижение — сбалансированность бюджетной системы. Однако и она была достигнута все же не титаническими усилиями правительства, а высокими ценами на нефть в первой половине года (в среднем $105 за баррель), за падением которых последовала масштабная девальвация рубля. Только за январь — октябрь рубль потерял к доллару 32,6%, а в ноябре — декабре падение ускорилось. Слабый рубль компенсировал для правительства упавшие цены на нефть и помог сохранить объемы поступлений от экспорта.

Премьер-министр заявил, что пока правительство не корректировало сценарии и бюджет.

Бюджет на ближайшие три года парламент и правда принял на основе нескорректированных параметров прогноза — слишком высокой цены на нефть ($100 за баррель), низкой инфляции (5,5%) и так далее.

Но Минфин уже готовит сокращение бюджетных расходов на 5–10%, а Минэкономразвития пока не пересчитало сценарные условия, но скорректировало прогноз на этот и следующий год. В нем, напомним, ожидается рецессия на 0,8% ВВП и инфляция 7,5%.

Мало того, правительство де-факто приостановило на следующий год реализацию указов президента в части повышения зарплат врачам и учителям. Разве премьер-министр этого не знает?

«Если будут меняться существенно экономические условия, нам придется пересматривать и сценарные условия и в конечном счете принимать решения по бюджету. Но пока мы этого не делаем», - сказал он. А может, пора хотя бы это прорабатывать и выносить на публичное обсуждение, чтобы впоследствии не ставить граждан страны перед свершившимся фактом сокращения выплат, социальных расходов и снижения налоговых поступлений?

Отдельная история — оценка Дмитрием Медведевым девальвации рубля и ее влияния на население.

«Здесь точно не нужно из этого устраивать какой-то такой особой истерики, что называется, здесь нужно просто набраться терпения и посмотреть на то, каким образом развивались события в похожей ситуации. Я напомню, что происходило в 2008-м, 2009 году, когда произошло довольно существенное ослабление рубля. Часть наших людей побежала в обменники, естественно, для того, чтобы как можно быстрее конвертировать рубли в другую валюту — в доллары, в евро. Но впоследствии произошло укрепление рубля, причем где-то приблизительно тоже на 25–30% против тех значений, которые были достигнуты на пике ослабления рубля в 2009 году, и те, кто переложил свои накопления в доллары, в другую валюту, просто потеряли деньги», — сказал он.

Видимо, память у премьера короткая. В 2007–2009 годах рубль начал путь вниз с уровня 23–24 руб. за доллар и упал до 36 руб. Потом был отскок до 31 руб. Но к прежним уровням российская валюта так и не вернулась. Равно как не вернулась она ни в 1999-м, ни в 2000-м и вообще ни в каком другом году к додефолтным 6 руб. за доллар…

Сейчас люди уже без всяких советов хранящего в рублях сбережения Медведева ринулись в обменники. В первый пик ослабления рубля — в марте этого года и в октябре, когда началась новая волна девальвации, население покупало примерно по $7–8 млрд. Только за январь — август, по оценкам ЦБ, люди приобрели $44,6 млрд. А за год выйдет еще на пару десятков миллиардов больше.

Кроме того, нынешний кризис по своим причинам, структуре и последствиям кардинально отличается от кризиса 2007–2009 годов, и премьер должен знать, что такого кризиса, как надвигающийся, Россия в своей новейшей истории еще не переживала. Поэтому

в данной ситуации премьерский призыв «потерпеть» выглядит больше как насмешка.

Бюджетникам правительство в следующем году проиндексирует зарплату на 5,5%, а остальным должны сделать это «сами работодатели». Последние в условиях рецессии зарплату повышать не будут, это очевидно. Попросту не смогут, если захотят сохранить бизнес.

Реальные располагаемые доходы населения, по оценке Минэкономразвития, в следующем году упадут на 2,8%. Инфляция в этом году составит около 10%, а продукты подорожают еще сильнее. «Надо потерпеть».

Самое неприятное в выступлении Дмитрия Медведева — часть про санкции и наш ответ на них.

Не надо ждать, что мы наладим импортозамещение за полгода, на это уйдет несколько лет, говорит он. Зато на полках в магазинах только отечественные продукты. Конечно, импорта ведь уже нет. «Мы способны в среднесрочной перспективе полностью уйти от ненужного импорта. Но еще раз говорю: никто никогда не говорил, что мы за полгода переориентируем наше сельское хозяйство всецело на российского производителя. Но, согласитесь, плюс уже в том, что в настоящий момент везде, по всей стране наши полки, полки наших магазинов заполнены все-таки российскими товарами», — заявил он.

Хочется спросить: господин премьер-министр, зачем вы вводили продуктовое эмбарго, не имея внятного плана действий в такой ситуации? И второй вопрос вдогонку: где сейчас эта новая экономическая политика для новых условий? Где программа? Где стимулы для экономики? Почему премьер-министр до сих пор говорит, что их надо разработать? И вслед за президентским посланием повторяет планы, которые звучали и десять лет назад, однако почему-то так и остались планами за это время.

То же самое относится и к улучшению инвестиционного климата. Улучшайте его, это ваша прямая компетенция! Тогда и интервью журналистам будет выглядеть не только как стилистический идеологический прорыв с острыми вопросами, но и как реальный деловой разговор с представителями общества о проблемах и готовности исполнительной власти попытаться их решить.