«Ни Васильевой, ни кому другому не желаю там оказаться»

В СИЗО «Печатники», где будет отбывать наказание Евгения Васильева, нет ВИП-камер, душа — нет, баня — раз в неделю

Елизавета Маетная, Владимир Дергачев, Андрей Винокуров 08.05.2015, 17:24
__is_photorep_included6678757: 1

Приговор с реальным отбыванием срока Евгении Васильевой стал неожиданным не только для обывателей, но и для экспертов. «Газета.Ru» выяснила, где и как будет сидеть экс-чиновница Минобороны и почему прокуратура просила условный срок, а в итоге ей дали все-таки реальный. Срок Васильевой, если его не изменят во второй инстанции, истечет в ноябре 2017 года. Два с половиной года, проведенных дома, тоже пошли в зачет.

«Конвой для Васильевой был готов заранее, они только ждали, когда судья незаметно нажмет на кнопку, чтобы арестовать ее в зале суда», — рассказывает информированный собеседник во ФСИН. Реальный срок для экс-начальницы департамента имущественных отношений Минобороны России и арест в зале суда стали полной неожиданностью как для самой обвиняемой и ее защиты, так и для миллионов простых россиян, следивших два с лишним годом за ходом самого расследования и судебными заседаниями. После восьми лет условно, запрошенных прокурором, казалось, что реального срока не может быть в принципе, поскольку по статистике судья дает чуть меньше, чем просит прокурор.

Впрочем, источники «Газеты.Ru» в силовых структурах говорят, что восемь лет условно — это был заранее продуманный шаг.

«Чтобы все сначала обалдели от несправедливости, а потом, накануне Дня Победы, выдохнули спокойно: все в порядке, красть нельзя, справедливость восторжествовала, «Васильева на нарах!» — объясняет он. — Второе дело на 36 млрд руб. тоже будет, и Васильевой еще добавят, так что пару лет как минимум посидеть не дома, а в тюрьме ей все-таки придется».

Евгению Васильеву привезли в «Печатники», это единственный женский изолятор в Москве. Здесь она будет дожидаться вступления приговора в законную силу. По сравнению с мужскими СИЗО условия там лучше, замечает Владимир Осечкин из «Гулагу.NET», но все равно далеко не райские.

«Для жительницы элитной квартиры в Молочном переулке это будет настоящим психологическим ударом, уж поверьте,

— говорит Осечкин. — Но эти условия все равно «плюшевые» по сравнению с теми, что будут у нее на зоне».

Татьяна Сухарева, обвиняемая, как и Васильева, по ч. 4 ст. 159 УК РФ, восемь месяцев пробыла в «Печатниках» и в подробностях рассказала «Газете.Ru» про эти «плюшевые» условия.

«ВИП-камер в «Печатниках» точно нет: или на 50 человек, или на 12. В камере на 50 человек туалет общий, душа нет, зато есть телевизор, — вспоминает она. — В камере на 12 человек даже телевизоры не везде, мыться негде, есть баня раз в неделю». Есть, правда, и камеры на четверых, т.н. карантинные.

«Туда отправляют за нарушения или если Васильева, как я, вдруг объявит голодовку, — говорит Сухарева. — Я в таком «карантине» провела неделю. Температура все время была отрицательной, в итоге простудила почки и заработала серьезное заболевание.

Обращаются с женщинами очень грубо, могут на прогулке «забыть» на три часа, со мной такое было. Есть и просто уроды, которые обожают унизить тебя, больше всех зверствует оперативница по кличке Рысь. Ее любимое развлечение — загнать женщину на гинекологическое кресло, чтобы «поискать» там мобильник.

Мобильников, кстати, в этом СИЗО у арестанток нет, и этот «загон» в кресло выглядит тем более унизительно. Из врачей есть только гинеколог и психиатр, других нет.

Ни Васильевой, ни кому другому не желаю там оказаться».

Осечкин говорит, что Васильевой можно посоветовать читать побольше книг, чтобы не сойти с ума, и в случае проблем обращаться к психиатру.

«На зоне все будет еще жестче, — убежден Осечкин. — Но с учетом второго дела, которое грозит Васильевой, она там окажется еще не скоро». Адвокаты будут обжаловать приговор, судьи — заново изучать дело, и все это затянется на год-полтора, которые она точно проведет в СИЗО, считает адвокат Александр Островский.

«Два года домашнего ареста зачтут ей как годы, проведенные на зоне, что, согласитесь, совсем разные истории: шикарная квартира в центре Москвы и камера без душа на 12 человек, — говорит Островский. — А потом, глядишь, и день в СИЗО приравняют к двум на зоне, этот законопроект скоро примут. Кроме того, уже довольно скоро (надо отсидеть половину срока) Васильева начнет проситься на УДО.

С учетом второго дела, которое, возможно, все-таки будет, по УДО ее вряд ли отпустят. Так что в ближайшие годы ей придется совсем не сладко. Но вообще-то я несильно удивлюсь, если через некоторое время у Васильевой вдруг обнаружат какое-то заболевание, по которому вообще отпускают без отбытия дальнейшего срока. Хотя, с учетом резонанса этого дела, сделать липовый диагноз будет непросто».

Эксперты, впрочем, удивлены реальному приговору не меньше обывателей.

«Элите реальный срок не нужен был, так как это создает прецедент. Многие ведь работают через родню, любовниц, друзей и так далее,

— рассуждает генеральный директор Института приоритетных региональных проектов Николай Миронов. — А силовики хотели усилиться аппаратно и внутриэлитно и настаивали на реальном сроке.

В любом случае условный срок в деле Васильевой дискредитировал бы всю политику власти по борьбе с коррупцией.

Тем более что Васильева, не без помощи развернутой против нее кампании в прессе, вызывала у общества стойкое раздражение.

Она стала олицетворением воровства, нечестной, коррумпированной власти. Условный срок означал бы, что все решают деньги, связи и телефонное право, что нынешняя элита ничем не лучше советской номенклатуры.

Это ударяло бы по всей власти и лично по президенту страны, который неоднократно анонсировал борьбу с коррупцией. Но сейчас не то время, чтобы рисковать рейтингом и доверием».

Руководитель политической экспертной группы Константин Калачев считает, что финал данной «пьесы» был предсказуем. Реального срока требовала драматургия процесса. По мнению политолога, наша власть гордится тем, что исполняет волю большинства, а большинство сейчас требует справедливости и борьбы с коррупцией и злоупотреблениями чиновников, и Васильева стала своеобразным символом этих явлений. С этого момента реальный срок для нее стал неотвратим.

«Обществу преподнесли голову Васильевой на блюдечке. Можно воспринимать как подарок к 9 Мая. Публичная казнь как подарок».

При этом Калачев призывает не обольщаться. Потому что,

хотя произошедшее и можно воспринимать как сигнал того, что неприкасаемых нет, это просто может говорить о том, что власть научилась переключать внимание.

«Все ликуют, все аплодируют, зло повержено. Но вполне возможно, что просидит она где-нибудь полгода, максимум год», — рассуждает эксперт, напоминая о том, что еще будут и другие вышестоящие судебные инстанции, а также что осужденная провела 2,5 года под домашним арестом.

Телеканалы еще снимут, как она отправится на зону, будет шить там варежки, но потом мы увидим ее на свободе».

Остальным фигурантам дела «Оборонсервиса» тоже дали реальные сроки, но чуть меньше, чем самой Васильевой: 3,5–4 года.