ФСКН мигрирует в МВД

МВД планируют объединить с ФМС и ФСКН

Дмитрий Евстифеев, Анастасия Петрова 30.01.2015, 21:11
Евгений Биятов/РИА «Новости»

ФСКН и ФМС в скором времени могут перестать существовать как самостоятельные ведомства. Как стало известно, в правительстве обсуждают идею объединить структуры с Министерством внутренних дел. Причина — кадровая оптимизация для сокращения расходов. В самом МВД не возражают и указывают на то, что полицейские и так расследуют порядка двух третей всех уголовных дел, связанных с наркотиками.

Первой о возможных реформах со ссылкой на высокопоставленный источник, близкий к Министерству внутренних дел, сообщила газета «Ведомости». Официальные представители ведомств, участвующих в обсуждении этой инициативы, комментировать ее отказываются или ссылаются на то, что не осведомлены о происходящем. Однако источник в МВД, знакомый с ситуацией, подтвердил «Газете.Ru», что такие планы действительно обсуждаются — как минимум, по части слияния ФСКН и полиции.

«Понимаете, по факту МВД и так делит полномочия с Госнаркоконтролем, — указывает собеседник «Газеты.Ru». — Свыше 60% уголовных дел, связанных с наркотиками, оказываются у полицейских. Какой вывод из этого можно сделать?»

Другой источник уточнил, что подобная инициатива уже рассматривалась на обсуждениях в силовом аппарате.

«Тема поднималась еще до того, как начался кризис. Просто теперь вопрос встал ребром, и бенефициары подобного слияния активизировались», — говорит собеседник «Газеты.Ru».

Член думского комитета по безопасности Александр Хинштейн подтвердил факт обсуждения и отметил, что в числе его инициаторов — Минфин, желающий оптимизировать расходы.

«Такие предложения действительно звучат сегодня. Есть ряд аргументов, с которыми выходят представители Минфина, — рассказал «Газете.Ru» Александр Хинштейн. — Они говорят о необходимости оптимизации расходов в условиях непростой экономической ситуации. В данный момент ведется обсуждение на уровне руководителей ведомств. Прогнозировать, будут ли они (предложения. — «Газета.Ru») приняты, я не могу, поскольку решение за президентом, правоохранительные органы находятся в непосредственном его подчинении».

Из слов Хинштейна также следует, что Госнаркоконтроль не в восторге от идеи слияния и напоминает о своих заслугах.

«Есть позиция ФСКН, и она понятна. Они говорят, что результаты работы ведомства за десять лет показывают, что служба себя оправдала, — пояснил депутат. — Согласно статистике, большинство дел по составу, предусмотренному статьей 210 УК РФ (организация преступного сообщества), возбуждается именно по материалам УФСКН. Это не значит, что больше половины группировок в стране — наркомафия. Это говорит об эффективности работы ФСКН».

В целом опрошенные «Газетой.Ru» эксперты склонны положительно оценивать перспективы ликвидации ФСКН и передачи ее полномочий (и, вероятно, части личного состава) МВД. Так, председатель комиссии по общественной безопасности Общественной палаты РФ Антон Цветков указывает на то, что нынешние действия двух правоохранительных ведомств зачастую несогласованны.

«Решение о слиянии должно принимать руководство страны, но я бы такое решение поддержал, — пояснил «Газете.Ru» Цветков. — Сейчас разрозненность деятельности ФСКН и МВД имеет печальный характер. Сотрудники территориальных подразделений МВД не воспринимают борьбу с наркотиками как свою обязанностью, так как для этого есть наркоконтроль. А в ФСКН, в свою очередь, говорят, что борются только с крупными партиями».

Цветков также указал, что

МВД вполне справится с оперативной работой нынешнего Госнаркоконтроля.

«Всю оперативную деятельность, возложенную сегодня на ФСКН, целесообразно влить в подразделения органов внутренних дел. Так мы бы сняли вопрос дублирования. А профилактическую деятельность передал бы профильным некоммерческим организациям», — говорит чиновник.

Не так очевидна ситуация с потенциальным объединением Министерства внутренних дел и Федеральной миграционной службы. В отличие от полиции и Госнаркоконтроля, в своем нынешнем виде миграционная служба не занимается оперативно-разыскной деятельностью. С одной стороны, это может быть аргументом в пользу слияния: к примеру, если ФМС выявляет факты организации незаконной миграции, то обращается именно в МВД, где уже решают, возбуждать или нет уголовное дело. Из-за некоторой несогласованности уголовные дела по соответствующей статье (ст. 322 УК «Незаконное пересечение государственной границы Российской Федерации») возбуждают лишь в трети случаев. Об этом сообщал в 2013 году единоросс Михаил Старшинов, предлагая приравнять сотрудников ФМС к оперативникам.

С другой стороны, поскольку работа ФМС носит характер гражданской службы, с объединением могут возникнуть проблемы. На это указывает и Александр Хинштейн.

«ФМС на сегодняшний день последовательно проходит путь к превращению в гражданскую структуру. Более чем из 40 тысяч сотрудников всего 7 тысяч имеют специальные звания. И все они находятся в кадрах МВД, — говорит депутат. — Функционал ФМС не ограничивается правоохранительной составляющей. Гражданским людям переходить в военизированную структуру, которой является МВД, и выполнять функции, не свойственные правоохранительным органам, будет сложно».

Наконец, еще одна проблема возможного слияния заключается в том, что само МВД сейчас переживает оптимизацию и сокращение.

По словам Хинштейна, на нынешней неделе стало известно, что под сокращение попадет свыше 100 тысяч полицейских. То есть ведомство, насчитывающее немногим более 1 млн человек, лишится каждого десятого сотрудника. В настоящий момент, по сведениям «Газеты.Ru», депутаты Госдумы готовят обращение к министру внутренних дел Владимиру Колокольцеву с просьбой пояснить, как именно будет организована оптимизация. Впрочем, в любом случае слияние будет означать расширение штатов, и пока непонятно, как это будет состыковано с массовыми увольнениями личного состава.

Ясно, что окончательное решение о слиянии трех ведомств будет принимать президент, подчеркнул Хинштейн. По его мнению, вопрос требует тщательного исследования всех «за» и «против».

Во всей этой истории стоит указать и на возможного бенефециара — самого министра внутренних дел. Помимо существенного расширения полномочий ведомства, которое в настоящий момент лишается некоторых фронтов работы — подследственность по ряду уголовных статей переходит в Следственный комитет, — МВД таким образом как раз и может компенсировать сокращения, сохранив и даже нарастив свою численность.

Ранее, на заседании Совбеза в ноябре 2014 года, Владимир Колокольцев уже отстоял свои аппаратные позиции, получив «генподряд» на реализацию масштабной программы по противодействию экстремизму до 2025 года. Таким образом, были несколько развеяны слухи о грядущей отставке министра, циркулировавшие с начала минувшей осени. Нынешние новости о возможном объединении можно также рассматривать как признак укрепления позиций Колокольцева и его ведомства.

В другом углу аппаратного ринга от Колокольцева оказался нынешний глава ФСКН Виктор Иванов.

Иванов, который занимает эту должность вот уже свыше шести лет, старательно доказывает полезность своего ведомства и теперь должен приложить все усилия, чтобы сохранить ФСКН хотя бы в нынешнем виде. Речь, вероятно, уже не идет о расширении деятельности ведомства — даже в более благополучные времена Минфин, с подачи которого сейчас обсуждается слияние, неоднократно отказывал Иванову в десятках миллиардов рублей, которые тот просил на реабилитацию наркоманов.

Независимо от того, чем закончится обсуждение слияния, ФСКН, вероятно, предстоит оптимизировать штаты и сократить расходы на свои многочисленные проекты. Не исключено, что это только пойдет на пользу — в нынешнем виде ведомство регулярно подвергалось критике, в том числе за провокационные контрольные закупки, возбуждение уголовных дел на ветеринаров и торговцев пищевым маком, в то время как реальный наркотрафик в страну из соседних государств победить так и не удалось.