Жизнь после потопа

Жертвы наводнения из Ейска на Кубани жалуются на чиновничью волокиту

Андрей Кошик, Краснодарский край 20.11.2014, 15:53
Евгений Курсков/ТАСС

Ситуация на юго-востоке Украины оставила почти незаметной очередную трагедию в Краснодарском крае — в Ейском районе, как раз напротив готовящегося к обороне Мариуполя, наводнение затопило сотни домов, десятки из них оказались разрушенными. Спустя два месяца люди жалуются на пустые обещания чиновников и чехарду с документами и компенсациями. У некоторых в подвалах все еще стоит вода.

Пустые обещания чиновников, чехарда с документами и сертификаты, на которые не купить квартиру, — прошло два месяца со дня наводнения в Ейском районе Краснодарского края, но пострадавшие от большой воды до сих пор ходят по бюрократическому кругу. У одних снесли размытый дом, отказав затем в выдаче сертификата на покупку нового жилья, другие показывают трещины в стенах, через которых свободно проходит мужская рука, — дом не признают аварийным. В проблемах переживших стихийное бедствие кубанцев разбирался корреспондент «Газеты.Ru».

Наводнение пришло утром 24 сентября. Тогда штормовой ветер, достигавший 40 метров, нагнал на берег высокую волну обычно спокойного Азовского моря. В зоне подтопления оказались станица Должанская и отрезанный от «большой земли» поселок Ясенская Переправа, окраины Ейска.

Украина не предупредила

«Никакого предупреждения не было. Из дома выбирались уже по воде, хорошо — у мужа машина высокая. В начале девятого утра доехали до Дома культуры, где воды было поменьше, там одна завклубом стояла, — вспоминает день трагедии живущая в Ясенской Переправе Любовь Борисова. — Звоню в службу спасения: нас топит! Уточняют: по какой улице? Да какая к черту улица, когда весь поселок накрыло! Пообещали выехать, на этом разговору конец. Прибыли спасатели уже во второй половине дня, когда вода сошла». Блочный дом самой Любови Борисовой устоял, но треснула стена, начала проседать, да так, что перекосило сервант. В погребе вода стоит до сих пор. Компенсации по 10 и 50 тыс. руб. семья получила, сейчас ждут федеральных денег — на них поменяют пол.

Краевой штаб по оказанию помощи и сотни волонтеров прибыли на следующий же день. И к восстановительным работам у местных претензий нет.

Но все говорят, что система оповещения дала сбой, как и два года назад в Крымске.

После той трагедии, забравшей 153 жизни, губернатор Александр Ткачев потребовал модернизировать систему оповещения и создать систему оперативного мониторинга природных угроз, на что выделили около 700 млн руб.

Власти Должанской уверяют, что сирена работала. Станичники ее не слышали. Даже если она и гудела, звук просто унесло шквалистым ветром — сирены стоят на высокой части Должанской, а затопило приморские улицы.

«Через положенные радио и телевидение людей также не предупредили — проводного радио здесь уже много лет нет, а в FM-приемниках и телевизорах сигнал перебивает соседняя Украина, российские каналы почти недоступны, — пояснил предприниматель Игорь Яремченко. — Единственный официальный источник информации — районная газета накануне сообщила о проведении 24 сентября учений и проверки системы оповещения. Если бы сирена сработала, ее восприняли бы как учебную».

Загвоздка в прописке

«Вода пришла за несколько минут — рано утром дул сильный ветер, вышла посмотреть во двор, ничего не было. Вернулась в дом — выключили свет, а затем пошла волна, — рассказывает 68-летняя Нина Латынина из Ясенской Переправы. — Рот открыла от удивления, ничего понять не могу, хорошо, что в памяти вспыхнуло: схватить документы и бежать. Так и сделала. Все потом сокрушалась — пока металась по комнатам, нужно было процессор компьютера с пола на стол переставить, уцелел бы».

Пенсионерка прибежала по воде к Дому культуры, где собрались перепуганные станичники. Вспоминает, как пришла женщина с просьбой — муж неходячий дома остался. Местные ребята на лодке его вывезли.

У самой Латыниной вода поднялась на 40 см, пострадали вся мебель, бытовая техника, вещи. Когда пришли составлять акт об утраченном имуществе, каждую позицию пришлось с боем доказывать.

Но даже первые компенсации по 10 и 50 тыс. женщина еще не получила — в администрации сказали, что она не сдала заявления.

Нина Ивановна уверяет, что уже писала их. К слову, на утерянные документы жалуются многие пострадавшие. По их словам, чиновники затягивают выплату компенсаций, говоря, что сданных ранее заявлений и копий актов у них нет.

Придрались и к отсутствию прописки. Нина Латынина собиралась продавать дом, временно прописалась у подруги в той же станице. Факт проживания по улице Озерной доказала через суд, однако компенсации еще не получила.

Как и в Крымске, отсутствие прописки оказалось главной бедой людей. Постановление правительства №561 за июнь 1995 года гласит, что жилищные сертификаты выдаются только постоянно проживающим и зарегистрированным гражданам. Два года назад власти, не имея законного права помогать непрописанным крымчанам, направляли их в суды, которые как один признавали факт проживания. Представители краевой администрации уверяли жителей Ейского района, что будут действовать по накатанной схеме: сперва откажут в сертификате, потом выдадут его по решению суда.

«Сносила-то его администрация»

Дом Александра и Любови Козловых по улице Краснофлотской в Ейске признан пострадавшим от наводнения и снесен как аварийный. Взамен пенсионеры ничего не получили.

«22 сентября, за два дня до наводнения, мы с мужем уехали на лечение в Петербург, — рассказывает «Газете.Ru» 66-летняя Любовь Павловна. — О наводнении узнали от сына, который также живет в Ейске. Сразу встал вопрос о сносе дома. Пять комиссий признали его нежилым».

На руках заключение межведомственной комиссии при мэрии Ейска: «Состояние несущих элементов неудовлетворительное. Строительные конструкции и инженерное оборудование здания находятся в аварийном состоянии. Степень повреждения… составляет 77%». Дом Козловых попал и в утвержденный администрацией реестр пострадавших от стихии помещений, идущих под снос.

И здесь в историю вмешалась прописка. Дом по улице Краснофлотской супруги купили 13 лет назад, чтобы разъехаться с семьей сына. Но зарегистрированы оставались по прежнему адресу. Во дворе была времянка, в которой и разместились пенсионеры, а сам старенький саманный дом они сдавали. Факт постоянного проживания установлен городским судом.

«Чиновники успокаивали: пройдете по судам, это пустая формальность. Была на приеме у главы района Тимофеева, где мэр Ейска заверил, что все будет нормально», — продолжает женщина.

Александр Козлов также говорит о громких обещаниях: «В Должанской прошла встреча с властями, на которой были краевой министр ГО и ЧС Глебов, вице-губернатор Свеженец, глава района. Свеженец сказал: на все дома, подлежащие сносу, получите сертификаты».

Не ожидая подвоха, 30 октября пенсионеры пришли в городской суд, где не поверили ушам: судья «оценил критически» заявления Козловых о фактическом проживании по улице Краснофлотской, несмотря на то что ранее это было доказано в суде. В получении сертификата отказано.

«Вернулись в квартиру, оставленную семье сына, — пояснила Любовь Козлова. — А так хотелось на старости пожить отдельно. Тем более чиновники — и городские, и районные, и краевые — как один говорили о том, что проблем с сертификатом не будет. Если мы не имели на него права, зачем нужно было дом трогать? Сносила-то его администрация».

На метр недотягивает

Похожая история у Марины Кабыловой из Ясенской Переправы — волна прошла высотой в полтора метра, половина дома в переулке Озерном завалилась. «Признали аварийным. Но когда узнали, что здесь семь человек живет — я с тремя сыновьями, да сестра с двумя детьми, — сразу сняли с аварийности. Прописаны мы у матери, документы на дом только оформляли», — рассказывает женщина. Правда, компенсации по 10 и 50 тыс. семья на прошлой неделе получила.

Елена Базукина, жившая по улице Кирова, сертификат получит. В администрации объяснили, что выплатят по 34 тыс. за квадратный метр. Между тем, сообщает Краснодарстат, средняя цена «квадрата» на Кубани — 41 тыс. руб. в новостройке. Квартира эконом-класса (в классификации статистов «низкого качества») стоит почти 38 тыс. за метр.

Потерявших дома ейчан организованно возили в Краснодар — в родном городе новостроек почти нет. Зато переживающая строительный бум краевая столица предложила квартиры по 37 тыс. за квадратный метр.

«Сказали, что с застройщиком еще ведутся переговоры. Но разницу, скорее всего, придется добавлять из своих средств», — признается женщина. Вариант на вторичном рынке семья Базукиных, потерявшая дом в 72 метра, не потянет.

Через суд добивается компенсации и мать-одиночка Яна Бочкарева, живущая с дочками-подростками в переулке Стаханова станицы Должанской. Женщина проводит «экскурсию» вокруг саманного дома — с крыши сорвало рубероид, торчат доски. На стенах глубокие трещины, кусками отваливается разбухший саман. В ванной стенка разошлась, в щель свободно проходит мужская рука. Когда наступили холода, затянутую пленкой дырку запенили, но все равно «тянет» холодом. Когда идет дождь, расставляют тазики и чашки, с потолка течет, словно на улице.

«После наводнения был представитель администрации, сказал, что от Ткачева. Посмотрел на дом и говорит: «Сносить». Я внутри была, выбежала к нему — как сносить? Дайте документ какой-нибудь. Он попросился войти, осмотрел еще раз, сказал, что в таких условиях жить невыносимо, идите в штаб, там все расскажут», — передает Бочкарева. Комиссия в итоге признала дом подлежащим капитальному ремонту. «Пытаемся что-то доказать, с нас просто смеются в администрации. Им все равно, даже ходить туда больше не хочу», — плачет мать-одиночка.

Во всех этих историях возникает законный вопрос: почему люди, живущие у самого моря, не позаботились о себе сами, застраховав дома? Ответы пострадавших расходятся от русского «авось» («Даже старожилы такого не припомнят — никогда такой волны не было!») до недоверия к страховым компаниям, возникшего на горьком опыте автострахования. Это накладывается на уверенность: государство нам должно. Оказалось, что если и должно, то далеко не всем.