Денис Драгунский о мужестве
честно вглядеться в лица
своих предков

Про уродов и зверей

«Газета.Ru» — о живодерах, зоозащитниках и догхантерах

Фарид Бектемиров 05.03.2014, 08:38
ИТАР-ТАСС

Пока политизированная общественность говорит о неизбежности новой войны, на окраинах населенных пунктов и задворках домов она уже началась. Как и положено, с жертвами, взаимными обвинениями и лютой, до скрежета зубов, ненавистью. Догхантеры, зоозащитники и живодеры — три стороны одного конфликта, на который не обращают внимания ни полиция, ни законодатели.

В Москве в конце февраля обнаружили свалку мертвых собак. За парковкой на Кавказском бульваре советник председателя партии «Яблоко» Софья Русова нашла трупы десятков животных, замотанные в ткань и полиэтиленовые пакеты и сваленные вдоль дороги. Русова позвонила в дежурный отдел МВД по району Царицыно и сообщила о свалке, записав свой разговор на видео. Дежурный долго не мог понять, в чем, собственно, проблема, однако на место все же выехала следственная группа УВД района Царицыно. По словам участкового, сообщение о преступлении рассмотрено и передано в прокуратуру. Сейчас решается вопрос о возбуждении уголовного дела.

И это только один эпизод, получивший известность лишь из-за того, что на него обратили внимание СМИ и общественность. Как говорят зоозащитники, письма о жестоком обращении с животными приходят к ним ежедневно и почти во всех случаях виновник никак не бывает наказан.

Скорее всего, как показывает практика, никто не понесет ответственность и за эту свалку убитых собак. Например, за 2013 год, утверждает Русова, по статье о жестоком обращении с животными, повлекшем их гибель, не было заведено ни одного уголовного дела.

«Газета.Ru» попыталась выяснить, насколько реально найти виновных в преступлениях против животных, как следует обходиться с детьми-живодерами и почему полиция неохотно берется за расследование подобных историй.

Мальчик с головой кошки

На фото — мальчик лет тринадцати с прической Эдварда Ферлонга из второго «Терминатора». Левую руку он согнул в локте, демонстрируя фотоаппарату средний палец. Правой держит кошачью голову с безумными глазами и разинутой пастью. Отличный кадр для какого-нибудь слэшера категории В. Только это не фильм. Реальный школьник из Красноярского края с реальной головой некогда живого кота. На странице мальчика в «ВКонтакте» (уже удаленной) были и другие фото: серия снимков издевательств над кошкой, видео со сценами насилия над людьми, даже одно реальное убийство. Не то чтобы подросток во всем этом принимал участие, но, по всей видимости, с одной кошкой он все же расправился. Его мать в комментарии местному изданию «НГС.Новости» призналась, что сын давно имеет склонность к насилию.

«Он сказал, что хотел прославиться, — пояснила женщина. — Приводил в пример днепропетровских маньяков. Сказал, что не остановится, что хочет попробовать большее».

Общественность не оставила историю без внимания. Фото и правда страшные, а кошек жалко всем. Одни наскоро составили петицию с призывом наказать негодяя: под ней подписалось почти 40 тыс. человек. В числе адресатов петиции почему-то Аркадий Мамонтов, видимо, зарекомендовавший себя как главный поборник справедливости на российском ТВ. Другие распространили красочную историю в соцсетях. Записи быстро обросли сотнями комментариев. Не важно, писал накачанный рязанец в плавках или юная, почти воздушная москвичка в мехах, суть сводилась к одному.

«Вот правда, на земле Сатана… Это надо же, додуматься с животными так».

«Ты малолетняя тварь! Гореть тебе в аду синим пламенем».

«Ну что, будем ждать, пока кто-нибудь из этих олигофренов перейдет на людей?»

«Этого урода не в психушку надо, а в колонию, и на работы потяжелее, вместе с его семейством, чтобы щебень копал или навоз чистил, скотина».

«Неужели нет людей в его городе, кто сломает ему руки и ноги, выбьет ему зубы в темном переулочке?»

Ну и главная мысль, сквозящая практически во всех сообщениях на форуме: парня нужно срочно изолировать, начал с кошек — закончит людьми.

Психотерапевт с многолетним стажем Александр Беликов в комментарии «Газете.Ru» в корне не согласился с такой постановкой вопроса. По его мнению, ребенку в этой ситуации требуется индивидуальный подход, а не всенародное осуждение и уж тем более не колония. «Я бы не подписал эту петицию, — сказал Беликов. — Мои симпатии на стороне тех людей, которые пытаются понять переживания этого подростка. Помощь в таких случаях необходима всей семье. То, что с ним случилось, — это симптом, но без такого потрясения нам трудно увидеть приближающуюся опасность. Ведь мы и к зубному врачу чаще всего идем только после первой бессонной ночи.

Вот так и мама этого подростка терпела. Пока не произошел этот взрыв.

По словам психотерапевта, нет никакой статистики, доказывающей, что из детей, проявлявших жестокость к животным, непременно вырастают маньяки. В то же время это серьезный сигнал о психологическом неблагополучии ребенка.

— В местной прессе пишут, что он и вены резал.

— Это говорит о том, что ребенок искал выход из безвыходной ситуации. Ему нужно было, чтобы его заметили, чтобы о его проблемах узнали. Чаще всего это бывает из-за недостатка внимания. Подростку необходима помощь врача, а в исправительных учреждениях его проблемы, боюсь, только обострятся.

— Кто виноват в этой ситуации?

— Сейчас очень сложное время. В интернет выкладывают драки, избиения одноклассников. Видимо, мальчику захотелось подключиться к этому течению, переплюнуть предыдущих авторов, удивить, шокировать людей.

Инвалидная статья

В интернете действительно можно найти множество похожих историй. 19-летний Алексей Ведула из Киева в 2011 году не просто вышел на тропу войны с бродячими животными, но даже создал сетевое сообщество, где обменивался фотографиями убитых. Для конспирации он взял себе псевдоним Александр Богданов и выкладывал видео в альбом под названием «Работа».

В октябре нынешнего года на Сахалине подростки выкололи глаз и отбили почки и селезенку домашнему далматинцу Лорду — после этого случае в Корсакове даже организовали митинг в защиту прав животных.

Известные днепропетровские маньяки Виктор Саенко и Игорь Супрунюк, на счету которых больше 20 человеческих жизней, тоже начинали с издевательств над собаками и кошками.

Но это только нашумевшие случаи. По данным сайта Labrador.ru, за четыре последних года в одной только Москве от нападений и разбросанной отравы пострадали 2258 собак, 1807 из которых погибли.

Президент центра защиты прав животных «Вита» Ирина Новожилова рассказала, что каждый день получает десятки сообщений о фактах жестокого обращения с животными, но довести дело до суда удается крайне редко. «245-я статья («Жестокое обращение с животными». — «Газета.Ru») — совершенно инвалидная, наказать кого-то с ее помощью сложно, — говорит защитница прав животных. — Но мы пытаемся. Помогаем грамотно подать заявление в ОВД, провести свое расследование. Нужно ведь вовремя зафиксировать увечья, как можно быстрее обратиться за экспертизой, собрать свидетелей. А главное — установить причинно-следственную связь. Бывают ситуации, когда последнее не удается. В поселке Руза мужчина грозился убить соседского кота, подъехал к дому на машине, взял его, вернулся через полчаса и под дверь подбросил труп.

Когда полиция стала выяснять обстоятельства, он держался версии, что взял животное просто так, погулять, отошел в магазин, оставив машину незакрытой, вернулся — а на сиденье убитый кот. Доказать ничего не удалось».

Привлечь живодеров к ответственности получается разве что в случаях, которые широко освещает пресса.

«Было два громких случая убийств собак в метро. Убийство собаки Мальчик в 2007-м, а спустя четыре года — полное дежавю, охранник убил собаку Рыжика на станции Коньково. Потом всплыли факты, что он и людям угрожал. В итоге получил два года восемь месяцев условно.

Была ситуация с Никитой Головкиным, который натравил бойцовую собаку на дворнягу, ударил одного щенка об асфальт, а второго — о зарешеченное окно РЭУ.

Милиция самоустранилась, испугавшись бойцового пса, но удалось привлечь прессу, и Никита получил год исправительных работ», — вспоминает Новожилова.

По словам зоозащитницы, с несовершеннолетними еще сложнее: 245-я статья на них не распространяется: «Мальчики выложили видео с поджогом живого голубя, но уголовное дело даже не возбудили. Полиция вообще всячески старается откреститься от таких дел».

— Так что же делать с такими подростками?

— На всю жизнь мне в память врезалась школьная ситуация. Нас сняли с уроков, выстроили в линейку и объявили, что четверо школьников сожгли кошку. Это было такое осуждение… со всех сторон. И они поняли, что совершили чудовищный поступок. Правда, у одного из них судьба все равно не сложилась: погиб в бандитских разборках.

— А как, по-вашему, бороться со снимками живодеров в интернете?

— Все, что могла сделать общественность, она уже сделала. Теперь дело за властями. Для спецслужб вряд ли составило бы проблему вычислить по IP, кто вывешивает эти страшные кадры, но они бездействуют. А ведь нужно осознать, что это напрямую влияет на благополучие нашего общества. Если на сайтах висит откровенная расчлененка, значит, общество морально нездорово.

«Осознай звери свое положение в России, рванули бы за границу»

Известный адвокат Евгений Черноусов тоже считает российское законодательство крайне несовершенным в области защиты животных: «Даже на Украине есть отдельный закон о защите животных от жестокого обращения — своего рода конституция, охранная грамота. Когда есть такой стержень, и административное, и уголовное, и гражданское законодательство на него опираются. А у нас считается, что и с людьми проблем хватает, что о животных думать.

У нас животное юридически просто вещь, тогда как во всех развитых странах это прежде всего живое существо».

По словам юриста, 245-я статья сформулирована так, что привлечь по ней преступника практически невозможно. «В юридической практике считается высшим пилотажем привлечь кого-то за угрозу убийства, потому что очень сложно доказать подобное преступление. Вот и с 245-й статьей то же самое. Статью надо сформулировать просто как аналогичную по отношению к человеку: причинение тяжкого вреда здоровью, причинение смерти и так далее, — подчеркнул Черноусов. —

Если бы звери могли каким-то образом осознать свое нынешнее правовое положение в России, они бы сломали клетки и рванули в страны, где есть закон о защите животных».

Адвокат отметил, что в странах Западной Европы практически нет бездомных животных благодаря чиповой системе.

«В Германии, в Швеции учет собак ведется по чипам, каждое животное на учете. Если собака убежала, ее тут же находят. За любое опасное действие животного должен отвечать владелец. А сейчас, например, гаражные собаки могут тебя укусить, разорвать ребенка, а отвечать никто не будет: они никому не принадлежат», — утверждает специалист.

— Кто же должен отвечать за проделки собачьих стай?

— За них должны нести ответственность муниципальные образования — по экологии, по природе. Если собаки бродят по территории завода или больницы, пусть руководство этих организаций берет на себя ответственность, обеспечивает собакам условия, вшивает чипы, раз их эта ситуация устраивает. Если не могут, значит, вызывают службу, и собак забирают.

— Как за границей наказывают живодеров?

— Могут реально посадить на срок от трех до пяти лет. И все сопровождается огромными штрафами. Но у нас проблема не только в живодерах. Трудно привлечь к ответственности и владельцев собак, допустивших, что их животные покусали или даже загрызли человека. В суде люди пытаются апеллировать к тому, что собака — это источник повышенной опасности, как автомобиль. Однако это неубедительный довод.

В нашей стране, пока не воткнешь в кодекс конкретную статью, где будет написано: «Если вы владелец животного и оно по вашей халатности причинило тяжкий вред здоровью, то вам сидеть десять лет», ничего не получится.

Сейчас полиция не занимается преступлениями, связанными с животными, потому что с них за это никто не спрашивает. Никто не лазает по сайтам, не ищет живодеров. Если нет очевидного преступника, дело даже не заводят.

— Получается, людей и собак предоставили самим себе?

— Именно так. Собаки разрывают детей, люди убивают собак — и ни хозяев собак, ни живодеров не привлечешь к ответственности.

«За пропагандой гомосексуализма мы следим, а за жестокостью в сети не можем»

Роскомнадзор за живодерами в сети не следит. Это стало ясно уже после первых слов разговора с сотрудницей управления по Москве и Московской области. «Соцсети — это не периодические издания, где можно было бы говорить о культе насилия и жестокости. Понятно, что люди выкладывают фотографии искалеченных собак, и этот вопрос поднимается, но целеноправленный мониторинг Роскомнадзор не ведет. Придумают очередной законопроект, — на этом месте сотрудница ведомства иронически усмехнулась, — включат нам в полномочия, значит, будем мониторить».

По ее словам, проще закрыть сайт за пропаганду гомосексуализма, чем за фото расчлененных животных: «У нас есть ряд причин, по которым сайт можно занести в черный список, но живодеров среди них нет. Только наркотики, суицид и детская порнография.

Получается интересная ситуация. За пропагандой нетрадиционных сексуальных отношений мы следим, можем составлять протоколы, привлекать к административной ответственности, а за жестокостью в сети — у нас нет полномочий».

— То есть тем, кто вывешивает фото с расчлененкой, ничто не грозит?

— Фактически да. Получился двойной перекос. С одной стороны кричат, что кругом цензура и все запрещают. А другая половина общества возмущается: что же это такое позволяется, запретите все и закройте.

Вы не поверите, сколько к нам приходит обращений от граждан, что-то там увидевших в интернете… И по случаям живодерства тоже. Мы их переправляем в МВД, но пока оттуда нам ни разу не ответили.

«Борьба с живодерами — задача общественности»

«Газета.Ru» не Роскомнадзор, и нам в МВД ответили. И даже откровеннее, чем можно было ожидать. Правда, только на условиях анонимности.

«Статистику конкретно по живодерам мы не ведем. «Жестокое обращение с животными» — общее понятие. Видели ролик на Youtube, где поросенок выпадает из машины? Это тоже можно квалифицировать по этой статье», — сказал источник в федеральном главке МВД. По его словам, полиция вообще не занимается поиском живодерских сообществ в сети. «Все дела возбуждаются по заявлениям граждан, которые где-то это увидели, на улице или в интернете, — пояснил полицейский. — У нас достаточно дел и без этого. Существует, конечно, киберполиция, но проявление жестокости над животными не главная ее цель. Я вам по секрету скажу, это не самая большая проблема в России».

Собеседник добавил, что борьба с такими социальными явлениями в первую очередь задача общественности.

«С помощью полиции, конечно. Если вы стали очевидцем издевательств над животными — обратитесь в полицию. Это не значит, что всех репрессируют и вышлют за 101-й километр, но по крайней мере будет собираться информация, — успокоил источник. — Вспоминаю только один случай, когда нам всерьез пришлось разбираться с мертвыми собаками. Когда Птичий рынок переехал в «Садовод», одно время у МКАД находили погибших животных. Мы разобрались, оказалось, они просто были больные, а местные рабочие их относили в одно место и складывали. То есть никто их не убивал».

Догхантеры против живодеров

А теперь самое любопытное. Непосредственно живодерских сообществ в рунете просто так не встретишь. То есть они, разумеется, есть, но по понятным причинам стараются не светиться: полиции, может быть, и все равно, а вот простые сердобольные граждане порой способны вычислить любого рьяного любителя расчлененки. Зато сообщества догхантеров по большей части открыты и доступны. В них тоже есть фото убитых собак и кошек, но убитых не догхантерами, а бродячими псами. И еще больше фотографий людей со страшными шрамами, рваными ранами, следами укусов — тоже дело бездомных клыков и когтей. У догхантеров стройная идеология, они осознанно открещиваются от живодерства.

«В нашем сообществе такие, как этот красноярский пацан, не показываются, — рассказал догхантер Вадим, завсегдатай сайта «Вредителям.нет». — Люди, мучающие животных, — это маргиналы. Мы же стараемся уничтожать бродячих собак как можно быстрее и эффективнее.

Даже яд у нас призывают не разбрасывать по углам, а скармливать из расчета «один кусок для одной собаки». Сравнивать нас с живодерами все равно что сравнивать солдат, убивающих на войне, с маньяками».

Вряд ли зоозащитники согласятся с такой четкой градацией. Все-таки по главному вопросу у них с догхантерами строго противоположные позиции. Первые считают, что карательные меры против собак крайне неэффективны. Добиться их исчезновения с улиц можно только экономическими методами. «В цивилизованных странах, где проблема решена, используют экономические рычаги — налог на нестерилизованное животное, — отметила Ирина Новожилова. — Когда граждане плодят животных, они должны платить за это. Собаки и кошки очень плодовиты. По данным Всемирного общества защиты животных, за шесть лет одна пара кошек способна произвести на свет 420 тыс. особей. Как только подобный закон вступит в силу, как второй шаг можно будет стерилизовать уже имеющихся бездомных животных и размещать их в приюты. Я не призываю возвращать их на улицы: пребывание животных в условиях города опасно для них самих. Они попадают под машины, не могут получить ветеринарную помощь.

Сейчас же мы стали заложниками ситуации. Уничтожается одна стая, тут же появляется другая. Проблема-то на самом деле не решается».

Вторые, напротив, думают, что налоги для хозяев дело десятое, а бродячие собаки — это отдельный, устоявшийся вид, не имеющий никакого отношения к выброшенным питомцам. «Если мы хотим жить по-европейски, нужно избавиться от бродячих псов, — подчеркивает Вадим. — Только после того, как нынешнее поголовье будет уничтожено, можно спокойно, как в Европе, отлавливать потерянных собак и ждать неделю-другую. Если никто за ней не придет — усыплять. Тратить бюджетные деньги на содержание стай в приютах тоже не стоит».

Но есть две вещи, которые объединяют противоборствующие стороны.

Первая — это неприятие термина «догхантер». Зоозащитники считают его слишком благородным для живодеров. Сами догхантеры говорят: «Догхантеров не существует».

А вторая — понимание, кто главный виновник проблемы. «По всей России с бродячими стаями борются одинаково — отловом и последующим убийством. Но этот метод крайне неэффективен. Шариковы, отлавливающие собак, просто транжирят бюджетные средства. Государство не контролирует разведение, а борется со следствием. Это все равно что при открытом кране тазиками растаскивать воду по этажам, вместо того чтобы его закрыть» — это слова Новожиловой.

А это уже Вадим: «У властей нет ни малейшего желания решить проблему бродячих собак. На глупые программы стерилизации выделяют миллионы рублей и успешно их разворовывают. Зачем избавляться от проблемы, если она приносит доход? Вот и думай, кто тут действительно урод, этот мальчишка с котом или они…»