Дальневосточный распил

Незаконные вырубки леса на Дальнем Востоке достигли критических масштабов, говорят в WWF

Анастасия Берсенева 25.02.2013, 20:11
Незаконные вырубки леса на Дальнем Востоке достигли критических масштабов, говорят в WWF Евгений Епанчинцев/ИТАР-ТАСС
Незаконные вырубки леса на Дальнем Востоке достигли критических масштабов, говорят в WWF

Незаконные лесозаготовки на Дальнем Востоке и, в частности, в Приморском крае достигли критических масштабов, уверяют во Всемирном фонде дикой природы. Чиновники из Рослесхоза с ними согласны. Следующий шаг за Госдумой, которая должна принять законопроект об обороте лесоматериалов.

О проблемах с незаконной вырубкой лесов на Дальнем Востоке говорится в докладе, который в понедельник представил директор Всемирного фонда дикой природы (WWF) России Игорь Честин. В обзоре были проанализированы данные за прошедшие 10 лет. «К сожалению, прогнозы, сделанные WWF в 2002 году, реализовались в наихудшем варианте, — пояснил Честин. — Если говорить о поставках дуба в Китай, то в 2011 году было официально разрешено к вырубке 450 тысяч кубометров дуба, а экспорт составил более 1 млн кубометров. Превышение есть и по другим породам ценной древесины — ясеню, липе, кедру».

По словам директора WWF, незаконные вырубки способствуют уменьшению кормовой базы для копытных, их поголовье сокращается, а значит, снижается количество амурских тигров.

Кроме того, предприятия порой заходят на территорию защитных лесов, орехово-промысловых зон, которые не только являются местом проживания тигров, но и местом, где представители коренных народов занимаются промыслом — собирают мед, орехи, охотятся.

Незаконные рубки ведутся из-за отсутствия контроля непосредственно в лесах, добавляет Честин. Некоторые арендаторы участков предпочитают передавать право на рубку другим компаниям, которые заготавливают больше разрешенного объема дерева. Арендаторы выкупают у них древесину, закрывая глаза на «переработку». «Также компании используют лазейки в законах. Например, под видом рубок ухода заготавливают здоровую ценную древесину, а больные деревья им не нужны — они не рубятся», — говорит Честин. В прошлом году экологи боролись с компанией «Лес экспорт», которая через суд добилась права рубки в орехово-промысловой зоне, по которой проходила тигриная тропа.

Сейчас участков лесов, интересных для промышленников, больше нет, утверждает директор WWF, но на бумаге они еще существуют, и власти продолжают выдавать разрешения на вырубку.

У экологов есть ряд предложений, что нужно сделать для пресечения расхищения российских лесов. Нужна инвентаризация ресурсов, переход к выращиванию леса для заготовок (европейская модель), а также ликвидация рубок ухода в защитных лесах.

С экологами согласен начальник управления лесопользования и воспроизводства лесов Рослесхоза Александр Мариев. По его словам, Лесной кодекс «заканчивается», как только спиленные деревья увезли с делянки. То есть узнать, откуда поступила древесина, и привлечь виновных к ответственности правоохранительные и надзорные органы не в состоянии, если не поймали браконьеров за руку. Тем не менее даже выявленные случаи составляют печальную статистику. За 9 месяцев 2011 года было выявлено 568 незаконных вырубок (49 кубометров леса), за аналогичный период 2012 года обнаружено 380 незаконных рубок (23 кубометра леса). В 2012 году за первые 9 месяцев к ответственности привлечено 65 человек, при этом взыскано менее 1% наложенных штрафов.

По словам Мариева, они ожидают принятия законопроекта об обороте лесоматериалов, который бы расширил время и территорию, когда можно выяснить, по какому праву были спилены деревья. «Можно было бы подключать инспекторов ГИБДД, таможенные органы», — предлагает Мариев. Однако законопроект вызвал серьезные дискуссии во властных структурах, его даже возвращали на доработку. Сейчас он находится в Минприроды. Глава министерства Сергей Донской говорил в конце декабря 2012 года, что документ планируется внести в Госдуму в марте 2013 года.

У WWF есть также свое предложение — надо бить по экспорту, делать невыгодным приобретение незаконно добытой древесины.

Речь идет о применении «закона Лэйси» — природоохранного акта, принятого в США в 1900 году. В 2008 году были приняты поправки, которые вводят уголовную ответственность за ввоз на территорию страны продукции растительного происхождения (например, паркета), полученной незаконным путем. А 3 марта этого года будет принята новая версия еврорегламента № 995/2010, согласно которой все импортеры лесоматериалов на европейский рынок должны доказать легальность древесины. Аналогичные требования есть в нормах «политики зеленых закупок» Японии.

«У нас в год экспортируется 26 млн кубометров древесины, из них 15 млн идет в Китай», — говорит Мариев. «Только с дуба в Китае получают миллиарды», — добавляет Честин. По его словам, китайцы производят из этого материала мебель и паркет, а иностранные покупатели этой продукции, не зная о ее происхождении, могут оказаться под ударом и стать нарушителями в рамках вышеперечисленных законов.

В идеале каждое дерево должно иметь маркировку — как в Индонезии, чтобы можно было на любом этапе его транспортировки отследить, с какой делянки оно было вывезено, говорит Честин. Мариев, в свою очередь, вспомнил Таиланд, где для перевозки заготовленных бревен промышленники должны за пять дней подать заявку с номером машины и обязаны проводить транспортировку только в дневное время. «Но мы не сторонники такого сильного ужесточения», — отметил чиновник.