Цивилизация
Люди худеют не потому, что хотят выглядеть привлекательными, а потому что боятся выглядеть непривлекательно. Исследование учёных из британского университета Бата доказало: большинство людей, регулярно посещающих тренажерные залы и занятия фитнесом, руководствуются страхом выглядеть непривлекательно в глазах окружающих, а не собственным желанием выглядеть хорошо.
В рамках исследования учёные опросили 281 студента и студентку, причем в ходе опроса попросили половину молодых людей представить себя, только в наименее привлекательной физической форме. В дальнейшем учёные попросили молодых людей представить, что, в одном случае, им удалось вернуться к должным формам, а в другом — нет.
В результате учёные выяснили: те, кого попросили представить себе, что они не могут быстро вернуться к приемлемым формам, отметили, что все равно продолжали бы работать над своим телом, опасаясь того, что они могут плохо выглядеть. Те же, кто представил себе, что быстро вернулся к прежним формам, в гораздо меньшей степени оказались мотивированы к продолжению занятий, поскольку теперь они выглядели хорошо и могли не опасаться за свою внешность.
Как замечают исследователи, боязнь приобрести непривлекательные формы, а не ожидание успеха, заставляет людей заниматься собственным телом. Боязнь провала становится особенно сильной, когда человек начинает замечать признаки того, что ему стоит обратить внимание на состояние своего тела.
«Ожидая в будущем негативные изменения собственного тела, люди испытывают страх, который заставляет их работать над собой с удвоенной силой. Когда результаты занятий оказываются успешны, и лишние килограммы, например, уже не так пугают расставшихся с ними людей, люди теряют мотивацию», — отметил один из авторов исследования профессор Бретт Мартин.
В то же время другая половина опрошенных, которые должны были представить, что находятся в отличной физической форме, также отметили, что усиленно занимались бы собой, чтобы имеющийся положительный результат не исчез. В данном случае, считают исследователи, людей также удерживал страх «провалиться», а не грядущий или наблюдаемый успех.
