Цивилизация
Информированный собеседник в правительстве говорит, что на счета российских банков за сделку с «Мистралями» французы перевели больше €1 млрд. Но в целом, отмечает он, контракт был очень невыгодным для нашей страны, максимальная неустойка за его срыв не превышает 20%. В частности, в качестве форс-мажора в контракте был прописал и такой пункт: расторжение договора по решению правительства Франции.
«Контракт писался в колониальных терминах, еще вернемся к вопросу о том, кто это сделал. Формально, конечно, за контракт отвечал «Рособоронэкспорт», но когда их спрашиваешь конкретно по пунктам, они отвечают, что получали прямые указания,» — говорит он.
Соглашение о покупке двух «Мистралей» было заключено в 2011 году между «Рособоронэкспортом» и французской DCNS. На тот момент гендиректор «Рособоронэкспорта» Анатолий Исайкин оценивал сделку в €1,2 млрд. По контракту, французы должны были обучить около 400 моряков для обслуживания кораблей.
По словам собеседника в правительстве, «Мистрали» до сих пор не являются собственностью Франции и не известно, когда их статус изменится.
«Вертолетоносцы до сих пор не являются собственностью Франции, потому что на них остается российское оборудование, которое должны демонтировать сами французы», — утверждает он.
Окончательное решение по «Мистралям», как и сам перевод денег в российские банки, по его словам, обе стороны долго держали в тайне, потому что был риск, что на них могли наложить арест из-за иска ЮКОСа.
В том же кабальном контракте не были прописаны сроки, в течение которых Россия должна одобрить третью страну на разрешение ей реэкспорта «Мистралей». О том, что Россия пока не дает добро на их реэкспорт, стало известно на прошлой неделе. Военные аналитики уже тогда удивлялись, почему это произошло, если ранее обе стороны заявляли о выполнении контракта и отсутствии претензий друг к другу. «Вероятно, есть какие-то подводные камни, о которых неизвестно широкой публике», — отмечал, в частности, военный аналитик Александр Перенджиев.
Президент Франции Франсуа Олланд заявлял, что от желающих приобрести вертолетоносцы нет отбоя. Он не назвал страны, интересующиеся «Мистралями», однако в прессе указывали на Египет, Бразилию, Канаду, ОАЭ, ЮАР и Саудовскую Аравию.
«Поскольку сроки эти не оговорены, то мы можем хоть десять лет не давать такое добро», — говорит собеседник в правительстве.
14 сентября сенат Франции рассмотрит документ о прекращении договора с Россией на покупку кораблей «Мистраль», — учитывая, что корабль является продукцией военного назначения, подобные документы рассматриваются законодателями. Как ранее сообщила администрация президента Франции, информация об условиях сделки будет в полном объеме передана парламенту страны.
Проблему с «Мистралями» использовали оппоненты Олланда, так как Франции ситуация была весьма невыгодна экономически. По подсчетам Bloomberg, страна ежемесячно теряла €3 млн просто из-за простоя вертолетоносцев. Франсуа Олланд еще в апреле заявлял, что Париж готов вернуть России €1 млрд в качестве неустойки за контракт.
Власти Франции объясняли тогда, что контракт предусматривал максимальную неустойку в €250 млн, однако российская сторона настаивала на гораздо большей сумме — выплате уже заплаченного аванса в размере €890 млн, а также дополнительных €300 млн как компенсации убытков для создания портовой инфраструктуры и адаптации судов под российские вертолеты Ка-52. Также Россия требовала, чтобы Франция выплатила €60 млн за оборудование, установленное на обоих кораблях.
Контракт на постройку для России кораблей «Мистраль» был заключен российским правительством при президентстве Дмитрия Медведева. Его заключало Минобороны России, которым в то время руководил Анатолий Сердюков, по Конституции подчиняющийся президенту. Это был первый контракт России на покупку военной техники у страны НАТО. Многие военные эксперты тогда еще считали, что в покупке «Мистралей» для России нет необходимости. В свою очередь в СМИ выдвигались версии о том, что президент Медведев пошел на сделку в знак благодарности тогдашнему президенту Франции Николя Саркози, который сыграл ключевую роль в прекращении российско-грузинского конфликта.
Один из российских военных экспертов, хорошо знакомый с ситуацией вокруг «Мистралей», говорит, что «наличие этих кораблей, безусловно, бы усилило наш флот».
«Все наши соседи, безусловно, напряглись, когда узнали, что у нас может появиться такой корабль, а потом вздохнули с облегчением, — говорит эксперт. — Покупка «Мистралей» принималась в то время, когда отношения с НАТО еще были партнерскими и у России был интерес сблизиться с Францией и получить доступ к технологиям, но после присоединения Крыма многое поменялось».
По словам военного политолога Александра Перенджиева, контракт на постройку «Мистралей» в большей степени преследовал интересы Франции, чем России.
«Целью контракта было сблизить наши страны и поддержать экономику Франции, получив и для себя технологии», — говорит Перенджиев. Он отмечает, что России дорого бы обходилось обслуживание кораблей, а отдача от их использования с самого начала была весьма сомнительной.
