Одна армия на двоих

Россия предлагает Абхазии создать объединенные войска

Дмитрий Карцев 14.10.2014, 00:37
Российская военная база в Абхазии РИА «Новости»
Российская военная база в Абхазии

Россия предложила Абхазии свой вариант договора о союзничестве и интеграции. Он предполагает целый ряд мер, направленных на сближение двух стран, главная из которых — более тесное сотрудничество в военной сфере. Текст проекта не исключает даже создание объединенных вооруженных сил. Между тем для абхазского общества собственная армия — один из столпов идентичности, и не факт, что в нынешнем виде договор будет воспринят однозначно положительно.

В парламент Республики Абхазия внесен проект договора о союзничестве и интеграции с Россией. Проект предложен Москвой, и, как подчеркивают в Сухуми, он еще может быть подвергнут корректировке. Сначала парламент и абхазские ведомства дадут свои отзывы, после этого будет создана рабочая группа для обсуждения окончательного варианта с российской стороной.

Один из главных пунктов касается расширения военного сотрудничества. Несколько статей в предложенном проекте предполагают создание объединенной группировки войск (ОГВ). При этом ее численность, а главное, правовой статус по отношению к армиям обеих стран в договоре не прописан, и это открывает простор для разнообразных толкований вплоть до радикального — об объединении вооруженных сил под началом России.

Впервые соответствующая идея была обозначена еще в договоре о военном сотрудничестве двух стран пятилетней давности, однако тогда она была не более чем декларацией о намерениях: «В зависимости от военно-политической ситуации и в целях обеспечения безопасности в регионе Стороны рассмотрят вопрос о необходимости создания совместной группировки войск».

А в статье пятой теперешнего предлагаемого договора сообщается, что ОГВ будет создана «для отражения агрессии (вооруженного нападения) в соответствии со статьей 51 Устава ООН». Такая формулировка позволяет предположить, что речь идет о формировании временных сил в случае возникновения военного конфликта. Собственно, это логично вытекает из той самой 51-й статьи, которая гласит, что устав организации «ни в коей мере не затрагивает неотъемлемого права на индивидуальную или коллективную самооборону, если произойдет вооруженное нападение на Члена Организации, до тех пор пока Совет Безопасности не примет мер, необходимых для поддержания международного мира и безопасности».

Однако уже седьмая статья заставляет предположить создание постоянно действующей структуры: «Не позднее одного года со дня вступления в силу настоящего Договора Договаривающиеся Стороны создают Объединенную группировку войск (сил) Вооруженных Сил Российской Федерации и Вооруженных Сил Республики Абхазия под управлением Объединенного командования». Тут же говорится о том, что «в период непосредственной угрозы агрессии и в военное время» командующего ОГВ будет назначать Москва.

Вполне логично, что договор предполагает, что нападение на одну страну будет автоматически считаться агрессией и против другой.

Наконец, следующая статья проекта развеивает последние сомнения в том, что Россия запланировала полномасштабную военную интеграцию кавказской республики.

«Для достижения оперативной (тактической) совместимости Вооруженных Сил Республики Абхазия с вооруженными силами Российской Федерации не позднее трех лет со дня вступления в силу настоящего Договора Договаривающиеся Стороны проводят поэтапную унификацию стандартов военного управления, материально-технического обеспечения, денежного довольствия и социальных гарантий военнослужащих, а также совместно организуют подготовку Вооруженных сил Республики Абхазия в соответствии с нормативными правовыми актами Российской Федерации».

По сути, это означает не столько даже реформирование абхазской армии по российскому образцу (слишком отличаются численность и боевые задачи вооруженных сил двух стран), сколько под руководством российских специалистов.

По мнению эксперта по Кавказу Ивана Сухова, это может стать едва ли не главным камнем преткновения для абхазской стороны. Российские Вооруженные силы сегодня — это постоянно действующая армия современного типа, в то время как абхазские опираются больше на силы резервистов, готовых в нужный момент с оружием в руках отстаивать независимость республики. За плечами многих абхазских военных опыт войны с Грузией, они остаются белой костью местного социума. Любое, даже неизбежное, реформирование будет воспринято болезненно.

Уже сегодня на территории республики дислоцировано около пяти тысяч российских военных, и это вдвое больше, чем постоянная численность абхазских войск.

Станет ли будущая ОГВ объединенной армией или же неким третьим, буферным, образованием, из предварительного текста договора неясно, но очевидно, что вектор лежит именно в направлении фактического включения абхазской армии в российскую военную структуру. Хотя бы потому, что при включении части абхазских военных в состав ОГВ сама абхазская армия станет ничтожно малой.

Между тем прохождение договора через абхазский парламент рискует столкнуться с препятствиями.

Депутаты, напоминает Сухов, здесь далеко не так «унифицированы», как в России, и вполне могут образовать достаточно серьезную фронду, тем более что они были избраны при свергнутом предшественнике нынешнего президента Руслана Хаджибмы — Александре Анквабе. Правда, они в итоге во многом и составили костяк оппозиции последнему, но это лишь подтверждает самостоятельную политическую роль законодательного корпуса.