Исламисты мешают «курдскому Косово»

Наступление исламских радикалов ставит под сомнение будущее независимого Курдистана

Александр Братерский 04.08.2014, 18:13
Люди ходят по развалинам разрушенной мечети в Мосуле AP Photo
Люди ходят по развалинам разрушенной мечети в Мосуле

Радикалы «Исламского государства Ирака и Леванта» продолжают побеждать курдские вооруженные формирования на севере Ирака, которые жалуются на нехватку оружия. До наступления радикалов казалось, что независимость иракского Курдистана — это вопрос месяцев, а то и недель. Теперь перспективы стали куда более туманными.

Захват города Синджара на севере Ирака, жители которого бежали от наступавших отрядов исламистов, стал первым серьезным поражением иракских курдов, которые ранее смогли воспользоваться ситуацией в Ираке для подготовки референдума о независимости. Кроме захвата города Синджара исламисты смогли захватить крупнейшую дамбу страны в городе Мосуле, где треть населения также составляют курды. Ранее исламистами были захвачены еще три города, которые находились под контролем курдов.


Иракские курды, которые заявляют, что не располагают достаточным количеством сил для сдерживания исламистов, уже обратились за помощью к своим соплеменникам в Сирии, сообщает издание Financial Times.

Удержать ситуацию для курдов крайне важно, так как курды пытаются добиться независимости Курдистана: подготовку к проведению соответствующего референдума в начале июля поручил провести президент иракского Курдистана Масуд Барзани.

Эксперты ранее отмечали, что курды воспользовались борьбой правительственных сил с исламистскими радикалами для реализации проекта собственной независимости. Передвижение джихадистов, с которыми вели борьбу курдские отряды «пешмерга», заставило правительственные войска отступить с части территорий, граничащих с иракским Курдистаном. Курды провозгласили свой суверенитет над ними. Курдские силы овладели, в частности, нефтеносной провинцией Киркук, из которой под напором исламистов ушли иракские правительственные войска.

Руководитель Института религии и политики Александр Игнатенко полагает, что взятие под контроль Киркука сыграло ключевую роль в планах Барзани по подготовке к независимости:

«Киркук был занят безвозвратно в нарушение иракской конституции, но курды к ней сегодня совершенно безразличны», — отмечает эксперт.

По его словам, если к государству, провозглашенному иракскими курдами, присоединится в результате возможного распада соседней Сирии и западная часть этой страны, где также ранее была объявлена курдская автономия, у курдов появится выход к морю и возможность вести легальную торговлю нефтью.

Ведущий аналитик центра военного и политического анализа INEGMA в Дубае Теодор Карасик согласен, что Киркук — ключевой элемент становления курдской государственности, которое, по его мнению, началось сразу после падения режима Саддама Хуcейна в 2003 году: «Новое курдское государство сможет добиться успеха благодаря экономическому положению и поддержке таких государств региона, как Иордания и Израиль», — считает Карасик.

Стоит отметить, что, получив Киркук, центр нефтяной промышленности северного Ирака, нынешний президент иракского Курдистана выполнил волю своего отца Мустафы Барзани, который в свое время тоже был лидером местных курдов.

В 1974 году он отказался признать автономию Курдистана, предложенную Хусейном, именно потому, что в нее не был включен Киркук: «Я не хочу, чтобы курды пришли и плюнули на нее, говоря: «Зачем ты продал Киркук?»

Курды компактно проживают сегодня на территории нескольких стран (помимо Ирана это Турция, Ирак и Армения) и считаются крупнейшим в мире народом без собственного государства. В Ираке с 1990-х годов курды фактически живут в условиях полунезависимости. После первой войны в Персидском заливе, когда международная коалиция во главе с США выступила против Хусейна, они стали фактическими хозяевами севера страны. Сейчас в иракском Курдистане проживает пять миллионов курдов. В 2003 году, после свержения Хусейна, курды впервые получили возможность официального политического представительства в Ираке, а в 2005 году президентом страны впервые стал курд Джалал Талабани.

По словам Александра Игнатенко, сегодня курды как никогда близки к созданию собственного государства.

«Наступил тот момент, при котором можно и нужно реализовать проект независимости, так как фактически сам Ирак уже распался, его не существует как цельного государства и все действуют по принципу «спасайся, кто может», — и Игнатенко убежден, что у курдов на это наибольшие шансы.

Профессор-историк Харан Озоглу из Университета Центральной Флориды, многолетний исследователь курдской проблематики, в статье для New York Times отмечает, что сложившиеся условия благоволят созданию независимого Курдистана: «Иракские курды сегодня как никогда близки к тому, чтобы реализовать свои мечты о независимом государстве, в то время как вся страна продвигается к гражданской войне», — пишет автор.

Между тем премьер-министр Ирака Нур аль-Малики обвинил курдов в использовании нестабильности в Ираке в своих целях, а мировое сообщество по-разному смотрит на появление на карте курдского государства.

Так, премьер Израиля Биньямин Нетаньяху на прошлой неделе открыто поддержал создание независимого курдского государства, отметив, что это поможет созданию альянсов с умеренными силами на Ближнем Востоке. Он назвал курдов нацией бойцов, которые достойны независимости.

Политолог Карасик констатирует, что создание курдского государства может получить поддержку и Турции, куда недавно ездил с визитом курдский лидер Барзани.

Правительство Реджепа Эрдогана впервые в современной турецкой истории предоставило 18–19 млн курдов гражданские и политические права. Диалог начался после того, как курды, которые десятилетиями вели вооруженную борьбу под руководством лидера радикальной Курдской рабочей партии Абдуллы Оджалана, согласились на прекращение огня и ведение диалога. Стоит отметить, что к этому призвал и сам Оджалан, который был в 1999 году приговорен к пожизненному заключению.

Хотя Анкара в прошлом неоднократно заявляла, что категорически против создания курдского государства в Ираке, в кругах правящей партии Эрдогана «Справедливость и развитие» дали понять, что развитие событий в Ираке может изменить ситуацию.

В конце июня представитель партии Хусейн Селик заявил в интервью изданию Financial Times, что, скорее всего, Ирак разделится, так как ситуация там неблагоприятна.

С другой стороны, США пока воздерживаются от одобрения действий курдского лидера Барзани. Еще до новостей о подготовке референдума официальный представитель Госдепа США Джейн Псаки заявила, что «сильный Ирак — единый Ирак».

От какой-либо публичной поддержки независимого Курдистана воздерживается и Россия, однако, по мнению эксперта INEGMA Карасика, для Москвы было бы правильно поддержать курдскую независимость, так как она лежит в русле «умеренных суннитских тенденций, которые могут быть весьма полезны в борьбе против радикальных суннитов в Леванте».

Тем не менее в официальных заявлениях руководство России заявляет о поддержке правительства Малики в его борьбе против исламистов из ИГИЛ.

Эти заявления искренни, отмечает Игнатенко, однако, в случае если проект Курдистана будет реализован, Россия признает случившийся факт, руководствуясь международными принципами ООН о праве наций на самоопределение.

У России давние связи с иракскими курдами: в Советском Союзе некоторое время жил Мустафа Барзани, куда он вместе с большой группой своих сторонников эмигрировал после провала попытки организовать курдскую автономию на территории Ирана, пользуясь поддержкой Москвы.

Интересно, что хорошо знающий регион экс-премьер России Евгений Примаков скептически смотрит на возможное провозглашение курдами в Ираке своего государства, считая, что лучшим выходом для них была бы сильная автономия. «Я не верю что это произойдет без каких-то амортизаторов», — говорил Примаков в 2012 году. Похоже, что таким амортизатором стали как раз события в Ираке.