15 лет за организацию беспорядков

За организацию беспорядков Госдума хочет давать до 15 лет тюрьмы

Дмитрий Евстифеев, Владимир Дергачев 03.04.2014, 21:59
Председатель комитета ГД РФ по безопасности и противодействию коррупции Ирина Яровая ИТАР-ТАСС
Председатель комитета ГД РФ по безопасности и противодействию коррупции Ирина Яровая

Комитет по безопасности Госдумы во главе с Ириной Яровой предложил внести в законодательство поправки, существенно повышающие максимальное наказание за организацию массовых беспорядков — с 10 до 15 лет тюрьмы. Таким образом, «потолок» по этой статье станет таким же, как и для статьи 105 УК «Убийство». Это уже второй законопроект за последние дни, который последовательно усиливает ответственность за протестную активность.

Поправки Яровой появились неожиданно — не как отдельный законопроект, а как поправки к антитеррористическому пакету, который был внесен депутатами от всех думских фракций в начале года после терактов в Волгограде. В них шла речь о расширении полномочий ФСБ, ограничении сумм переводов через платежные интернет-системы и ужесточении наказания за терроризм, однако о массовых протестах не упоминалось.

Нынешними поправками Яровая и ее коллеги предлагают переписать ч.1 ст. 212 УК России (массовые беспорядки). Максимальный срок за организацию массовых беспорядков поднимается с 10 до 15 лет тюрьмы.

Кроме того, до 15 лет светит тем, кто готовит людей для участия в беспорядках.

Самим боевикам, то есть лицам, «проходящим обучение, заведомо для обучающегося проводимого в целях организации массовых беспорядков либо участия в них», грозит до 10 лет тюрьмы и штраф до 500 тыс. руб.

Наиболее известный случай судебного процесса по обвинению в организации массовых беспорядков в России связан с лидерами «Левого фронта» Сергеем Удальцовым и Леонидом Развозжаевым, а также их единомышленником Константином Лебедевым. Их обвиняли в организации массовых беспорядков на Болотной площади в Москве 6 мая 2012 года.

Лебедев, получивший 2,5 года колонии общего режима, пошел на сделку со следствием и признал свою вину. В своих показаниях он заявил, что подготовка к массовым беспорядкам осуществлялась на средства грузинского политика Гиви Таргамадзе. Также в обвинительном заключении по делу Лебедева упоминалось о том, что он посещал тренировочные лагеря для участников массовых беспорядков в России и Литве. Приговоры Удальцову и Развозжаеву пока не вынесены, однако новые поправки на их судьбе никак не отразятся.

О предыдущей инициативе депутатов по ужесточению антипротестного законодательства стало известно 31 марта.

Тогда законопроект «О внесении изменений в некоторые законодательные акты Российской Федерации (в части совершенствования законодательства о публичных мероприятиях)» был внесен в Госдуму депутатами-единороссами Александром Сидякиным и Андреем Красовым, а также депутатом «Справедливой России» Игорем Зотовым.

Если он будет принят, то за неоднократное нарушение «установленного порядка организации собрания» будет грозить до пяти лет тюрьмы.

Также задержанные на таких акциях граждане могут быть арестованы на 10 или 15 суток по тем статьям КоАП, по которым раньше грозили лишь штраф или исправительные работы.

Заместитель директора «Центра политических технологий» Алексей Макаркин отметил, что, хотя антитеррористический проект изначально разрабатывали в связи с предновогодним терактом в Волгограде, после революции в Киеве законы направили против оппозиции. «Украинские события привели к ужесточению и способствовали появлению ряда новых инициатив вроде законопроекта депутата Сидякина (единоросс предложил менять административную ответственность организаторов митингов на уголовную — «Газета.Ru»), — размышляет политолог. — Это четкое ощущение, что, с одной стороны, российская власть говорит, что у нас не произойдет украинский сценарий. С другой стороны, есть воспоминания о 2011–2012 годах.

Есть ощущения, что с экономикой не все благополучно и что проблемы будут увеличиваться.

Сопредседатель Совета по национальной стратегии Валерий Хомяков считает, что депутаты пытаются доказать президенту свою лояльность на ниве борьбы с мифической оранжевой угрозой.

Политолог Евгений Минченко видит логику в действиях властей. «Это очевидно прямой ответ на украинские события. У нас законодательство и так достаточно жесткое. Кроме того, так хотят разрешить применять оружие полиции в условиях массовых беспорядков (по законопроекту единоросса Хинштейна), — рассуждает он. — Это превентивные устрашающие меры. Если что-то будет происходить, это встретит жесткий ответ. Логика власти именно такая».