Правозащита просит рубля

Правозащитники хотят просить бизнес о финансировании. Власть не против

Алиса Штыкина 06.12.2012, 21:43
Закон об «иностранных агентах» купировал финансирование правозащитников, включая... Александра Краснова/ИТАР-ТАСС
Закон об «иностранных агентах» купировал финансирование правозащитников, включая ассоциацию ГОЛОС

Вступление в силу закона об «иностранных агентах» поставило правозащитное движение в России на грань выживания. Из-за проблем с финансированием организации сокращают сотрудников. Лев Пономарев, чье движение «За права человека» подобная участь может постигнуть уже через месяц, видит выход в создании национального фонда поддержки правозащитного движения — на деньги бизнеса и с санкции власти.

Ассоциация «Голос» заявила о расторжении контрактов со своими сотрудниками: правозащитная организация осталась без финансирования после прекращения деятельности в России Агентства США по международному развитию (USAID) и вступления в силу закона об «иностранных агентах», требующего от некоммерческих организаций регистрироваться под соответствующим наименованием, если они получают зарубежные гранты.

«Это связано с тем, что USAID (более 50% финансирования «Голоса») завершила свою деятельность в России, — пояснил «Газете.Ru» замдиректора ассоциации Григорий Мельконьянц. — Но это не значит, что мы сворачиваем свою работу: часть сотрудников мы перевели на другие гранты, кто-то остался добровольцем. В главном офисе в Москве из 12 человек остались восемь, в регионах — 35 из 50».

Вторым по значимости после USAID для «Голоса» остается финансирование по линии Европейской комиссии, также есть «небольшой проект» от посольства Великобритании, но основной упор в ассоциации теперь делают на поиски денег внутри страны, рассказал Мельконьянц. Выгнав из страны USAID, власть дала четкий сигнал - «хватит получать американское финансирование», высказал уверенность он, добавив: «Что бы мы ни делали, власть будет ставить палки в колеса при получении иностранных средств».

Сокращение финансирование больно ударило по многим правозащитным организациям.

Директор общественной организации инвалидов «Перспектива» Денис Роза, которую USAID финансировала на треть, не исключила, что, «возможно, придется сократить (число сотрудников)» из тех 50, что работают в настоящее время в организации. Кроме поддержки от USAID «Перспектива» была также получателем гранта от Евросоюза и фонда «Матра» из Нидерландов, также финансировала ее и российская компания «Транснефть».

После вступления в силу закона об НКО — иностранных агентах резко сократилось финансирование Московской Хельсинкской группы (МХГ). В МХГ из 17 осталось только семь сотрудников. «Зарубежные деньги — ЕС, «Сорос» (именной фонд американского филантропа Джорджа Сороса. — «Газета.Ru») — кончатся в марте, грант Президентского фонда — в мае. Нам остались только российские источники, при этом законе невозможно продлевать (финансирование из зарубежных фондов), — констатировала глава МХГ Людмила Алексеева. — Мы обратились за помощью к гражданам, присылают частные лица». Промежуточные итоги краудфандинга правозащитная организация подведет 10 декабря.

С аналогичными трудностями вскоре может столкнуться и движение «За права человека»: договоренности правозащитников с фондами Макартуров и Сороса (более 50% финансирования) истекают в январе 2013 года. «Это будет заметный кризис в моей организации, — уверен глава движения Лев Пономарев. — Мы не финансировались USAID, но фонды Макартуров и Сороса теперь притормозили финансирование. Западные фонды очень консервативны, они не знают, как себя вести, потому что неясно, как дальше будет себя вести власть». Движение поддерживает около десятка региональных организаций, в Москве в нем работают 20 человек.

Не столь критическая ситуация в российском отделении борющейся с коррупцией организации Transparency International. «USIAD был нашим донором, формировал значимую часть бюджета, поэтому сейчас мы бюджет реструктурируем», — сказал «Газете.Ru» замдиректора центра «Transparency International — Россия» Иван Ниненко. Однако сокращать объемы работы в организации не намерены: «У нас есть еще партнерские приемные, которые в регионах софинансируются местными организациями, а в понедельник мы открыли новую приемную в Великом Новгороде», — заявил он.

По подсчетам общественников, в среднем для продолжения нормального функционирования им требуется от 15 млн («Голос», «За права человека») до 40 млн рублей («Перспектива»).

Принятый летом Госдумой скандальный закон об НКО — иностранных агентах, вызвавший резко негативную реакцию со стороны правозащитников, вступил в силу 20 ноября этого года. По новым правилам организация, выполняющая функции «иностранного агента», но не подавшая заявку на ее внесение в спецреестр Минюста, должна быть оштрафована на сумму от 300 до 500 тыс. рублей. Для физических лиц штрафы составят от 100 до 300 тыс. рублей. Если же «иностранный агент» проигнорирует решение о приостановке своей деятельности, то сотрудники этой организации должны будут заплатить от 3 до 5 тыс. рублей, а руководство — от 30 до 50 тыс.

Пока ни одна общественная организация себя иностранным агентом не признала.

Посовещавшись, правозащитники решили этот закон проигнорировать, как несоответствующий Конституции и международным нормам. «Была выработана общая позиция, и все разговоры о регистрации (в этом реестре) прекратились, — сообщил Пономарев, с нетерпением ожидающий приглашения в спецреестр. — Как только получу бумагу с предложением зарегистрироваться, сразу пойду с ней в Конституционный суд». О своей готовности обжаловать действия власти в КС «Газете.Ru» заявили также в «Transparency International — Россия».

Параллельно правозащитники готовы обратиться к российскому крупному бизнесу. «Важно, чтобы к финансированию правозащитных организаций подключился бизнес», — считает Мельконьянц. «Нужно спасать правозащитное движение в России, а для этого необходимо создать российский фонд поддержки со стороны бизнеса, но при условии, что (власти) ему разрешат работать», — уверен Пономарев.

Первым на призыв правозащитников уже откликнулся ушедший из бизнеса в политику олигарх Михаил Прохоров, пожертвовавший МХГ 1 млн рублей.

В Общественной палате придерживаются позиции, что финансирование критически настроенных по отношению к власти организаций должно исходить от самого государства.
«В свое время мы выступали и требовали от власти, чтобы грантовая программа (президента) была увеличена, нам пошли навстречу. Со следующего года это уже не один млрд, а три, — подчеркнула «Газете.Ru» член Общественной палаты Ольга Костина, занимающаяся распределением государственных грантов от имени ОП. — Если у нас будут фонды, аналогичные фонду Форда, Макартуров, то это будет только приветствоваться, в том числе и властями, потому что это снимает часть бремени с бюджета».
В 2012 году на государственную поддержку правозащитных организаций указом еще президента Дмитрия Медведева был выделен 1 млрд рублей, распределять их ОП поручила шести фондам, в том числе организации Костиной «Сопротивление». По этой линии МХГ получила 4 млн рублей. Впрочем, случай МХГ в рамках российской действительности уникален. Ни «Голос», ни Transparency, ни абсолютное большинство других общественных организаций, занимающих по отношению к властям критическую позицию, не получали ни рубля со стороны государства.