Мубарака сменил генерал-фельдмаршал

Хосни Мубарак ушел в отставку, власть в стране взяли военные

Мария Железнова, Екатерина Савина, Александр Артемьев, Екатерина Винокурова 11.02.2011, 19:57
Генерал-фельдмаршал египетской армии Мохаммед Хусейн Тантауи Reuters
Генерал-фельдмаршал египетской армии Мохаммед Хусейн Тантауи

Спустя сутки после того, как президент Египта Хосни Мубарак заявил, что намерен остаться у власти до президентских выборов в сентябре 2011 года, вице-президент Омар Сулейман выступил с заявлением о его отставке. Сулейман, однако, не взял на себя полномочия главы государства — пока власть в стране перешла к военным.

Вице-президент Египта Омар Сулейман, выступая на государственном ТВ, заявил, что президент страны Хосни Мубарак ушел в отставку и передал власть армии. Многотысячная толпа, слушавшая выступление вице-президента на центральной площади Каира, встретила его слова ревом восторга.

Как сообщил Сулейман, Мубарак передал власть верховному совету армии Египта под руководством министра обороны Мохаммеда Хусейна Тантауи. Какой пост займет во временном правительстве сам Сулейман, он не сообщил.

Как сообщил телеканалу Al Arabiya представитель совета, в ближайшее время будет объявлено о роспуске парламента и правительства. Военные заявили, что привлекут к управлению страной Верховный конституционный суд Египта.

Еще в четверг ничто не предвещало такого развития событий. Накануне вечером государственное телевидение анонсировало выступление Хосни Мубарака в прямом эфире. Толпа на площади Тахрир была взбудоражена сообщениями военных, что в своем обращении Мубарак «выполнит все требования», главным из которых был его добровольный уход с поста президента.

Однако в своей речи Мубарак, наоборот, заявил, что намерен остаться у власти до момента, пока египтяне не выберут его преемника в сентябре 2011 года. Он подтвердил, что сам не будет участвовать в выборах и не допустит участия своего сына Гамаля. Он сказал только, что передает часть своих полномочий (не уточнив, какие именно) вице-президенту, шефу разведки Омару Сулейману, а гарантировать мирную передачу власти будут военные.

Ранее высший совет вооруженных сил во главе с министром обороны генерал-фельдмаршалом Тантауи собрался на экстренное совещание, провозгласив себя «гарантом безопасности страны». Представители совета выступили с заявлением, что готовы отменить 30-летнее чрезвычайное положение, и призвали египтян вернуться к нормальной жизни и готовиться к выборам, законность и демократичность которых армия гарантирует. Заявления военных разочаровали собравшихся на площади: по сути, они повторяли заявления Мубарака о необходимости противиться давлению Брюсселя и Вашингтона и «вернуться на работу».

Пятница была объявлена «Днем прощания». Оппозиция обещала вывести на улицы египетских городов 20 миллионов человек. Однако весь день активность митингующих была невысока. По-настоящему оживленными улицы Каира, Александрии и других египетских городов стали только после объявлении о скором выступлении Сулеймана на государственном телевидении.

Еще накануне обращения Мубарака появилась информация, что президент покинул Каир, улетев вместе со своей семьей в Шарм-эш-Шейх. Известие, что глава государства покинул столицу, вскоре подтвердили военные и однопартийцы Мубарака.

Судьба Мубарака неизвестна. Накануне он клялся Аллахом, что не покинет пост президента и не уедет из Египта живым. Военные не сообщили о месте его нахождения.

Единого лидера у египетской оппозиции нет. Военные сохраняли нейтралитет во время протестов, взяв инициативу в свои руки только после отречения Мубарака. Формально временным главой государства стал нынешний глава военного совета генерал-фельдмаршал Мохаммед Тантауи. Он и раньше был одним из самых влиятельных фигур в руководстве Египта. В последнем составе кабинета Мубарака он занимал пост министра обороны и вице-премьера. Его правление в Египте могло бы напомнить правление генерала Первеза Мушаррафа в Пакистане. Все, впрочем, зависит от стратегии, которую выберут военные во главе с Тантауи.

Последние события ставят под вопрос перспективы Омара Сулеймана, который также мог взять в свои руки власть до проведения выборов в сентябре. Этот сценарий активно отстаивался Западом. Относительно неизвестный широкой публике, он возглавлял египетскую разведку с 1993 года и был назван британской газетой The Daily Telegraph «одним из самых влиятельных шпионов мира».

Весьма перспективным, по мнению экспертов, мог стать вариант с созданием египетского «тандема» — «президента-открытки», нобелевского лаурета и экс-главы МАГАТЭ Мохаммеда аль-Барадеи, и его всесильного вице-президента, которым может стать Сулейман или кто-то из силовиков.

«Не будем романтиками: реальность Египта — это диктаторский режим, и было бы лучше, если бы этот режим был светским», — полагает эксперт Института Ближнего Востока Сергей Серегичев.

В светском оппозиционном лагере выделяются две фигуры. Это уже упомянутый бывший глава МАГАТЭ Мохаммед аль-Барадеи, получивший в 2005 году Нобелевскую премию мира, и лидер партии «Аль-Гад» Айман Нур.

Аль-Барадеи, проживший много лет за границей (его семья и сейчас живет в Амстердаме), многими воспринимается как чужак: он слишком богат и по-западному буржуазен. Тем не менее, вернувшись на родину из Австрии накануне начала акций протеста, аль-Барадеи смог за счет своего международного авторитета возглавить Национальную коалицию за перемены. Но в дальнейших событиях он активного участия не принимал, на площади Тахрир его не видели.

Нур был главным оппонентом Мубарака на президентских выборах 2005 года, потом приговорен к тюремному сроку по обвинению в коррупции, а в 2009 освобожден под давлением международного сообщества. Нур «слишком свой» для египетской политики, что заставляет египтян сомневаться в его политической чистоплотности. «Оба они не смогут справиться с ситуацией, — утверждает Серегичев. — Каждый из них, приди он к власти, через полгода будет назван «предателем революции», когда перед президентским дворцом выстроится толпа просителей, которым они не смогут ничего ответить».

Еще один влиятельный светский кандидат — бывший глава МИДа и нынешний глава Лиги арабских государств Амр Муса. Он уже заявил, что не исключает участия в выборах, хотя у Мусы репутация скорее провластного кандидата.

Наконец, весьма вероятным остается и приход к власти исламского кандидата. Самая влиятельная оппозиционная, пусть и по-прежнему запрещенная, партия «Братья-мусульмане». Нынешним лидером партии стал Мохаммед Бади, который пока не заявлял о своем стремлении занять первые роли и даже поддерживал многие шаги светского политика аль-Барадеи. Тем не менее позиция Бади в случае начала реального выдвижения кандидатов неясна. Сценарий же прихода к власти «Братьев-мусульман» считается самым непредсказуемым и нежелательным как для Запада, так и для Израиля.

«Братья-мусульмане» успели выступить с заявлением, в котором назвали день отставки Мубарака «днем победы всего египетского народа».

Об этом Reuters заявил бывший лидер парламентской фракции «Братьев» Мохаммед аль-Кататни. Кататни и все его братство ждут первых шагов от высшего военного совета, который осуществляет руководство в стране.

Преемником Мубарака может стать только военный или подконтрольный военным кандидат, уверен Серегичев, даже если им станет компромиссный аль-Барадеи. Но в любом случае эйфория продлится недолго. «Нового президента какое-то время будут носить на руках, а потом поймут, что проблемы никуда не делись, что большинство людей все равно живут за чертой бедности. Тогда с ним поступят как с Мубараком», — считает Серегичев.

Смена власти наверняка усилит позиции «Братьев-мусульман», полагает он. Если они будут участвовать в выборах, то наверняка повторят свой успех 2005 года, когда они получили около 20% мандатов.

С ним согласен главный научный сотрудник Института мировой экономики и международных отношений Георгий Мирский — «в Египте избавились от человека, но проблемы никуда не делись». По его словам, уход Мубарака с поста президента — свидетельство того, что «им пожертвовали военные, которые не могли позволить, чтобы рухнула вся система». «Армия — главный предприниматель в стране, и если система рухнет, то откроются все их бесчисленные злоупотребления, — говорит он. — Что у военных на уме сейчас — не знает никто». Но исламской диктатурой Египет не станет, даже если «Братья-мусульмане» покажут хороший результат на выборах, убежден эксперт.