Цивилизация
— Госпожа заместитель госсекретаря, существует ли какая-то имидж-стратегия для «перезагрузки», провозглашенной нашими президентами, пиар-кампания, которая пропагандировала бы курс США или России на сближение?
— «Перезагрузка» — это вовсе не пиар-акция, это за пределами каких-либо пиар-усилий. Одна из причин, по которой мы здесь и занимаемся этой инициативой, как я считаю, заключается в том, что единственный путь улучшить и расширить наши отношения может проходить только через сближение людей на повседневной основе, а через пиар-кампанию это не получится. Мы фокусируемся на том, чтобы понять, что интересует людей здесь, в России, и в Соединенных Штатах, чтобы мы могли эти отношения как-то наладить.
Я работаю с группами и тут, и в США, чтобы создать эти отношения и укрепить их через такие технологии, которых у нас, наверное, никогда не было. Мы говорим о связи людей в 21-м веке. Вы, пресса, здесь, представляете собой все возможности для организации диалога, дискуссий и дебатов.
Пиар-кампанию вы можете запустить, а затем она закончится, и люди все забудут о ней, и ничего не изменится. А мы хотели бы изменений, мы хотели бы улучшения отношений, и этим мы бы хотели заняться. С кем мы можем поговорить, о чем мы хотим поговорить. Мы можем говорить обо всем: о вопросах, которые касаются нас всех, об изменении климата или глобальном здоровье, или о каких-то общественных вопросах. Это могут быть встречи о музыке или спорте. Просто предоставляя такие возможности, мы можем узнать друг о друге больше – это настоящий путь вперед.
— Такая политика «мягкой силы», которую провозгласила госсекретарь Хиллари Клинтон, многими в России воспринимается как подрывная работа. НКО, получающие гранты и спонсируемые из-за рубежа, считаются агентами влияния. Как вы можете изменить такое отношение?
— Я считаю, что многие страны — как и Россия, так и США, мы сами — сталкиваются с вакуумом информации о людях и том, что их интересует. Для меня лучший способ продвигаться вперед — это предоставлять людям реальную информацию, реальные возможности общаться друг с другом. Такого не произойдет никогда, чтобы мы смотрели на все вещи одинаково, но есть вопросы, по которым мы могли бы сойтись.
Когда вы говорите, что люди в России смотрят на наши усилия как на пропаганду, то это только потому, что у нас нет таких отношений общения. Я надеюсь, что мы достигнем такой точки, когда сможем свободно общаться. Я думаю, например, «Газета.Ru» с компаниями в США могли бы начать разговор о том, как вы сделали компанию, как вы пришли из начальной точки в нынешнюю — вот такими вещами мы и должны заниматься. Моя задача в этой комиссии – найти такие возможности, которые помогли бы нам продвигаться вперед.
— Ваша рабочая группа – одна из 16, созданных в рамках российско-американской президентской комиссии. Но в России очень мало знают о вашей деятельности. Внимание привлекает, пожалуй что, группа Макфолла--Суркова, занимающаяся гражданским обществом. Насколько открыта ваша работа?
— Я сфокусирована, конечно, на работе своей группы. С господином Швыдким я встречалась в сентябре, и наша группа была первой, которая приступила к рабочим сессиям. Я присутствовала на заседании подгрупп по образованию, по культуре, у нас была встреча спортивной подгруппы, и в первой четверти следующего года соберется подгруппа по СМИ.
Я была очень воодушевлена, когда вышла с первой встречи по культуре, поскольку идеи буквально плескались в зале. Я считаю очень важным привлечь к этому внимание, потому что, повторюсь, наша задача – разбить стену между нашими народами.
Я пригласила с собой компанию Blackboard, которая может показать, какие технологии могут быть использованы в образовании и обучении. У нас замечательные предложения от группы по культуре, в частности о том, как российские театральные постановки при помощи технологии онлайн-видео могут войти в американские университеты и дома.
Мы говорили о том, как мы можем использовать технологии, для того чтобы расширить доступ к такому же опыту в Москве, отдаленных районах России, в Нью-Йорке или штате Айова. Нет ничего лучше личного общения, но мы говорим об общении миллионных народов, и у нас столько способов обеспечить его. Я очень оптимистична в этом отношении.
Спортивная секция занимается в первую очередь юношеством, и мы пришли к выводу, что речь может идти не обязательно о соревновании россиян и американцев, а о том, чтобы организовывать совместные команды, в которых ребята смогут работать вместе, в командном духе, и я считаю, что это замечательно.
— Каковы могут быть инструменты популяризации готовящихся вами программ: интернет, специальный сайт вашей рабочей группы?
— Мы пока в процесс оценки этого. Интернет конечно будет ключевым. Ясно, что, когда вы хотите как-то объединить людей, вы должны использовать интернет, но, поскольку доступ к интернету есть не у всех, мы не можем ограничиваться только им. Мы сейчас проводим инвентаризацию всех возможных двусторонних связей между нашими странами, мы говорим о доступной базе данных, к которой общественные институты в России и Соединенных Штатах могли бы обращаться, чтобы понять, как они могут сойтись вместе.
Я считаю, что если правительства уйдут с дороги компаний, общественных институтов, таких как музеи, и позволят им работать между собой напрямую, интернет мог бы стать главным инструментом их общения, но не одним. Мы будем и дальше работать традиционными способами: мы будем думать о программах обмена, расширении нашей культурной программы здесь – мне было бы, например, очень интересно узнать, что хотели бы люди здесь, в России, увидеть.
До марта мы хотели бы вовлечь в нашу работу гораздо больше людей. Мы взяли с собой 25 человек, и это приличная по обычным меркам делегация, но у нас еще более важный мандат. Каждая из наших 16 групп не будет способна отыграть назад.
— Июльской встречи президентов в Москве было достаточно, для того чтобы воодушевить работу двусторонней комиссии? Или, на ваш взгляд, потребуется еще одна их личная встреча?
— Наши президенты и так встречаются и будут и дальше встречаться, используя любую возможность, на многосторонних конференциях. Это замечательно для наших стран: чтобы наши народы общались, необходимо, чтобы и лидеры общались.
В сегодняшнем мире ты не можешь ждать возможности сесть с кем-то за стол переговоров раз в четыре года, и я думаю, оба наших президента понимают это, и благодаря такому пониманию наши страны станут сильнее и пойдут по лучшему пути.
