Обаму тоже игнорировали

Барак Обама встретился с оппозицией

Елизавета Сурначева, Александр Артемьев, Мария Цветкова 07.07.2009, 21:54
Reuters

Барак Обама заступился перед оппозиционерами за Дмитрия Медведева и не стал заступаться за Михаила Ходорковского, хотя и дал понять, что поговорил о его судьбе с российским президентом. Адвокат Елена Лукьянова, защищавшая главу ЮКОСа, сообщила Обаме, что заключение Ходорковского нравится Владимиру Путину.

К концу второго дня пребывания в Москве президент США Барак Обама встретился в отеле Ritz-Carlton с представителями оппозиционных партий России. На мероприятие попали лидер КПРФ Геннадий Зюганов, лидер «Яблока» Сергей Митрохин, сопредседатель «Правого дела» Леонид Гозман, сопредседатели «Солидарности» Борис Немцов и Гарри Каспаров, экс-руководитель Республиканской партии Владимир Рыжков, член Компартии адвокат Елена Лукьянова, защищавшая, в частности, Михаила Ходорковского, и депутат Госдумы от «Справедливой России» Илья Пономарев.

«Встреча носила в целом ознакомительный характер», — поделился впечатлениями Илья Пономарев. «Было интересно посмотреть на него вблизи. Он производит впечатление человека сильного, нециничного, искреннего», — рассказал Гозман.

Оппозиционеры выступили, а Обама выслушал и прокомментировал их слова. Он сказал, что сегодняшняя встреча — начало определенного диалога, но предостерег от чрезмерных ожиданий каких-то радикальных решений и заявлений, рассказали участники встречи.

На встрече присутствовал курирующий отношения США с Россией Майкл Макфол, которому президент и дал поручение по дальнейшему взаимодействию оппозиционеров с администрацией.

Лукьянова заговорила о Ходорковском в своем выступлении по судебной системе.

По словам одного из участников встречи, Лукьянова заметила, что Путину нравится, что бывший глава ЮКОСа в тюрьме, но Обама оставил это высказывание без ответа.

Вместо этого американский лидер сказал, что вопросы исполнения российского правосудия поднимались на встрече с Медведевым, и подчеркнул, что оба президента рассматривают вопросы в одном ключе, однако, «как реализуется это видение, будет понятно дальше». Сама фамилия Ходорковского Обамой названа не была, замечает Пономарев, но было понятно, что тема подробно обсуждалась лидерами государств.

Оппозиционеры сообщили президенту США, что действия президента Медведева не отвечают его либеральной риторике. Обама на это возразил, что не стоит недооценивать либеральных заявлений российского президента, поскольку впоследствии ему придется отвечать за свои слова, запомнил Рыжков.

Президент США сочувственно отнесся к проблемам российской оппозиции. Он рассказал политикам, как, будучи оппозиционным сенатором, шесть лет чувствовал себя игнорируемым оттого, что инициативы блокируются, а законопроекты не проходят в парламенте, но в конечном итоге все закончилось тем, что его избрали президентом, потому что «побеждает правда».

Военную тему в разговоре с Обамой поднял Геннадий Зюганов, сказавший, что коммунисты выступают против расширения НАТО и развертывания элементов ПРО в Европе. Когда о противоракетной обороне заговорил Митрохин, по лицам Обамы и сотрудников его администрации стало понятно, что они обсуждали эту тему слишком много, поделился ощущениями Гозман. Обама в ответ не сказал ничего конкретного, только упомянув о том, что тема ПРО обсуждалась с президентом Дмитрием Медведевым и они работают в этом направлении.

Зюганов также выдвинул предложение снять блокаду Кубы, рассказал Пономарев. На это президент заметил, что мир сложен и многообразен и, если бы он общался с кубинскими оппозиционерами, он вряд ли бы обрадовались такому предложению.

Обама сказал, что для него свобода, демократия и права человека не пустой звук и что он не будет жертвовать ими ради внешнеполитических успехов, отметил Рыжков, добавив, что встречам с неофициальными лицами президент США посвятил почти весь день.

После многочасового перелета, контактов с первыми лицами, утренней лекции в РЭШ, дневной встрече с бизнес-сообществом, бесед в кругу представителей НКО и оппозиционеров Обама, по словам его собеседников, выглядел явно уставшим. К концу двухчасовой встречи с политиками дочери прислали ему записку: «Папа, мы очень хотим есть». Примерный семьянин Обама показал записку и сказал, что пора завершать встречу.