Несогласованная победа

— 14.08.08 18:34 — ТЕКСТ: АЛЕКСАНДР АРТЕМЬЕВ ФОТО: ИТАР-ТАСС

Эксперты "Газеты.Ru" подводят предварительные итоги пятидневной военной кампании. Военачальники и прочие специалисты едины в своем мнении – учитывая, в каком состоянии находятся российские вооруженные силы, – операция была проведена с максимальной эффективностью.

Российская армия прекратила во вторник активные боевые действия на территории Грузии, решившей 8 августа взять под контроль Южную Осетию.

Член Совета по внешней и оборонной политике Виталий Шлыков дает исключительно высокую оценку «подготовке войск, во всяком случае, сухопутных войск» российских Вооруженных сил. Шлыков рассказал «Газете.Ru», что еще в прошлом году побывал в расположении 58-й армии и был восхищен «превосходной подготовкой» частей. «Они были подготовлены прекрасно к операциям и по характеру боевых действий в этом регионе, и по уровню боеспособности», – уверен он.

Александр Цалко, генерал-майор авиации в запасе, также высоко оценивает действия российской армии, указывая, что войска «успешно и профессионально решали поставленные перед ними задачи». Это предопределило, на его взгляд, «конечную победу» Москвы в конфликте с Грузией, несмотря на ряд очевидных сложностей.

Среди них генерал-майор выделяет как политические – затягивание, на его взгляд, начала военной операции, – так и касающиеся чисто военной составляющей. С ним в целом согласен и другой генерал-майор авиации в запасе Александр Мордовин.

По словам последнего, «Генштаб и ГРУ упустили момент сосредоточения грузинских войск и упустили конкретный момент атаки». Россия, считает Мордовин, могла нанести превентивный удар по грузинским войскам, когда те еще только готовили обстрел Цхинвали из систем залпового огня «Град». Генералу «не совсем понятно», чем руководствовалось ГРУ, которое является «мощным и хорошим разведывательным институтом».

«Не надо искать конкретных виноватых в том, что наши войска вошли уже после начала атаки грузинских подразделений, но определенные выводы сделать все же стоит», – уверен Мордовин.

Цалко же интересует другой момент.

«Очевидно, плохие, просто бестолковые действия авиации по подавлению огневых точек противника показали, что весь опыт, который мы имели с афганской войны, утерян, – признает генерал-майор авиации в запасе. – В каждой роте тогда был авианаводчик, были специально обученные офицеры и даже сержанты, державшие связь с авиацией, которая должна была поддерживать их наступление».

«Существуй связь авиации с сухопутными войсками сейчас – а сейчас армейская авиация подчинена ВВС – мы понесли бы меньше потерь и мы бы решительнее и быстрее покончили с ситуацией в Южной Осетии», – приходит к выводу отставной военачальник.

«Отсутствие единого командования, того, что принято называть «объединенным стратегическим командованием», как в США, в значительной степени ответственно за потерю времени», – соглашается Шлыков.

Из-за «отсутствия согласованности» в действиях войск на местах «штаб армии и командование, мозг операции, попали в тяжелейшую ситуацию», припоминает Цалко случай с нападением грузинского спецназа на штабную колонну 58-й армии, командующий которой, генерал Анатолий Хрулев, получил ранения.

На «несогласованность» делает упор и Шлыков, который называет ее «главным пороком» существующей сейчас в России оборонной модели. «Разведка подчинена Генштабу, и информация об обстановке с мест поступает именно туда, и это резко, на часы, замедляет обмен данными с подразделениями на местах», – рассказывает военный эксперт. «Хрулев, которого я знаю лично, делал все, что можно, чтобы организовать переброску войск. Но через Рокский туннель нельзя провести разом большую группировку войск, и он пошел по Южной Осетии с тем, что у него было, – с батальоном». Полностью разделяет его мнение и независимый военный эксперт Павел Фельгенгауэр, указавший, что «выдвижение войсковых частей не может быть спонтанным».

«У него не было времени провести разведку, не было штаба, а приказ – наступать после отхода грузинских войск – по всей видимости, был», – делится своим мнением с «Газетой.Ru» Шлыков. «Так в действия военных вмешивается политика», – говорит он.

Но в конечном итоге в Южной Осетии «армия сработала на отлично», уверен Цалко. Шлыков уточняет: «При том состоянии, в котором сейчас находится российская оборонная система – отнюдь не все вооруженные силы – это была эффективно проведенная операция». Фельгенгауэр возражает. Война в Южной Осетии, по его мнению, планировалась Генштабом в течение не недель, а месяцев, если не трех последних лет. «Каждый год, начиная с 2006 года, проводились учения «Кавказский рубеж», и каждый год они становились все более масштабными. В последний раз у Рокского туннеля полтора месяца стояла целая танковая группировка», – рассказывает он.

Именно поэтому, считает Фельгенгауэр, перед российской армией, чтобы ни говорили в Москве, стояла другая задача – дать «Грузии генеральное сражение» и уничтожить армию республики. Но этому, на его взгляд, помешало «политическое решение» грузинского президента Михаила Саакашвили отвести 10 августа войска с позиции, сохранив армию ценой территорий.

Потеря боеспособной армии, на которой, считает эксперт, и держится во многом его власть, была бы для грузинского лидера жесточайшим ударом, и тому есть основания. «Американская подготовка грузинских военных показала, что за несколько лет вполне возможно подготовить целую армию для локального конфликта и наступательных действий в нем, – рассуждает бывший сотрудник ГРУ Шлыков. – Однако американцы подготовили их очень узко и не научили самому главному – беречь в конфликте мирное население. Они нарушили самое главное «американское правило», которое США вспомнили в ходе в Ираке, а ведь это целая школа подготовки».

Для победы или ведения боевых действий это, однако, не имеет такое большое значение, признает эксперт. Что важно – у грузин «была лучшая» для локальных конфликтов «боевая техника», в том числе «беспилотные летательные аппараты и средства засечки».

Фельгенгауэр добавляет: «Военная техника Грузии, нельзя сказать, что «аховая». У нее на вооружении те же советские танки Т-72, но оснащенные тепловизорами, системами спутниковой навигации, поэтому они и могли воевать ночью, а осетинские формирования и российские войска – не могли».