Мастер Таганки

Чем запомнился режиссер и основатель Театра на Таганке Юрий Любимов

Отдел культуры 05.10.2014, 13:04
__is_photorep_included6248761: 1

На 98-м году жизни скончался театральный режиссер и актер, народный артист России, первый худрук Театра на Таганке, один из главных реформаторов советского и российского театра Юрий Любимов. Вечером 2 октября, через два дня после своего 97-летия, Любимов был госпитализирован в тяжелом состоянии.

Последние несколько лет Юрия Любимова почти ничего не связывало с Театром на Таганке. Театр жил своей жизнью, режиссер — своей, достаточно насыщенной. Любимов поставил спектакль «Бесы» в театре имени Вахтангова (премьера была весной 2012 года), оперу «Князь Игорь» — в Большом (из-за болезни он перенес эту постановку с декабря 2012-го на май 2013-го), репетировал «Школу жен» по Мольеру в «Новой опере» — спектакль вышел в мае 2014 года.

А до этого у Любимова была очень длинная творческая жизнь, главная часть которой принадлежала Таганке — его детищу, которое, казалось, было неразрывно связано с именем мастера.

До 1964 года на месте легендарного театра находился Московский театр драмы и комедии. Весной того года в театр пришли молодые актеры, выпускники Щукинского училища, вместе со своим педагогом Юрием Любимовым, актером театра Вахтангова, и принесли свою дипломную работу — спектакль «Добрый человек из Сезуана» по пьесе Бертольда Брехта. История богов и людей оказалась важной вехой в истории российского театра: из этой постановки родилась любимая зрителями Таганка.

Ко времени создания нового театра Юрий Любимов прожил на сцене почти тридцать лет. Он учился актерской игре в студии МХАТ 2-й и в 18 лет впервые сыграл в спектакле «Мольба о жизни», одной из последних постановок театра. После закрытия второго МХАТа Любимов перевелся в театральное училище при театре Вахтангова (имя Щукина оно получит позже), закончил его, был призван в армию, воевал на Зимней войне, а во время Великой Отечественной служил в ансамбле НКВД. После войны — в 1946-м — вернулся в труппу Вахтанговского театра, где и проработал до начала 60-х.

Любимов сыграл более тридцати ролей — от Олега Кошевого в «Молодой гвардии» и Ромео в «Ромео и Джульетте» до Сирано в «Сирано де Бержераке» и Моцарта в «Маленьких трагедиях».

В Вахтанговском театре же впервые он попробовал ставить сам — это было в 1959-м, а спектакль назывался «Много ли человеку надо» по пьесе Александра Галича. В это же время он снимался в кино — немного, да и роли играл второго плана: то французского летчика Лярошеля в «Беспокойном хозяйстве» у Михаила Жарова, то Пятницу в «Робинзоне Крузо», а то и Андрея в «Кубанских казаках» Ивана Пырьева.

Но истинное призвание Любимова раскрылось только с созданием Театра на Таганке. Он вспоминал, что и актером в театре и кино часто вмешивался в работу режиссеров, а сам начал ставить, когда понял, что у него есть «острое чутье» на то, как нужно сделать. Конечно, театральными экспериментами в то время занимались многие; например, в конце 50-х появился не менее знаменитый «Современник» под руководством Олега Ефремова, тоже созданный молодыми актерами — со своей позицией, своими мыслями и своими представлениями о том, что нужно зрителю.

Все это было и у Любимова. Уже первый спектакль — тот самый «Добрый человек из Сезуана» — произвел фурор. Впрочем, сам режиссер отмечал, что без этой постановки он не смог бы создать свой театр.

«Если бы я пришел в Театр на Таганке без собственного спектакля, программы и актеров, меня бы просто «провернули через мясорубку» до состояния фарша», — рассказывал он в одном из интервью.

Потом были «Герой нашего времени» по Лермонтову, «Антимиры» по поэзии Андрея Вознесенского, «Десять дней, которые потрясли мир» Джона Рида с революционными матросами, врывавшимися на сцену через зрительный зал. Любимов смело экспериментировал, ставил поэтические спектакли и превращал прозу в пьесы, рассаживал актеров в зрительном зале и выводил на сцену Гамлета в свитере. В его первом наборе были Валерий Золотухин, Николай Губенко, потом в театр пришел «чужой», не вахтанговский выпускник — Владимир Высоцкий. У Любимова играли Алла Демидова, Иван Дыховичный, Вениамин Смехов, Леонид Филатов. Театр на Таганке регулярно ездил по зарубежным гастролям, а сам Любимов ставил спектакли и оперы в миланской «Ла Скала», в театрах Германии, Венгрии, Италии, Англии...

В 1984 году сказка вдруг закончилась: Юрия Любимова, который тогда находился за рубежом, лишили гражданства СССР.

Сам режиссер связывал это с прошедшими четырьмя года раньше похоронами Владимира Высоцкого — вернее, с той демонстрацией, в которую они превратились во время Олимпийских игр в Москве. Начались у театра и сложности с постановками — были запрещены спектакли «Борис Годунов» Пушкина и «Театральный роман» Булгакова. Впрочем, ведущие театры мира не оставили Любимова без работы, а гражданство ему предоставили Израиль и Венгрия.

Продолжалась вынужденная иммиграция недолго — уже в 1988 году он вернулся, а еще через год снова возглавил Таганку и восстановил запрещенные спектакли.

Но мирным его возвращение не стало. В 1992-м от Любимова ушла часть труппы во главе с Николаем Губенко — она организовала новый театр «Содружество актеров Таганки».

В июне 2011-го Театр на Таганке в очередной раз заштормило. Любимов, художественный руководитель и директор театра, обиделся на актеров труппы, потребовавших гонорары за иностранные гастроли. И заявил об уходе из созданного им театра. Поначалу заявление Любимова было воспринято скептически: мол, «опять» — мэтр, которому в это время шел 94-й год, «уходил» неоднократно, но дальше угроз дело не заходило.

Но на этот раз все оказалось всерьез — то ли конфликт был слишком глубоким, то ли, что называется, накопилось. По иронии судьбы на те гастроли театр вывозил спектакль «Добрый человек из Сезуана».

Понять, чья версия ближе к истине, было практически невозможно: каждая сторона конфликта говорила о своем, придерживаясь некой «генеральной» линии. В итоге совместная история Любимова и Театра на Таганке закончилась. У «Таганки» появился новый художественный руководитель — актер «любимовского» призыва Валерий Золотухин,

сам театр продолжил показывать старые спектакли и премьеры, но перестал быть Театром Любимова.

Обида, судя по всему, была нешуточная — во всяком случае, со стороны режиссера. Какое-то время Любимов даже отказывался говорить о бывшем своем театре, лишь посвятил своим бывшим актерам тех самых «Бесов». Не примирила его с труппой ни смерть Золотухина в марте 2013-го (часть актеров обратилась к мастеру с просьбой вернуться), ни приближающееся 50-летие Таганки.

Свое 50-летие Театр на Таганке отпраздновал без Любимова, но с его незримым присутствием: приглашенная Департаментом культуры Москвы «Группа юбилейного года», в которую вошли молодые режиссеры, театроведы, продюсеры и кураторы, проводила выставки и ставила спектакли, словно имея его за спиной. Смело и местами радикально — но с рефлексией о месте великого мастера в истории русского театра, с деятельным почтением к нему. И сталкивалась «Группа» с теми же интригами и открытой враждой, с которыми едва ли не всю жизнь на Таганке жил Любимов.

Одним из последних пожеланий Любимова, чей 97-й день рождения праздновался 30 сентября, было выделение уникального кабинета (чьи стены исписаны автографами знаменитостей от пола до потолка) и части прилегающих к нему помещений в мемориальную зону. Теперь эта просьба превратится в завещание.