Цивилизация
Серия игр Civilization в представлении, кажется, не нуждается: глобальной стратегии номер один в этом году исполнится 22 года. За свой долгий век она успела открыть Новый Свет (Sid Meier's Colonization), слетать в космос (Sid Meier's Alpha Centauri) и поэкспериментировать с фэнтези (Civilization II: Test of Time). Но внутри этой махины никогда ничего не менялось. Возглавив горстку условных предков какого-нибудь народа (от русских до зулусов) игрок терпеливо исследовал территории, строил и развивал города, воевал и вел переговоры с соседями, торговал и вкладывался в науку, выбирал между религиозными и общественными формациями и мечтал о том дне, когда вся карта мира окрасится в цвет его нации.
Civilization всегда легкомысленно обходилась с историей: здесь вполне был возможен расклад, при котором в XXII веке американские феодалы с мушкетами нападают на вооруженных ядерными бомбами египетских демократов.
Исторические личности здесь изображались карикатурно, религии работали как опиум для народа, а геноцид соседей был самой интересной задачей, хотя для победы достаточно было первым полететь в космос.
В то же время игра была наглядным учебником по истории, объясняющим причинно-следственные связи событий, сделавших нас теми, кто мы есть. Олово плюс медь равно бронза. Изоляционизм делает нацию слабой. Лучники боятся конницы, та – копейщиков, те – стрелков.
Выбрав демократию, будь готов к протестам.
Когда нет хлеба, зрелища не спасут. Прилагавшаяся к каждой игре «Цивилопедия» раскладывала человеческую историю по полочкам. С этих полок впоследствии спрыгнули все самые достойные стратегические игры – от Age of Empires до Total War. Но неторопливая походовая Civilization, предлагавшая пользователю проделать путь из пещер в космос, всегда оставалась самой величественной и масштабной. Более опасного убийцы времени еще просто не выходило: «Тамагочи», The Sims, Plants vs. Zombies и прочие «Счастливые фермы» по сравнению с «Цивилизацией» — баловство.
Вся эта ностальгическая прелюдия была необходима, чтобы сообщить любопытную новость: появившаяся в продаже 12 июля серия Civilization V: Brave New World радикально меняет правила игры.
«Цивилизации», к которой все привыкли – беззаботной, воинственной, оторванной от реальности, – больше нет.
В местную конституцию внесены поправки, явно написанные под впечатлением от политических событий последнего времени. Традиционные войны стали почти бесполезными. На первый план вышли насаждение соседям собственной культуры, религии и идеологии, бессовестный шпионаж и коллективная травля наций-изгоев через ООН. Все как в жизни. Дополнение неслучайно названо в честь антиутопии Олдоса Хаксли: веселая игра вдруг превратилась в мрачный штрих к картине мира.
Отношения между религиями обострились, а монолитные конфессии расчленились: к примеру, христианство теперь делится на протестантизм, католицизм и православие. Вплоть до постиндустриальных времен вероисповедание работает как система «свой – чужой». Дальше на смену ей приходит идеология: выбор между Автократией, Свободой и Порядком вновь предопределяет список союзников и врагов. Параллельно усилилась роль культуры и туризма: нации теперь стремятся насаждать друг другу свои ценности.
Ради этой цели в игру даже введены археологи: вовремя отыскав место исторической битвы, можно поднять патриотический дух народа. Ныряние за амфорами, правда, пока не предусмотрено.
Зато, добившись превосходства в стиле жизни, получаешь зависть соседей, которая легко конвертируется в приток капиталов. Видимо, где-то по ту сторону монитора кто-то покупает виллы в Майами.
Шпионаж, ранее сводившийся к саботажу производства, стал реалистичнее: теперь можно создавать во враждебных странах пятые колонны. Под видом дипломатов шпионы коррумпируют политические элиты той или иной страны и заставляют их голосовать на Конгрессе наций в интересах новых хозяев. Сам Конгресс, как и ООН, стал мощным инструментом давления на неугодные режимы: через него теперь можно оправдать какое угодно свинство.
Воевать стало почти бессмысленно: бряцание оружием плохо сказывается на торговом балансе и культурном обмене.
А хитрые дипломаты могут росчерком пера лишить любых завоеваний, сделав победителей проигравшими. «Цивилизация» образца девяностых, вообще говоря, была очень русофильской игрой: успешной в ней считалась та нация, которая сумеет захватить полмира и первой запустит собаку в космос. Новая «Цивилизация» показывает, что на нас лучше не равняться. И даже помогает разобраться, как мы докатились до такой жизни.
Единственный трогательный момент в этом дивном новом мире – то, как визуализирована культурная экспансия.
При выполнении игроком определенных условий в его стране рождается великий художник, музыкант или писатель. Со временем он создаст один-единственный, но безусловный шедевр. Русские классики представлены Чеховым, Достоевским, Гоголем, Толстым и Горьким: последний подарит своей нации пьесу «На дне».
