Кого слушает президент

Поп не играет в кино

Иоанну Охлобыстину запрещено служить

«Парк культуры» 09.02.2010, 13:05
Наше кино

Патриарх Кирилл ответил на обращение Иоанна Охлобыстина. Пока Охлобыстин не оставит актерство, ему запрещено исполнять обязанности священника, носить рясу и крест.

Пастырская эпопея Ивана Охлобыстина, похоже, завершена или, по крайней мере, прервана. Вчера вечером на официальном сайте Московского патриархата появилась следующая новость:

«Священник Иоанн Охлобыстин временно запрещен в священнослужении. Данное решение принято в ответ на прошение, с которым священнослужитель обратился в ноябре 2009 года к святейшему патриарху Московскому и всея Руси Кириллу. «При всем уважении нашего общества, включая представителей церкви, к тому вкладу, который вносят актеры в культурную жизнь народа, следует придерживаться церковных канонов, в соответствии с которыми священство и лицедейство несовместимы», — подчеркивается в резолюции его святейшества. «Положительно оцениваю факт вашего письменного обращения, исполненного духовной озабоченностью, — пишет предстоятель Русской православной церкви. —

Однако до окончательного решения вопроса о том, чем вы будете профессионально заниматься, вы запрещаетесь в священнослужении. Вам не следует носить рясу и иерейский крест».

Согласно резолюции его святейшества, временное запрещение может быть снято, если священник Иоанн Охлобыстин сделает «окончательный и однозначный выбор в пользу пастырского служения».

Напомним, что в ноябре прошлого года известный актер, являющийся одновременно и священнослужителем, написал в своем блоге о том, что он направил обращение к священноначалию с просьбой временно отстранить его от сана из-за «внутренних противоречий».

«Много критики в мой адрес от собратьев по служению и простых прихожан. Суть основной претензии в том, что исполнением роли бесноватого царского шута (в фильме Павла Лунгина «Царь» — ПК) я соблазняю людей и унижаю священный сан. Я действительно категорически не соответствую общепринятому нормативу внешнего образа священнослужителя:

я снимаюсь в кино, предпочитаю светскую одежду, причем своеобразную, занимаюсь боевыми искусствами, мое тело покрывают татуировки, пальцы мои частенько унизаны перстнями, и у меня не растет борода, в конце концов.

Вроде бы чепуха, самому смешно. Но что-то не так».

Решение патриарха вполне ожидаемо и резонно. Актерство для священника, согласно церковным догматам, действительно неприемлемо, в «Апостольских правилах» сказано: «Святый вселенский собор сей совершенно возбраняет быти смехотворцам, и их зрелищам, такожде и зрелища звериныя творити и плясания на позорищи. Аще же кто настоящее правило презрит и предастся которому либо из сих возбраненных увеселений, то клирик да будет извержен из клира…»

Действительно, после принятия сана в 2001 году Охлобыстин заявил о том, что оставляет актерство и с кино будет соприкасаться только в качестве сценариста.

Однако в 2007 году Иван Охлобыстин вернулся к актерской деятельности (объясняя это обычно необходимостью кормить шестерых детей), и это его решение вызвало как минимум неоднозначные оценки и у священников, и у мирян.

Даже не особо религиозные люди недоумевали. Ладно, мол, роли шута Иоанна Грозного Вассиана или Григория Распутина еще можно как-то «пристегнуть» к духовным и нравственным поискам, то как быть с ролями в обыкновенных боевиках вроде «Пуля-дура», где Охлобыстин сыграл детектива Стаса Уточкина, или «Москва, я люблю тебя» с ролью лидера преступной группировки? Достойно ли духовному отцу палить в людей налево и направо, пусть и на экране?

И все бы ничего, но обращение батюшки к прежней профессии вовсе не ограничивалось редкими эпизодами, а, напротив, из года в год нарастало.

Только в этом году анонсировано как минимум одиннадцать картин с участием актера Охлобыстина: «Поцелуй сквозь стену», «Москва, я люблю тебя!», «Младший», «Псевдоним для героя» (последний фильм Анны Самохиной), «Любовь на колесах», «Индус», «Зона турбулентности», «Дом Солнца», «Беляев», «Безумный день, или Операция «Фигаро» и «Generation П».

Многие церковные иерархи возмущались уже в открытую: «Думаю, что для батюшки актерство небезопасно. В понятие жертвы, когда чем-то жертвуешь, входя в церковь, наверное, входит и оставление актерского ремесла. Может быть, отец Иоанн еще не сделал главную жертву ради Христа. Если у него есть большой потенциал актерского искусства, тогда зачем он принял сан? … Тут надо с какой-то мерой сочувствия, сострадания и доверия подходить к нему, что батюшка все-таки желает действительно служить Богу, но, правда, считает допустимым служить в актерской среде. Для него это, видимо, допустимо, а для церкви, наверное, недопустимо», — считает настоятель Леушинского подворья протоиерей Геннадий Беловолов.

Руководитель миссионерского отдела Архангельской и Холмогорской епархии протоиерей Евгений Соколов оценил ситуацию куда жестче: «То, что делает о. Иоанн Охлобыстин, — совершенно неправильно (не хочу быть более резким).

Это разменивание драгоценного времени и возможностей духовного сана на мирское и более низменное. Скорее всего, это нерадение и неверное отношение к своим обязанностям как священника».

Попутно выяснилось, что заявление Иоанна Охлобыстина о том, что в фильме «Царь» он снимался по благословению патриарха Алексия II, не совсем соответствует действительности. Руководитель пресс-службы патриарха священник Владимир Вигилянский сообщил «Известиям», что покойный патриарх Алексий не давал благословения Павлу Лунгину, а лишь направил письмо, в котором выражал надежду, что тому удастся справиться с очень сложной темой. «Вероятно, отец Иоанн был кем-то введен в заблуждение относительно благословения на съемки этого фильма», — предположил отец Владимир.

Теперь, после решения нового патриарха, все точки расставлены и вся двусмысленность снята, и Охлобыстин может беспрепятственно отдаться не пастырскому, а актерскому служению.

О своем выборе он уже сообщил в блоге: «Милостью Божией произошло! Я получил ответ на свой запрос от святейшего. Пока я снимаюсь в кино, я запрещен к священнослужению. Теперь я просто отец Иоанн, священник только по наименованию. Это бесконечно печально и столь же справедливо». Охлобыстин убежден, что решение патриарха «защитит авторитет Русской православной церкви от лишней критики в ее адрес, это поставит точку на так и не удавшемся эксперименте совмещения экрана и амвона, это успокоит смущающихся прихожан, это позволит поднять детей на ноги»... «Буду собирать силы во время падения — впереди съемки, заработки, известность и грустные глаза моей жены».