Всех святых выноси

— 22.06.09 12:17 —

ТЕКСТ: "Парк культуры"

ФОТО: outnow.ch

Хроника ММКФ: русское кино пристально вглядывается в святость, пионеры-герои приходят с того света, на Тайсона снисходит и уходит дух, китайские геи и турецкие гопники душевно мечутся.

«Интересно, следующий русский фильм тоже будет про святых?» Этот озвученный кем-то вопрос после показа конкурсного «Чуда» Александра Прошкина, пожалуй, интересовал в той или иной мере почти всех. Экранизация «основанной на реальных фактах» городской легенды, почти пионерской страшилки, про «стояние Зои» – 128 дней, проведенных в окаменелом состоянии разбитной комсомолкой после попытки станцевать буги-вуги с иконой Николая Чудотворца, – обернулась едва ли не более назойливым исследованием загадочной русской души, чем притчеобразный конфликт Ивана Грозного и митрополита Филиппа.

На протяжении двух часов под воздействием обыкновенного чуда трещит по швам атеизм пьющего журналиста (Константин Хабенский), сбегает из дома, уняв дрожь в коленях порцией «ерша», местный поп, а Никита Сергеевич Хрущев, выступивший в комической роли «бога из машины», не успев выпустить из рук скалку, принимается сравнивать облака с ангелами. С другой стороны, несмотря на попытки несомненно мастеровитых авторов внушить зрителю религиозный трепет, сюжет все равно напоминает сказку про репку, в которой роль оной исполняет заколдовавшая девушку чудотворная икона, а роль спасительной мышки – поповский сын, единственный на всю деревню «инок-девственник».

Проблема действительно, очевидно, в том, что авторы будто стесняются говорить на выбранную тему с обстоятельностью того же «Острова», но шутить при этом предпочитают с такой серьезностью, что и вправду хоть святых выноси.

В порядке отдыха от бытописаний святых в программе «Перспективы» показали русско-японский «Первый отряд» – аниме про призраков пионеров героев, спасающих красноармейцев от нападения воскрешенных Анненербе крестоносцев, утопленных в ходе Ледового побоища. Мультфильм получился таким, каким мы его ждали, и даже лучше, – диким, безумно симпатичным и с обещанием скорого продолжения. Уставшие от рефлексии киноманы встретили картину с невероятной радостью, но рассказывать о ее причинах почти преступно – спойлерами можно испортить все удовольствие.

Потерпим немного – в случае проблем с прокатом создатели, вполне, кстати, в партизанском духе, обещают выложить «Первый отряд» на торрентах.

Впрочем, судя по всему, фильм уже стал одним из главных фаворитов фестиваля, и поводов для беспокойства у пропустивших его в программе быть не должно.

Прочие картины, показанные в эти выходные, также повиновались воле киноманов, уставших от русской святости.

Вот, скажем, в документальной программе «Свободная мысль» напомнили, что на выдающиеся поступки способны не только схимники, но и гении – «Тайсон» Джеймса Тобака как раз про это. «Железный Майк», запинаясь и шепелявя, рассказывает про детство в Бруклине, где после того, как гопники убили любимого голубя, он понял, что умеет драться и побеждать. Как любимый тренер и друг Кас Д'Амато объяснил ему, что главное в боксере – дух, который поднял самого Майка на самый верх и который он потерял. Вопреки ожиданиям, боксер на экране не похож ни на тупую свирепую машину, ни на плюшевого медведя.

Фокус в том, что Тобак, непонятно каким чудом вытянувший из нелюдимого Тайсона такой объемный монолог, минимальными кинематографическими средствами рассказывает историю обретения и потери дара, а не ожидаемую биографию поп-культурного символа.

Майк выглядит растерянным, но не глупым и уж никак не сломленным – в его падениях на последних боях в контексте картины появляется куда больше смысла, чем в победительном бахвальстве его соперников. Заслуга режиссера здесь не в экспериментах с киноязыком, которых тут, по правде говоря, не найти, а в том, что за культивируемым масс-медиа образом насильника и скандалиста с тяжелыми кулаками он разглядел такой сюжет, которого не увидишь в более привлекательных с изобразительной точки зрения фестивальных картинах.

Другим хитом документальной программы стал «Человек на проволоке» про сумасшедшего француза, тридцать лет назад плясавшего на канате между башнями-близнецами.

Но после «Тайсона» романтическая документалка в духе продукции канала «Дискавери» была похожа на развернутый сюжет в духе «а вам слабо?». Ну плясал, ну на канате. Ну и что?

А на ночь синефилов усыпляли «Азиатским экстримом», который пока больше похож на какую-то «Дальневосточную элегию». То есть ничего экстремального ни в «Весенней лихорадке» Лоу Е, ни в «Лае черных псов» Мехмета Бахардира Ера и Марины Горбач точно не найти, зато отстраненность, с которой сделаны обе картины, оказывает на израненные за день киноманские мозги поистине терапевтический эффект.

Первый фильм рассказывает о сложной жизни и душевных метаниях китайских геев, второй – о тех же состояниях, но у турецких гопников.

В обоих случаях герои ищут и находят себя, но с трагическими оговорками – одному горло перерезали, других – означенные собаки загрызли. Фильмы сняты ручной камерой, которая порядком усыпляет, и лишены морально-этических посылов. Разве что про геев, как ни странно, смотреть гораздо приятнее – «Весенняя лихорадка», вопреки заглавию, совсем не вызывает дрожи, но погружает в какое-то очень специальное дремотное настроение, за которым хитросплетения многофигурного сюжета, к счастью, совершенно теряются, освобождая место для потрясений дня грядущего.

Если большинство упомянутых картин относятся к категории «ничо так фильм», то конкурсный грузинско-немецкий «Посредник» Дито Цинцадзе скорее из категории «чо это было?». Сумрачный детектив о расследовании убийства забравшегося в Грузию немецкого журналиста вовсю дает нуар, путает хронологию почище «Криминального чтива», и все для того, чтобы в итоге так ничего и объяснить – зачем убили, что на том диске было, «кто такой этот патерпевший» (с) – обо всем этом создатели фильма многозначительно молчат. Детектив без разгадки, конечно же, теоретически возможен, но надо быть Грэмом Грином, чтобы иметь право наплевать на главный закон жанра. В нашем же случае, увы, труба много ниже.

И вообще, будьте бдительны, описания к фильмам бывают обманчивы.

Вот, например, конкурсная картина Киры Муратовой «Мелодия для шарманки» с Табаковым, Литвиновой, Делиевым и Бузько называется комедией и рождественской сказкой. Но, во-первых, не надейтесь на актерский состав: все заявленные исполнители появляются на экране на считанные минуты, а то и секунды. Потому что главные здесь не взрослые, а парочка детей, Никита и Алеша: у них умерла мама, и ребят хотят поместить в разные интернаты, поэтому они сбегают в попытке отыскать хотя бы одного из (папы у них разные) отцов. И вот двое сироток мытарствуют под равнодушными взглядами окружающих, которые хорошо еще если просто не заметят, а ведь, бывает, и обманут.

Что ж, если это и сказка, то лишь в редкие моменты смешная, а скорее грустная, как андерсоновская «Девочка со спичками».

«Мелодия для шарманки» удивительна еще и тем, что фильм получился не менее литвиновский, чем муратовский – в нем, кажется, две женщины слились в единое целое. Тут и саундтрек с песнями «Земфиры», и – хоть сама Литвинова недолго присутствует в кадре – большинство персонажей, включая детей, говорят ее словами и с ее интонациями. Все это напоминает сцену из «Быть Джоном Малковичем» с параллельным миром, в котором живут лишь воплощения актера. И, с одной стороны, Литвинова женщина восхитительная, но, с другой – жаль затерявшейся в этом безумии Муратовой.

А во внеконкурсной программе показали номинированную, но ничего не получившую в Каннах комедию «В поисках Эрика» Кена Лоуча.

Если вы видите в Лоуче лишь автора серьезных остросоциальных драм, обязательно посмотрите фильм, чтобы убедиться, каким разным может быть хороший режиссер.

И даже если вы и так это знаете – все равно посмотрите.

Потому что «В поисках Эрика», в отличие от ленты Муратовой, действительно комедия и кино редкой духоподъемности. Фильм про то, что никогда не поздно исправить ошибки молодости, да и вообще, было бы желание, возможно все. Даже если ты маленький забитый почтальон Эрик, на иждивении у которого находятся два неродных оболтуса от прошлого брака, а самый родной человек тебе – глядящий с плаката любимый футболист Кантона. Последний играет самого себя и выступает в комической ипостаси призрачного психотерапевта, внушающего герою, как выйти из депрессивного пике.

Кто бы еще современное кино из затяжной депры вытянул…

ВИДЕО ПО ТЕМЕ