Цивилизация
Есть такой жанр — японский хоррор. Все мы знаем, что ему много-много лет, у него своя традиция и история, но всерьез завоевывать мир он начал в судьбоносном 2002 году, когда вышел фильм «Звонок». Оказалось, что страшным может быть не только жуткий маньяк в перчатках с когтями или зубастая инопланетная тварь, но и просто черноволосая японка, вылезающая из телевизора. И это был серьезный переворот сознания.
Вследствие чего появился еще один жанр — голливудский ремейк японского хоррора.
И пошли клоны: «Звонок», «Темные воды», недавно вышедший «Глаз» — восточная мистика, перенесенная на голливудскую почву, плюс Наоми Уоттс, Дженнифер Коннели или Джессика Альба вместо неизвестных азиатских актрис. Японские интимные отношения с потусторонним накладываются на западный прагматизм, заправляются моралью, как майонезом, и в итоге получается безумная смесь, в которой духи обретают статус чуть ли не притесненных меньшинств, небезосновательно борющихся за свои права.
«Фантомы» доводят идею симбиотического существования азиатского и голливудского хоррора до полного абсурда.
Достаточно сказать, что это голливудский проект с американскими актерами в главных ролях, но действие картины происходит в Японии, а снял ее известный японский хоррор-мейкер Масаюки Очиай. И можно уже даже не добавлять, что это ремейк таиландского фильма ужасов.
Итак, Япония. Молодожены (муж — фотограф, жена — домохозяйка) приезжают по контракту в страну восходящего хоррора. Тут, кстати, сразу становится очевидно, что Очиай, создавая своего гомункула, бессовестно сочетающего как японскую страшную девушку-призрака, так и сытые голливудские лица, смотрел и «Ребенка Розмари», и «Жену астронавта», и «Адвоката дьявола». Или, по крайней мере, что-то из этого — точно.
Потому что образ женщины-домохозяйки, пребывающей в тени подозрительного мужа и потихоньку сходящей от этого с ума (кому дьявольские козни от безделья мерещатся, кому инопланетяне), до боли знаком.
Начинается фильм соответствующе: муж на работе, у молодой жены, в тоске бродящей по городу, достаточно времени для того, чтобы напридумывать всяких ужасов и быстренько добраться до неврозов. Мораль, конечно, известна уже давно: займись делом, домострой — зло, но об этом чуть позже.
Как обычно, к разочарованию, случается в подобных фильмах, психоз в «Фантомах» оказывается вовсе не психозом, а прозорливостью. Да, именно ею — женской интуицией. И на этот раз речь идет о фотографиях (с мобильниками и телевизорами японцы уже разобрались). Дело в том, что на безобидных свадебных снимках супругов явственно проступает нечто. «Брак пленки», — бойко утверждает муж. «Призраки!» — тут же рубит фишку его японская, а потому более в этих вещах подкованная ассистентка.
Вообще, главное очарование «Фантомов» в совершенно бесхитростном и упоительном манипулировании шаблонами: это не только американцы глазами японца, но и совсем уж сложносочиненная игра — вроде того, как женщина изображает мужчину, изображающего женщину.
В «Фантомах» Очиай показывает Японию в представлении американца в представлении японца.
Поэтому здесь в изобилии наличествуют подросткового вида миловидные японки в мини, а при упоминании призраков среднестатистический японец становится серьезным и немедленно готов рассказать свою сокровенную эзотерическую историю.
Между тем духи на фотографиях появились не просто так. Героев начинает преследовать некая призрачная и, разумеется, черно-длинноволосая девушка. И в отличие от Джейсона, Чужого, Фредди и иже с ними у нее на то имеются не только вполне логичные причины, но и полное моральное право. Вообще, на поверку «Фантомы» оборачиваются совершенно феминистским фильмом: мало того что, как уже было сказано, здесь в очередной раз подвергается критике концепция, в соответствии с которой женщина должна сидеть дома и тихо копить неврозы, но, кроме того, мужики получают на орехи, а в финале царит полная женская солидарность.
Впрочем, главное, конечно, не это.
Если присмотреться, становится понятно, что Очиай превратил «Фантомы» в проблемное кино об отношениях японского и голливудского кинематографа. История об американцах, приезжающих в Японию, — не иначе как метафора-намек: Голливуд за сюжетами для своих хорроров, совершенно не стесняясь, ходит в Японию. Ну а бессодержательные попытки героев справиться с духами могут означать только одно: ну и пожалуйста, копируйте наши хорроры. Все равно вы с призраками обращаться не умеете.
