Цивилизация
В полдень возле ритуального зала первой городской больницы в Омске уже собралось несколько десятков молодых людей. Фанаты «Гражданской обороны» начали стягиваться к месту прощания с кумиром заблаговременно. Ближе к часу, когда должны были открыться двери ритуального помещения, количество поклонников музыканта выросло в несколько раз. Собравшиеся панки хором распевали «Все идет по плану», «Моя оборона», «Песню про дурачка» и другие хиты «Гражданки». Замерзшие гитаристы, уступали инструмент своим товарищам, отогреваясь принесенными с собой спиртными напитками. Здесь же стояли люди более зрелого возраста и солидного вида, они тоже пришли проводить Егора Летова в последний путь.
Виталий, поклонник «Гражданской обороны», признался: «Летов был для меня своего рода учителем. Не кумиром, а именно наставником.
Я, можно сказать, вырос на его песнях, в них есть глубокий смысл, а не просто набор матерных рифм. Я пришел попрощаться с ним. А то, что эта молодежь устроила здесь пьяный концерт, – да это их дело. Но я думаю, что не очень хорошо превращать проводы в последний путь в уличный базар и концерт».
В толпе панков было много фотографов и телеоператоров. Журналистов сюда пришло немало – как минимум четыре телекамеры, фотоаппаратов в разы больше.
Ритуальный зал открыли где-то в начале второго, толпа ринулась было к дверям, но тут же приобрела вид стройной очереди.
Заходили организованно, без шума и криков. Телоператоров в зал не пустили. Люди у входа пояснили – родные против телекамер. Зато фотографы с профессиональными объективами и с «мыльницами» смогли попасть в помещение. Выйдя из зала, один из молодых людей закричал: «Летов жив!». В толпе его возглас повторили еще три-четыре голоса, но в скандирование эти крики не переросли.
В зале вокруг гроба близкие Егора: отец, брат Сергей и жена. Друзья музыканта стоят здесь же.
На похороны Летова приехали практически все, кто играл в группе со дня ее основания.
Фанаты у гроба долго не задерживались – фотографировали, каждый старался дотронуться до тела, некоторые выражали соболезнования родным. Простившиеся с Летовым продолжали толпиться возле ритуального зала, пить алкоголь, петь песни или просто разговаривать – никакого буйства и беспорядков.
Вся церемония заняла часа два – за это время в Омске поднялась сильная метель. Народ начал расходиться. Вынос тела занял секунд двадцать — гроб быстро погрузили в подъехавший к крыльцу помещения «ПАЗик». Фотографы и телеоператоры, нависшие на перилах крыльца, начали озадаченно крутить головой, выспрашивая у коллег, кто что успел снять. Многие из пришедших кинулись на ближайшую остановку ловить такси.
Вся похоронная процессия выглядела весьма скромно – впереди автобус, за ним несколько автомобилей с друзьями и родственниками музыканта.
На территорию Старо-восточного кладбища разрешили въехать только автомобилям с родными. За ними длинным шлейфом потянулись фанаты, добравшиеся сюда кто на такси, кто на автобусах и маршрутках. Открытый гроб поставили на табуретки. Пять минут прощания, и закрытый гроб понесли к месту захоронения. После погребения все пришедшие организованно прошли к могильному холму, чтобы возложить цветы. У могилы тишина – ни громкого плача, ни разговоров, ни траурных речей. Все скромно и тихо.
«Он не любил лишнего шума», — сказал друг Егора.
Свое имя этот человек не назвал. «А зачем вам мое имя? Я просто его друг. Мы все, кто пришел сюда, все, кто его знал, его уважал и любил, — все простые люди, никаких сенсаций вы тут не найдете. Все, кто хотел приехать, все приехали – и друзья, и соратники-музыканты из разных городов, из Москвы, Питера, из Тюмени, Новосибирска… Все здесь».
