Оборона «Газпрома»

14.01.2013, 10:01

Владимир Милов о том, что за годы контроля над «Газпромом» людей Путина стратегическое развитие компании провалено

Новый год начался с катастрофических новостей для «Газпрома»: добыча газа по итогам 2012 года упала на 6,7%, до 478,7 млрд кубометров, против 513 млрд в 2011 году и 528 по планам добычи на 2012 год, официально заявленным компанией ранее. Вплотную к худшему результату кризисного 2009 года – 461 млрд кубометров.

Ухудшение производственных показателей «Газпрома» происходило в течение всего 2012 года, и прежде всего из-за падения спроса на газ на всех направлениях. Уже по итогам первого полугодия 2012 года, по данным самой компании, спрос на российском рынке в физическом выражении сократился на 6,4%, в Европе – на 10%, в СНГ – вообще на 29%. В результате

даже рост цен на всех этих направлениях не помог: выручка от продаж газа в первом полугодии сократилась, а на фоне роста операционных расходов чистая прибыль за первое полугодие рухнула на треть, до 655 млрд рублей.

Надо сказать, что это довольно символическая цифра применительно к «Газпрому». Около 650 млрд рублей – столько составили бы дополнительные расходы «Газпрома» в первом полугодии прошлого года, если бы ставка налога на добычу полезных ископаемых (НДПИ) на газ составила бы не неприлично низкие $16,8 за тысячу кубометров, а, скажем, $100 (примерно столько или чуть больше платят нефтяники исходя из базовой ставки НДПИ на нефть, умноженной на коэффициент, учитывающий высокие мировые цены нефти).

Такой нехитрый расчет показывает, что, если бы не колоссальные масштабы субсидирования «Газпрома» государством за счет ультранизкой ставки налога на добычу газа, уже в прошлом году компания, невзирая на исторически рекордные цены на газ, балансировала бы на грани убыточности.

Ну а чтобы совсем доходчиво проиллюстрировать цену такого покровительства государства «Газпрому»: 650 млрд рублей — это примерно 35% от общих поступлений первого полугодия 2012 года по страховым взносам на обязательное социальное страхование. Если бы не субсидирование «Газпрома», налоговую нагрузку на бизнес по обязательным страховым взносам можно было бы немедленно сократить на треть. Это, кстати, к вопросу о том, «откуда оппозиция предлагает взять деньги на выплату пенсий».

Причина падения объемов продаж газа, а вслед за ними и доходов, и объемов газодобычи – в маркетинговой политике «Газпрома».

В последние годы неадекватность этой политики становилась все более очевидной. Европейский рынок газа становился все более и более конкурентным – строились новые терминалы по приему сжиженного газа (СПГ), дополнительный импульс конкуренции был придан перенаправлением его поставок из США, фактически закрывшихся для газового импорта из-за внутренней «сланцевой революции». Только Qatargas, например, увеличил поставки СПГ в Европу с 5 млрд кубометров в 2006 году до 44 млрд в 2011-м. Рост конкуренции сбивал цены газа на спотовом рынке.

Однако «Газпром» упорно продолжал оборонять привязанные к нефтяным котировкам цены на газ по долгосрочным контрактам «бери или плати», даже не пытаясь выстроить новую маркетинговую стратегию, адекватную новым, более жестким конкурентным условиям. Это не сильно удалось: большинство потребителей «Газпрома» смогло добиться от компании пересмотра условий долгосрочных контрактов с целью понижения цен (как польская PGNiG). А дорогой газпромовский газ просто переставали покупать: хотя российская монополия пыталась представить дело так, что якобы во всем виноваты европейские экономические трудности и общее падение спроса на газ в Европе, на деле

закупки газа у «Газпрома» сокращались намного сильнее, чем его потребление.

Убедиться в этом легко, сравнив данные «Газпрома» по падению спроса на газ со стороны отдельных стран-потребителей и официальную статистику Международного энергетического агентства по потреблению газа европейскими странами. Как видно, сокращение спроса на газ в Европе в 2012 году вовсе не было таким уж обвальным – всего минус 2,9% за девять месяцев 2012 года в европейских странах – членах ОЭСР. При этом, скажем, в Италии спрос на газ за этот же период сократился всего на 2,6%, а газпромовские поставки упали на целых 11%; в Нидерландах – на 9% против снижения закупок у «Газпрома» на 42,6%; в Греции – на 6,5% против 12,2%; в Венгрии – на 4,7% против 19,2%; в Словакии – на 1,8% против 30,5%; в Словении – на 2,2% против 26,8%. В Швейцарии, Франции и Польше потребление природного газа вообще выросло на 8,7, 1,9 и 6,2% соответственно, в то время как закупки у «Газпрома» сократились на 12,3, 20 и 11,5% соответственно.

По сравнению с пиковым 2008 годом, когда «Газпром» экспортировал в Европу более 150 млрд кубометров газа (во всех презентациях компании тогда активно строились планы по преодолению планки в 200 млрд и дальше – выше только звезды), в минувшем году в дальнее зарубежье, по данным таможенной статистики, было экспортировано на 33% меньше газа. Рискну предположить, что на докризисные объемы газового экспорта в Европу «Газпром» не выйдет уже никогда.

Но вместо того, чтобы придумать, как справиться с этим обрушением рынка и кардинально поменять маркетинговую стратегию, ответственные за это направление топ-менеджеры «Газпрома» посещали хоккейные матчи в то время, как эти вопросы обсуждал совет директоров компании.

Результат не удивляет.

Не только Европа посылает «Газпрому» четкий сигнал, что сверхдорогой газ «Газпрома» никому не нужен. Крупнейшее сокращение закупок газа демонстрирует Украина: за девять месяцев 2012 года, по данным «Газпрома», они упали на 25%.

Это – явное следствие того, что Украину в последние годы «пережали» с ценами, и теперь этот крупнейший потребитель российского газа активно ищет альтернативы, увеличивая потребление угля, наращивая собственную добычу газа в Черном море и т. п. Сокращается спрос на газ и в России: хотя выработка электроэнергии в стране в течение года росла на 1–1,2% (плюс 1,2% по итогам года), продажи газа российским потребителям у «Газпрома» падали (минус 5,5% за девять месяцев 2012 года, более поздних данных пока нет).

Итоги 2012 года со всей очевидностью демонстрируют: «Газпром» находится в очевидном, глубочайшем стратегическом кризисе.

За почти 12 лет, прошедших с момента фактического установления контроля над компанией группировкой Путина, она полностью провалила все стратегические направления развития. На российском шельфе так ничего и не было разработано. «Газпром» так и не построил ни одного завода по производству СПГ, если не считать сахалинского, силовым образом отобранного у Shell. Потерян контроль над среднеазиатскими поставками газа: после строительства газопроводов из Туркмении в Китай и Иран Россия теперь находится на третьем (!) месте по импорту туркменского газа, более 40% закупает КНР, и около 30% — иранцы. На китайский рынок мы так и не вышли.

Кавалерийская ценовая атака на рынок СНГ с применением механизмов политического давления обернулась обвалом спроса на этом рынке. Контроль над издержками монополисту наладить не удается, в результате чего он показывает прибыль только за счет беспрецедентных налоговых льгот от государства – как было показано выше, если бы НДПИ на газ составлял справедливую величину в $100 за тысячу кубометров, «Газпром» балансировал бы на грани убыточности.

Единственное, в чем «Газпром» преуспел за последние годы, – активное строительство разного рода «трубопроводных потоков». Теперь, однако, вслед за падением спроса в Европе, они могут оказаться никому не нужными, а инвестиции в них – превратиться в омертвленный капитал. Огромные средства также проведены на ненужную скупку активов в нефтянке, электроэнергетике и других отраслях.

Картина вполне убедительная, чтобы подвести черту под итогами стратегического выбора Путина в пользу сохранения «Газпрома» как централизованной неповоротливой государственной монополии. Выбор был сделан неверный – что и требовалось доказать.

Нужно как можно быстрее отказываться от централизованной структуры «Газпрома»,

создавать на его базе независимые конкурирующие газодобывающие компании, продавать все непрофильные активы, кардинально менять экспортную маркетинговую политику, отказываться от строительства неэффективных газопроводных «потоков» и так далее. Чем быстрее мы сбросим с нашей экономики груз неэффективного монопольного газового монстра, тем будет лучше для всех.