Многооконная власть

01.08.2011, 10:16

Провал программы «электронного правительства» — показатель неэффективности системы управления страной

Руководители нашей страны очень любят рассуждать о модернизации, инновациях и борьбе с коррупцией. Вот вам сюжет, касающийся сразу и одного, и второго, и третьего. Речь о программе «электронного правительства» (ЭП), датой запуска которой в действие пафосно объявили 1 июля этого года (спустя почти 10 лет после начала работы над ней).

Нам обещали, что различные государственные органы не будут требовать от граждан данных и документов, которые хоть раз были бы внесены в единую общефедеральную информационную базу, а все виды госуслуг мы сможем получать через интернет, мобильный телефон или посредством инфоматов-терминалов с сенсорным экраном, установленных в холле любого госучреждения.

По сути, должна была произойти революция в сфере госуслуг, резкое сокращение объема взаимодействия граждан с чиновниками, уменьшение очередей, взяток.

Но чуда не случилось. 17 июня Госдума по-тихому приняла поправки к закону от 27 июля 2010 года № 210-ФЗ «Об организации предоставления государственных и муниципальных услуг», перенесшие внедрение ЭП как минимум на год – до 1 июля 2012 г. Никакой шумной рекламной кампании по поводу провала внедрения проекта, сообщений по Первому каналу телевидения и тому подобного, естественно, не было – провалы власти рекламировать у нас не принято.

Между тем провал случился грандиозный. К назначенному сроку инфоматов-терминалов по всей стране было установлено смехотворно малое количество – по последнему отчету, всего 500 штук. Генподрядчик по программе ЭП «Ростелеком» на сегодня установил лишь по одной точке доступа к услугам ЭП на регион, а все остальное субъекты РФ должны профинансировать сами – но денег на это в региональных бюджетах нет.

Регламент межведомственного взаимодействия по программе ЭП так до сих пор и не создан – хуже того, ведомства совершенно не готовы к реализации технологии объединенной базы данных о гражданах. Июньские поправки к 210-ФЗ вводят перечень из 18 типов документов, которые граждане все равно должны будут предоставлять лично. Таким образом,

фактически отменяется важнейший декларировавшийся ранее принцип «электронного правительства», принцип «одного окна». Это полностью обесценивает саму идею «электронного правительства».

Так по-тихому умирает не просто одна из громких идей власти последнего десятилетия, но идея, призванная продемонстрировать, что власть всерьез, а не на словах занимается инновациями, прежде всего в подведомственном ей хозяйстве.

Позорная судьба «электронного правительства», история которого тянется с 2002 года, – один из ярких системных провалов той модели управления страной, которую нам навязали в последние годы. У провала ЭП есть конкретные авторы, с именами и фамилиями. Прежде всего, министр связи и массовых коммуникаций Игорь Щеголев. Он сам не имел ни малейшего опыта в сфере информационных технологий до того, как возглавил министерство, но активнейшим образом проталкивал на руководящие должности в «Ростелекоме» людей из некоей компании Marshall Capital Partners – Александра Провоторова (президент «Ростелекома»), Константина Малофеева (до конца июня – член совета директоров компании).

В марте этого года с поста директора проекта «Электронное правительство» в «Ростелекоме» был уволен Валерий Зубаха, назначенный на эту должность в октябре 2009-го, сразу после того, как Путин без конкурса утвердил «Ростелеком» единственным исполнителем проекта ЭП. В момент назначения господин Зубаха не имел серьезного опыта руководства IT-проектами – в его биографии значились служба в Вооруженных силах, работа в экспертно-криминалистическом центре МВД, Минфине, Федеральном казначействе. Зубаха ушел так же по-тихому, как были приняты поправки в 210-ФЗ: ни расследования итогов его полуторагодичной деятельности в качестве менеджера проекта, ни вообще хоть какой-то публичной информации об этих итогах.

Другой могущественный куратор «Электронной России» — 37-летний глава департамента информационных технологий и связи Белого дома Алексей Попов, в 2004–2011 годах отвечавший за информатизацию Федерального казначейства. Последняя обернулась скандалами: в прошлом году не удалось в ранее намеченный срок завершить создание всероссийской IT-системы бюджетирования, за пять лет проектирования которой казначейство распределило огромный бюджет на 15 млрд рублей. К началу 2010-го система должна была функционировать во всех 83 регионах страны, а заработала только в 6. Планировалось развернуть в структурах казначейства 367 тысяч автоматизированных рабочих мест, но фактически развернуто было не более 27 тысяч. Запуск системы был перенесен на 1 января 2012 года.

Историю работы Попова в казначействе можно назвать скандальной не только в плане срыва сроков внедрения важных информсистем. Например, с его приходом постоянным получателем щедрых контрактов стала небольшая на тот момент компания «Организационно-технологические решения» (ООО «ОТР-2000» и ООО «ОТР»), ставшая крупнейшим подрядчиком казначейства. В контрактах с ней фигурировали фантастические вещи типа лота стоимостью почти в миллиард рублейвсего лишь на годовую техподдержку программного обеспечения систем электронного документооборота. Но, невзирая на такую странную щедрость по отношению к компании, далеко отстоявшей от лидеров рынка, расследовать потенциальные связи между г-ном Поповым и ООО «ОТР» никто не стал.

Тем не менее, несмотря на такие итоги работы, 28 февраля 2011 года Алексей Попов был триумфально повышен, став директором департамента информационных технологий и связи правительства, а распоряжением Путина от 5 апреля 2011 г. № 569-р был назначен главой подкомиссии по использованию информационных технологий при предоставлении государственных и муниципальных услуг правительственной комиссии по внедрению IT в деятельность органов госвласти (комиссии, фактически ответственной за претворение в жизнь планов по внедрению «электронного правительства»).

Нельзя сказать, что с такими «крестными отцами» провальные результаты внедрения «электронного правительства» как-то удивляют.

Мы наблюдаем чистый пример того, как сбои дает сама система управления страной, выстроенная в последние 10 лет.

Когда руководящие должности занимают совершенно непонятные люди без достаточного опыта работы в соответствующей области (или опыта, мягко говоря, не самого удачного, как у белодомовского чиновника Попова), назначаемые по личной протекции, а не в силу профпригодности. Когда многомиллиардные подряды на важнейшие работы в абсолютно конкурентной сфере, которой являются IT, раздаются без конкурса. Когда никакой ответственности за провалы в своей работе провинившиеся чиновники не несут и даже получают повышения – они же «свои», а своим в нынешней системе координат можно все.

Вот вам в одном флаконе – и неспособность внедрить самые элементарные инновационные технологии, и явные основания для подозрений в коррупции. В том самом случае, когда государство, громко рассуждающее о модернизации и инновациях, планировало начать инновационный процесс с себя.