Республиканцы без внешней политики

30.08.2012, 09:55

Пристрастие Митта Ромни к России — желание вернуться к двухполюсной модели мира

Раздел политической платформы Республиканской партии США, посвященный России, начинается неожиданно. «Героизм российского народа и страдания, выпавшие на протяжении минувшего столетия на его долю, достойны уважения всего мира. Во время Великой Отечественной войны русские, будучи нашими союзниками, потеряли 28 миллионов жизней, сражаясь с нацизмом. Как наши союзники по духу, они положили конец советскому террору, жертвами которого были еще миллионы людей. Сейчас, когда они стремятся к тому, чтобы возродить свою богатую национальную идентичность, они заслуживают нашего восхищения и поддержки».

Далее следуют привычные пассажи: призыв к российскому руководству перестать подавлять оппозицию, прессу и институты гражданского общества, закончить «неспровоцированную» агрессию против Грузии, прервать союзнические отношения с «тиранами на Ближнем Востоке», прекратить давление на соседей и поддержку «последнего сталинистского режима в Белоруссии». «Российский народ заслуживает лучшего», в частности того, чтобы полноценно влиться в ряды «современных демократий». Республиканцы намерены обеспечить постоянный статус благоприятствования в торговле, но только в сочетании с «актом Магнитского».

Помимо специального раздела (кстати, он больше, чем параграф, посвященный Европе) Россия упоминается дважды. Один раз — в перечне «наиболее серьезных угроз национальной безопасности», на которые нынешняя администрация реагировала «проявлением слабости».

Это распространение транснационального терроризма, продолжающаяся воинственность ядерной Северной Кореи, стремление Ирана обрести ядерное оружие, рост китайского гегемонизма в Азиатско-Тихоокеанском регионе, угроза кибершпионажа и кибертерроризма и «русский активизм». Второй раз — любимая тема республиканцев: злополучное обещание Барака Обамы Дмитрию Медведеву проявить больше гибкости по части противоракетной обороны в случае переизбрания, случайно ставшее достоянием гласности. Партийная платформа, естественно, обещает никогда не заключать сделки за спиной американского народа ради «умиротворения» России.

Контекст не особенно приятный, но все надо рассматривать не в абсолютном, а в относительном измерении. Так, в платформе 2008 года (кандидатом тогда был Джон Маккейн) никаких добрых слов о России и русских не нашлось вовсе. Только осуждение внутриполитических нравов и агрессивной политики в отношении соседей. Риторика нынешнего документа также несколько отличается от заявлений кандидата в президенты Митта Ромни, который неоднократно называл Россию «главным геополитическим врагом США», чем вызывал недоумение не только у оппонентов, но и у многих соратников.

Несмотря на относительно заметное присутствие российской темы в партийной программе и высказываниях претендента, понятно, что в избирательном контексте Россия малозначима.

Вообще, важен не какой-либо конкретный вопрос, а общий взгляд на то, какую роль Америка играет и должна играть в мире. Глава документа, посвященная внешней политике и национальной безопасности, называется красноречиво: «Американская исключительность». Аналогичный раздел программы-2008 имел не столь претенциозное, зато прикладное заглавие: «Защищать нашу нацию, поддерживать наших героев, обеспечить мир». Возможно, потому, что к тому моменту республиканцы были в Белом доме уже почти восемь лет, в течение которых они пережили нападение на Соединенные Штаты и начали две войны, так что приходилось искать ответы на очень конкретные вопросы в области безопасности. Сейчас же, с позиции критики демократической администрации, проще предаться лозунговому пафосу.

Есть и другое объяснение. По традиции, кто-то из президентской пары обладает большим внешнеполитическим опытом или хотя бы интересуется международными делами. Однако на сей раз похвастаться этим не могут ни Митт Ромни, ни кандидат в вице-президенты Пол Райан.

Ромни ориентируется на усредненное республиканское представление конца ХХ — начала XXI века, среднее арифметическое от Рональда Рейгана и Джорджа Буша-младшего. Конкретики мало, в основном заклинания о необходимости восстановить безусловное величие Америки и прекратить стенать о ее закате, что, по мнению республиканцев, делает Барак Обама, считающий, что США должны искать точки соприкосновения с растущими центрами силы. Кандидат декларирует жесткость и принципиальность, потому что относительно недавно, неполные четверть века назад, такой подход принес Соединенным Штатам большой успех. С этого начинается и соответствующий раздел программы. «Мы – партия мира, который обеспечен силой… Мы с гордостью ассоциируем себя с теми американцами… которые больше трех десятков лет назад в ситуации, столь же опасной, как и теперь… провозгласили стратегию, формулируемую в лозунге, неподвластном времени: мир посредством силы – это прочный мир, основанный на свободе и воле ее защищать, американских ценностях и воле их продвигать».

Отсюда, из этого «образа желаемого прошлого», вытекает и упомянутое пристрастие Митта Ромни к России. Претендент инстинктивно хотел бы вернуться к прежней двухполюсной модели, когда все было просто и понятно. Ведь основная трудность сегодня – это как раз нечеткость стратегической ситуации, размытость линии фронта. Непонятно, кто свои, а кто чужие, точнее, они быстро меняются местами. И даже наличие силы еще не означает понимания того, как ее правильно применить.

Выразительным является выбор кандидата в вице-президенты. Политики, занимавшие эту должность с 1980-х годов, как правило, обладали авторитетом в международной области – Джордж Буш-старший, Альберт Гор, Дик Чейни, Джо Байден. Пол Райан не имеет никакого отношения к этой сфере деятельности, его вообще, как утверждают злопыхатели, интересуют только цифры и бюджетные статьи. Райан – убежденный и страстный сторонник сокращения бюджетных расходов, и, учитывая остроту проблемы государственного долга США, эта тема, безусловно, будет таранным оружием против Обамы. Принципиальный для внешней политики вопрос в том, затронут ли бюджетные сокращения военную сферу.

Обычно республиканцы готовы урезать что угодно, но только не расходы на национальную безопасность. Ромни из этой категории: например, противоракетная оборона для него – священная корова, потому что так завещал Рейган.

Кандидат в вице-президенты производит впечатление человека, который, конечно, будет произносить все необходимые заклинания по поводу безопасности Америки, но крайне далек от этой проблематики и ей не интересуется. Появление кандидата в вице-президенты, индифферентного к внешней политике, симптоматично (прошлые выборы и Сара Пейлин не показатель, поскольку Джон Маккейн сам был общепризнанным корифеем по международным делам). Даже в стане республиканцев возникает подспудное понимание того, что в ХХI веке ставка на силовое доминирование Америки в мировых делах может оказаться просто не по карману.

Журнал Foreign Policy заметил недавно, что, даже если бы Ромни захотел продолжить традицию «внешнеполитического» вице-президентства, особого выбора у него не было бы. «Тузы» из этой сферы постепенно уходят из политики, уступая место деятелям иного склада. Характерный пример – завершение карьеры легендарного сенатора Дика Лугара. Он проиграл внутрипартийные праймериз кандидату от крайне консервативного движения чаепития и больше не выставляется в сенат. Заметное влияние на республиканскую дискуссию оказывают Рон Пол и его сын Рэнд. Рон Пол, ветеран американской политики, придерживающийся либертарианских и изоляционистских взглядов, до упора боролся за выдвижение против Ромни, а Рэнд – звезда той самой «партии чаепития». Некоторые комментаторы, отмечая падение интереса республиканцев к международным делам, говорят даже об относительной провинциализации партии. Если Ромни победит, появится возможность проверить истинность этого утверждения на практике.