Собственность туманного свойства

— 31.07.07 11:00 —

Жизнь и приключения Михаила Гуцериева – просто пример из учебника русского капитализма, case-study деловых обыкновений отечественного бизнеса. В режиме государственного капитализма отъем собственности – норма, а не исключение. По одной простой причине: госкапитализм питается чужими соками, он сам – результат перераспределения собственности в пользу тех, кто располагает политической властью. А при госкапитализме политическая власть одновременно означает власть экономическую. Если у тебя что-то заработало и начало приносить доход – делись. А еще лучше – отдай более правильным людям. Не успел Олег Дерипаска со страниц вражьей газеты «Файненшл таймс» пообещать, что, если надо, он вообще все отдаст родному государству-отцу, как ему привалил еще кусок собственности, который потом можно отдать – гуцериевская «Русснефть».

Гуцериеву еще грех жаловаться. Он вовремя, хотя и не с первого раза, понял, что от него хотят. Он не занимался политикой. Его выталкивают из бизнеса еще относительно мягко – под прикрытием легальной сделки, да еще и за огромные деньги.

Скоро благосостояние наших миллиардеров будет полнится почти исключительно отступными за отказ от бизнесов и активов.

А это означает еще одну важную вещь: олигархи – мелкие, средние, крупные – перестают быть классом собственников. Для поддержания прежнего уровня жизни им собственность не нужна. Она оказывается совершенно ненужным и даже вредным атрибутом богатства и влияния. Она пополнила внушительный список ненужных аксессуаров, от которых уже успели, в целях сохранения самих себя и своих денег, отказаться представители крупной российской буржуазии. За последние годы они уже отказались от того, что составляло их первичные родовые признаки – от участия в политике, собственных информационных ресурсов, свободы самостоятельно определять стратегию своего бизнеса. Теперь они де-факто отказываются от собственности. Или, как минимум, в любой момент готовы отказаться ради «общего дела», ради государства. Обыкновения этой среды переносятся на уровень среднего и малого бизнеса.

А это уже гораздо хуже, потому что если не будет капитализма на этом уровне, он не выживет вообще.

Останутся рэкет, рейдерство, крышевание, функционирование экономики по известному принципу «наезд–откат». Собственность же превратится просто в фикцию, юридический симулякр, хотя и зафиксированный в Гражданском кодексе, но имеющий лишь оболочку безо всякого содержания. В конце концов, право граждан избирать и быть избранными определено Конституцией страны, а на деле это право профанируется до полного его обессмысливания.

Какая может быть собственность, если она не защищена? Если сегодня она у тебя есть, а завтра ее могут забрать – бесплатно или за отступные? «Неприкосновенность собственности? А где неприкосновенность собственников?» – могли бы мы задаться вопросом вслед за одним буржуа, который в день выхода большевистского декрета о неприкосновенности вкладов заметил: «Неприкосновенность вкладов? А где неприкосновенность вкладчиков?». Россия, заметьте, так и остается страной, где единственным ответом на вопрос может быть встречный вопрос…

Можно осудить олигархов всех мастей и валют. Можно возмутиться их беспринципностью и готовностью играть по любым правилам, устанавливаемым любым начальником, в логике «Готов выполнить любой приказ любого правительства». Можно вспомнить и о том, что большинство из них получили собственность благодаря залоговым аукционам, и вот теперь расплачиваются с государством за легкость обогащения сполна. Но, в конце концов, это личные трудности каждого отдельно взятого богача, который так и не стал собственником. К тому же многие из них, за редкими исключениями – уже уходящая натура. Потому что сверхновые олигархи – это те, кто или чрезвычайно удачно адаптировался к госкапитализму, или стал «собственником», спрятав свои вросшие в плоть погоны под гражданским сереньким пиджаком. Даже в социалистическом смысле это нельзя назвать социальной справедливостью, потому что собственность перешла в руки не трудового народа, а просто тех, кто оказался на данном историческом отрезке у власти и узурпировал право называть себя «государством». Это они-то – «государство»?.. Тогда и я Левиафан…

В праве Юстиниана собственность обозначалась как полная власть над вещью – plena in re potestas. Право собственности трактовалось как свободное от ограничений и абсолютное по защите. Право собственности соответствовало принципу справедливости. В Дигестах сказано: «…ничто не соответствует так естественной справедливости, как подтверждать в праве… волю собственника». На этом принципе римского частного права, собственно, и выросла цивилизация. И когда мы хотим (или не хотим) идентифицировать себя с «цивилизованными странами», то говорим о приверженности (или неприверженности) принципам, сформулированным в начале нашей эры.

Жаль, что российский государственный капитализм, возникший 1500 лет спустя, равно как и российские государственные капиталисты, причислили собственность к ненужным аксессуарам.

Не доросли мы еще до уровня древнего римского племени квиритов, которые первыми и начали закладывать основы права частной собственности.