Цивилизация
Близкий родственник прислал мне короткое сообщение, что жал руку Мадонне и – блин! – теперь не моет свою. Он это, разумеется, в юмористическом ключе написал.
А зря – ажиотаж-то вокруг ее единственного концерта в Москве необыкновенный, Rolling Stones и Эрик Клэптон вместе взятые не удостаивались такого внимания почтеннейшей публики и журналистов всех мастей.
Кремль даже участвует – правда, в форме федерального государственного унитарного предприятия, но кто обращает внимание на такие мелочи? Главное культурное событие года, не меньше. Все хотят попасть на ее концерт 12 сентября! Перекупщики просят тройную цену за самые дорогие билеты!
Во вторник к вечеру, правда, в сети появились клеветнические измышления, будто в неких кассах якобы появились билеты, но кто же этому поверит! Все же понимают: в Москву приехала самая яркая мегазвезда, какая только бывает на свете.
Феномен Мадонны, насколько можно понять из ее многочисленных жизнеописаний, возник в тот момент, когда она – фотомодель, участвовавшая не в самых приличных съемках, – решила, что достойна лучшего. Обычно фотомодели нетверды в принципах и слабы характером; наша героиня была не из таковских.
Звали ее тогда Вероника Луиза Чикконе: длинно, да и американцы не очень расположены к итальянским именам, они у них ассоциируются с мафией. Как быть? – назваться таким итальянским словом, чтобы оно было понятно американцам, т. е. и сохранить национальную идентичность, и в то же время угодить широким народным массам, иначе говоря, и рыбку съесть, и на трамвае прокатиться.
Конечно, с точки зрения сюжета собственной жизни ей следовало назвать себя Марией Магдалиной. Что уж там повлияло на ее рассудок в тот момент, неизвестно, но назвала себя она Мадонной.
Для итальянцев, настоящих католиков, заметим, настоящая Мадонна, то есть Богоматерь, очень многое значит. Так что это Вероника Луиза очень отважно поступила в разрезе загробной жизни. Может, она вспоминала слова Леннона, что-де The Beatles популярней Христа? (Очень даже может: не она ли использует в нынешнем своем шоу крест?)
Отвлекаясь от этической и сакральной стороны чиккониных поступков, нельзя не признать его удивительную маркетинговую точность. Брэнд был создан сразу очень сильный, поскольку очень уж сразу узнаваемый.
Оставалось только его как следует поддерживать. С этим, конечно, некоторые сложности возникли сразу, да и сейчас они есть: голосом природа ее все-таки обделила, как, впрочем, и скромностью. Зато щедро одарила трудолюбием и сексапильностью.
Маркетинговая наука, коли таковая, вообще, есть, давно уже открыла, что если потребителя терпеливо долбить, он сдается и начинает приобретать красиво упакованный товар, не нужный ему в принципе, да еще и негодящий по качеству. Так что ничего особенно удивительного в том, что настойчивая, бессовестная и терпеливая женщина, предлагавшая себя буквально на каждом углу, в конце концов, завоевала мир. Чем она, в конце концов, хуже «кокаколы»?
Нельзя в этой связи не вспомнить название одной из ее пластинок – Material Girl. В сочетании со словом «Мадонна» выглядит как минимум абсурдно, а как максимум – издевательски (можно даже вообразить, что именно это сочетание вдохновило Дэна Брауна на богохульный роман), но в философии современного синтетического общества очень даже естественно.
Потому что, с одной стороны, совсем отказываться от религиозной традиции пока не получается, кстати, неизвестно почему, а с другой, – очень уж религиозная традиция мешает потребительской, материальной культуре.
