Олимпийская смесь

09.04.2008, 20:57

«Не надо смешивать спорт с политикой, а тем более не надо делать из спорта политику. Сейчас многие делают сегодняшнюю политику из истории. Так вот, надо оставить историю историкам, а спорт – спортсменам».
Сергей Лавров в интервью «Эху Москвы».

«...с одной стороны, нужно отдавать должное олимпийским идеалам и спортивному мастерству, а с другой – быть уверенными, что серьезные проблемы, касающиеся прав человека в Тибете и в других местах, остаются на повестке дня – как в олимпийский год, так и в остальное время. Спорт и политика неизбежно связаны...»
Дэвид Милибэнд в своем блоге.

Кто-то подсчитал, что порядка 36 французских газет вышли на следующий день после приключений олимпийского факела в Париже с примерно одинаковыми заголовками, сводившимися вкратце к констатации: «Фиаско». Это определение в первую очередь касалось надежд Олимпийского комитета, что «огонь, который пройдет через весь мир, будет нести за собой и сеять всюду поддержку Пекинской Олимпиады». Неа, не случилось.

— Хватит уже во всем потакать Пекину только потому, что он становится такой крутой экономической державой. Давно я не испытывала такой гордости за свою страну, как в понедельник, когда французы показали, что им не все равно, что там китайцы творят в Тибете.

Француженка, сказавшая мне эту фразу, придерживается правых взглядов. Флаги Тибета, которые, к моему удивлению, были вывешены даже из окон здания парламента Франции, говорят, тоже повесили не только «левые» депутаты. Растяжки и флажки с олимпийскими кольцами, трасформировавшимися в наручники, принесли «Репортеры без границ». Сторонники независимости Тибета и бойкота Олимпийских игр в Пекине водрузили свой лозунг на здание мэрии, из которого вышли парижские депутаты при полном параде не для того, чтобы сорвать лозунг со здания, а чтобы отменить торжественную церемонию встречи олимпийского факела. Полицейские на роликах и без старательно ограждали пробег-проезд от особенно ретивых протестующих, пытавшихся прорваться к факелу и погасить его. Особенно мне понравился один, который оттащил совсем еще девчонку с тибетским флагом подальше от бегущих факелоносцев, которым она пыталась помешать, и усадил на тротуар. Потом заметил, что с девочки слетела шапка. Вернулся, поднял шапку, подъехал к девушке на своих роликовых коньках и не надел, а положил шапку ей на голову. Пожилая дама с внуком на Елисейских полях удивленно поглядывала на китайцев с красными флажками и тибетцев с их сторонниками, доставшими откуда-то из-за пазухи яркие тибетские флаги с желтым солнцем посередине. Но как только китайцы попытались подскочить к про-тибетцам с какими-то угрожающими (на мой слух) выкриками, дама, не изменившись в лице, дала по руке одному из китайцев. После чего на минуту задумалась, глядя на внука, и громко сказала: «Да здравствует Тибет!» Комментарий к этой сцене я впоследствии получила от своей подруги: «Они ничего не перепутали, китайцы? Что они себе позволяют? Они не у себя дома. Это Франция». Французы сообщали друг другу по смс, что и где в данный момент происходит, люди выскакивали в обеденный перерыв, присоединялись к протестующим и потом возвращались на работу. Разные люди, которым не все равно. Их здесь, к счастью, очень много. Капиталистический Китай, вцепившийся в коммунистическую идеологию, показывал совсем другие кадры из Парижа. В надежде, что ложь изменит реальность?

28 километров шествия олимпийского огня по Парижу оказались непреодолимыми. 3000 полицейских ничего не смогли сделать. Как у любого протеста, и у французского были перегибы. Вряд ли стоило клеймить разнообразными политическими клише спортсменов, несущих факелы. К счастью, такого было немного. Протест был адресован китайским властям и собственным властям, а не непосредственно спортсменам. Странный китайский симбиоз продвинутой экономики при сохранении всеми силами тоталитарного сознания не может жить вечно. Во всяком случае, он обречен на внешние удары при каждом удобном случае, к коим относятся и Олимпийские игры. Страна, принимающая Олимпийские игры — это не нейтральная территория, даже если ей бы очень хотелось оказаться таковой. Это конкретная страна, с конкретной географией, конкретной историей, конкретным правительством и конкретной политикой. Пекину хотелось, чтобы все прошло гладко, и никто не вспоминал про политику и идеологию? Но общественное мнение — это же не правительства, которые в первую очередь озабочены инвестициями и контрактами. Вот, собственно, что показали Лондон и Париж. В глазах обычных европейцев Китай не является открытым демократическим государством, даже если он способен потратить миллиарды на подготовку к Олимпийским играм и провести их на отличном уровне. Это мнение не смогут игнорировать и собственные правительства, так что в этом смысле протесты против пекинской олимпиады, возможно, будут иметь серьезный отложенный эффект в будущем.

Не надо смешивать спорт с политикой и историей, как говорит наш министр иностранных дел? Но это смешение уже произошло, задолго до последних событий в Лондоне и Париже.

Сама церемония торжественной доставки олимпийского огня из Афин в столицу олимпийских игр впервые стала частью программы на берлинской Олимпиаде 1936 года. И тогда шли споры — бойкотировать Олимпиаду или нет, ехать к Гитлеру или не стоит, закрывать глаза на преследования евреев или нет? Победил аргумент, который и сегодня является основным у противников бойкота — пострадают спортсмены, а это несправедливо. Мир приехал к Гитлеру, и единственным оправданием, которое мир потом себе нашел, стали четыре золотых медали чернокожего атлета Джесси Оуэна, который продемонстрировал абсурдность гитлеровской теории арийского превосходства.

Политика смешалась со спортом в 1980-м, когда, бойкотировав московскую Олимпиаду, многие страны выразили свое отношение к вводу советских войск в Афганистан.

Как история, политика и спорт кроваво перемешались в 1972-м в Мюнхене, можно не напоминать.

В Китае тоже своя дивная смесь. Нынешний лидер китайских коммунистов Ху Цзиньтао в конце 80-х — начале 90-х был секретарем, а потом первым секретарем парткома Тибетского автономного района. Понятно, что он думает о независимости Тибета, и до какой степени ему небезразлично все, что происходит в Тибете и вокруг него. Именно он, естественно, принял олимпийский огонь, привезенный в Китай из Греции. Торжества по поводу доставки огня в Пекин устроили на площади Тяньаньмынь, где без года 20 лет назад давили танками сторонников демократических преобразований в Китае, объяснив впоследствии кровавую бойню «необходимостью сохранения стабильности в стране».

Можно закрыть глаза на все и выбрать Пекин столицей олимпийских игр. Можно не устраивать бойкот, потому что это отразится в первую очередь на спортсменах. Можно сделать вид, что спорт победил политику. Но нельзя лгать себе и окружающим, что спорт сам по себе, политика — сама по себе, а история — сама по себе. Этого не стоит делать даже во имя высших политических или экономических интересов. Потому что история уже доказала, что она умеет за это жестоко наказывать. Собственно, люди, вышедшие в Париже и Лондоне выразить свое отношение к предстоящим Олимпийским играм в Пекине, делают именно это — не позволяют забыть историю: ни себе, ни нам с вами, ни китайским товарищам, ни своим правительствам. А у господина Лаврова, в отличие от господина Милибэнда, просто другой пейзаж под окнами.