Цивилизация
— В среду израильское руководство рапортовало о завершении первого, главного этапа плана по размежеванию. Теперь осталось только разрушить дома и синагоги в поселениях и передать их в ведение Палестинской администрации. Как вы можете охарактеризовать этот тяжелый для израильского правительства этап?
— Разрушение поселений, выселение людей из их домов, уничтожение их частных хозяйств, которые давали колоссальный доход государственной казне – все это квалифицируется как преступление против человечества.
За такие преступления предают суду, приговаривают к смертной казни или к длительным срокам заключения.
Если говорить о том, что это по приказу выполняла армия и полиция, и люди, которые это творили, будут когда-нибудь оправдываться тем, что они выполняли приказ, то надо сказать, тем же оправдывались преступники в Нюрнберге.
— Насколько известно, не обошлось без массовых арестов, однако официальные власти не спешат делиться статистикой.
— В общей сложности было арестовано более 1000 человек. Из них некоторых отпустили, но многие остались до сих пор за решеткой. Так, вчера суд продлил срок задержания 240 израильтянам. Эту группу, которую сейчас оставили, можно охарактеризовать как в целом противники размежевания. Их арестовали в разных местах. Среди них и журналисты, и фотокорреспонденты, 240 человек даже не собирали с одном месте, им просто продлили арест. Даже сторонники размежевания тот факт, что этим 240 продлили арест, квалифицируют как преступление и нарушение всяких принципов демократического права. Если берут 240 человек и оптом, не рассматривая дела, не вызывая свидетелей, не оценивая тяжести преступлений или обвинений против каждого из них, сажают за решетку, то это означает, что это чисто политическая расправа.
А вчера было совершено индивидуальное преступление в отношении одной девочки. 14-летнюю девочку просто выкрали из больницы. Накануне она была избита полицейскими на демонстрации противников размежевания.
Ариалу Амитай избили так, что ее в тяжелом состоянии отвезли в больницу. На протяжении целого дня ее обследовали, так как было подозрение, что у нее повреждены внутренние органы. А вечером спецназ явился в больницу Шнайдер, и, несмотря на протесты врачей, ее забрали, просто выкрали из больницу в тюрьму.
Этот пример характерный.
Вообще все мы задавались вопросом на протяжении этих дней о том, что странно – была такая активная подготовка полицейского спецназа, а по телевизору совершенно не было видно, что они себя проявляли. Теперь выясняется, что они сыграли огромную роль, только их не снимали операторы. В частности, они занимались садистским избиением демонстрантов в основном на периферии, куда не доезжали камеры.
Демонстрации проходили по всей стране, они проходят и сейчас. Одна из демонстраций закончилась таким образом. Стоят люди с плакатами на въезде в Иерусалим. Большой перекресток, все углы и тротуары заняты народом, порядка двух тысяч человек. Спецназовцы подходят к толпе, вдруг накидываются на одного, выхватывают его из толпы и уносят. Так арестовали одного из членов совета русскоязычных противников Игоря Печерского, также арестовали профессора психиатрии Владимира Роттенберга и его жену.
На предыдущей демонстрации, избив и разбив очки, арестовали правого активиста Михаила Брука. Дело в том, что на его глазах избивали 13–14-летних девчонок. Он сказал: «Прекратите это насилие, если они делают что-то незаконное – арестуйте их, зачем же вы их так зверски избиваете». Полицейские поначалу не обратили на него внимания, когда же он заявил им, что, если они немедленно не прекратят, он опубликует их имена, написанные на нагрудных знаках, они взяли Михаила и поволокли за угол. Там уже его зверски исколотили.
— Куда попадают поселенцы? Действительно ли каждому достаются дома взамен тех, из которых их выселили?
— Жилья не дали практически никому. Для какого-то количества людей найдено очень временное решение вопроса, а некоторым вообще негде жить. Основная часть людей, выселенных из Неве-Дкалим и Гуш-Катифа, размещена по отелям Иерусалима – восемь отелей Иерусалима приняли жителей самых больших поселков. Понятное дело, это жилье временное. С одной стороны с точки зрения средств, которые вкладывает в это государство – в конце концов, сколько люди могут жить в отеле – это ведь безумные деньги, между прочим, из наших карманов. С другой стороны, сколько бы это ни стоило, нормальной жизни в отеле быть не может, даже если это самый шикарный отель, а поселенцам выделили далеко не шикарные гостиницы. В любом случае это не решение проблемы, поскольку речь идет о многодетных семьях. Дети разных возрастов, им нужны разные учебные заведения, их невозможно при таком образе жизни записывать куда-то. В Израиле принято записывать на следующий учебный год еще в Пасхальный период. Так как школы переполнены, чтобы определить ребенка в приличное заведение, нужно это делать загодя. А у нас через неделю начинается учебный год, и до сих пор вообще не известно, где дети будут учиться, куда они пойдут в детские садики. Добровольцы в гостинице организовали импровизированные детские сады. Но им еще повезло.
Целый ряд людей живет просто в палаточных городках.
Один из них находится возле автовокзала Тель-Авива. К тому же не исключено, что его полиция не разгонит, потому что в общественном парке не положено ставить палатки. Там, понятное дело, нет ни душевых, ни уборных, абсолютно антисанитарные условия.
— Сколько они так будут жить? Что им обещают?
— А это абсолютно не известно. Правительство бросило все ресурсы на выселение, абсолютно не подготовившись к выселению тысяч людей.
К тому же речь идет не просто о выселении отдельных людей, это сплоченные общины, которые создавались изначально. Далеко не каждый готов принять это во внимание, что поселенцы – это люди, которые пришли на голые выжженные пески. Вместе они не просто с нуля, а с минуса создали на этих выжженных песках невероятного уровня современное сельское хозяйство, создали поразительную систему воспитания и образования и в процессе этого превратились в общину, которая демонстрировала, как может жить народ, который живет по принципам Торы. Это был совершенно особый стиль жизни, особая атмосфера, это одна семья. Поэтому сейчас взять и расселить по принципу: та квартира тебе, а эта, в другом городе, тебе – это преступление. Это так же преступно, как взять детей из одной семьи и раздать их на прием к разным родителям.
— С чем сравнивают противники размежевания план Шарона?
— В Израиле достаточно многие сравнивают это с депортацией, с которой начиналась европейская катастрофа холокост. Потому что больше прецедентов нет.
Разве что со Сталиным можно сравнить, когда брались целые народы и выселяли в другие районы страны. Так чеченцев выселяли, татар.
— И все же почему, по вашему мнению, несмотря на все противодействие, которое вы в том числе организовывали, властям удалось справиться с принудительной эвакуацией евреев из сектора Газа и с Западного берега, причем с серьезным опережением графика?
— Сами поселенцы изначально провозгласили принцип ненасильственного сопротивления и призывали к совести собратьев. Они при своем высочайшем духовном уровне считали, что если народ и армия поймут, что совершается преступление, то солдаты откажутся выполнять приказ. Очень большой расчет был на это. Увидев, на какое преступление тебя послали, ты откажешься от выполнения преступного приказа. У нас есть в армии такое понятие – отказ от выполнения преступного приказа. Они считали, что они должны просто объяснить солдатам, насколько преступен приказ выселять людей из законно построенных ими домов. Ведь это не захваченные группкой людей земли, это земли, где создавались поселения по решению правительства. Правительство призывало людей туда переезжать. У нас есть поселения, которые создавались группой активистов, несмотря на сопротивление правительства, но в данном случае речь идет о другом.
— Судя по всему, расчет на солдат не сработал. Что вы теперь будете делать дальше? Вы планируете предпринять какой-то политический шаг?
— Безусловно, мы будем создавать политическое объединение всех правых сил с целью прежде всего полной реформы электоральной системы, системы смены судей Верховного суда, и вообще необходима замена системы многопартийных правительств на президентское правление, потому что именно эта система сделала возможными эти преступления. Форма правления, которая у нас существует, – это партийная олигархия, которая привела к единоличной диктатуре Шарона. Сейчас система выборов такова, какая была в Германии, избравшей Гитлера. И не случайно эта система привела практически к подобному результату, еще не в такой степени, но эволюция происходит в том же направлении. Это, кстати, должно быть очень грозным сигналом для россиян. Путин, когда начал расправляться с демократией в России, перешел на систему выборов, подобную нашей – только по партийным спискам. Демократии как таковой без личного представительства, без личной ответственности парламентариев перед конкретной группой избирателей быть не может.
