В пятницу Московский областной суд частично оправдал бывшего сотрудника ФСБ Михаила Трепашкина, ранее осужденного в общей сложности на 5 лет лишения свободы за разглашение гостайны (ст. 283 УК РФ) и незаконное хранение оружия и боеприпасов (ст. 222 УК РФ). Мособлсуд удовлетворил кассационную жалобу его адвокатов на приговор Дмитровского суда Московской области, который в апреле 2005 года признал Трепашкина виновным в незаконном хранении оружия. Дело о разглашении гостайны Мособлсуд не рассматривал, и приговор Московского окружного военного суда по этой статье остался в силе. Теперь Трепашкин должен отсидеть не 5 лет, а 4 года.
Такого решения вышестоящей инстанции не ожидал ни сам осужденный, ни его адвокаты.
«Михаил Иванович даже не понял, что произошло, — сказала «Газете.Ru» после окончания суда защитник Трепашкина Елена Липцер. — Он с самого начала утверждал, что его дело было полностью сфабриковано, но мало верил в справедливое решение суда (Трепашкин, в частности, утверждал, что пистолет ему подбросили — «Газета.Ru»). Впрочем, такое решение он воспринял очень спокойно. Все выслушал, а потом очень быстро выключили интерактивную связь со следственным изолятором (Трепашкин участвовал в заседании с помощью видеоконференции — «Газета.Ru»)».
По словам Липцер, накануне рассмотрения кассации у нее были предположения, что приговор могут отменить и отправить дело на новое рассмотрение. «Однако все было иначе, — сказала адвокат. — Суд воспринял все доводы защиты (которые полностью игнорировала судья Дмитровского суда Джульетта Бандура, в частности, то, что на пистолете не были найдены отпечатки пальцев Трепашкина — «Газета.Ru»), посчитав при этом, что все сомнения трактуются в пользу обвиняемого. Кроме того, возникли вопросы, как именно пистолет появился в машине подозреваемого, а доказывать непричастность Трепашкина к появлению пистолета в салоне защита не обязана».
Елена Липцер также указала на необычное поведение суда (в составе судей Мязина и Обухова и председателя Пешкова) в ходе зачитывания кассационного решения. «Оно было оглашено полностью, а обычно суд зачитывает лишь резолютивную часть», — сказала адвокат.
Таким образом, все сомнения суда в правильности ведения следствия прозвучали публично и стали известны в тот же день.
В то же время Михаил Трепашкин еще некоторое время останется в СИЗО, где он находится до окончания рассмотрения в судах высшей инстанции жалоб его адвокатов. Хотя осужденного могут в любой момент отправить по этапу в колонию-поселение (возможно, это будет колония для бывших сотрудников правоохранительных органов в Смоленской области), и адвокаты опасаются, что в этом случае условно-досрочное освобождение (УДО), на которое они рассчитывают, будет отсрочено. Право на УДО Трепашкин имеет после отбытия трети наказания, а с учетом сегодняшнего решения суда — с апреля этого года (Трепашкин был задержан в октябре 2003 года).
«Защита уже дважды подавала документы на условно-досрочное освобождение, — сказала Липцер. — Первый раз — 22 февраля в Дмитровский райсуд, второй — 22 июня в Люблинский. Документы на УДО сейчас рассматриваются в Люблинском суде, однако если Трепашкина этапируют в колонию, тогда прошение о досрочном освобождении необходимо забирать из Люблинского суда и передавать в местный — по месту нахождения колонии».
Как сообщил адвокат, сам Трепашкин говорит, что в СИЗО ему оставаться «уже нет никаких сил», и даже перевод в колонию-поселение он воспринимает как благо. «В СИЗО Капотни клопы, которых стали морить по просьбе Трепашкина, перенаселенность и антисанитария, — сообщила Липцер. — К тому же в заключении у Трепашкина обострилась бронхиальная астма с аллергией (в общей камере постоянно курят), ухудшилось зрение (свет тусклый, а Трепашкин много пишет), а также у него постоянно высокое давление».
Адвокаты Трепашкина планируют встретиться с подзащитным в понедельник. На встрече, в частности, они обсудят вопрос о привлечении следователей и сотрудников ГИБДД к уголовной ответственности за сфабрикованное дело. Возможно, будут поданы иски и компенсации морального и материального ущерба.
После освобождения Михаил Трепашкин не сможет заниматься адвокатской практикой, как делал это до своего ареста. Вместо этого он планирует обратиться к правозащитной деятельности, имея опыт несправедливого суда. По словам Елены Липцер, в СИЗО он столкнулся со столькими нарушениями и написал столько жалоб от имени других заключенных, что такого рода деятельность не будет для него новой.
