Цивилизация
— Как вела себя в школе директриса? — спрашивала Кулаева Людмила Хадзарагова, чей сын погиб.
— Свободно передвигалась, на второй этаж поднималась.
— Чем вы там питались?
— Никто ничего не ел.
— Он говорит то, что ему дают, — обратилась Людмила к суду. — Вы, как судья, помогите нам узнать правду. У меня ведь претензии не к нему, у меня претензии к Путину, Дзасохову, Колесникову и другим, кто нам врал, а теперь факты говорят другое.
Судья Тамерлан Агузаров на эту просьбу не отреагировал и вызвал на допрос следующую потерпевшую. Допрос Ларисы Мамитовой стал центральным моментом сегодняшнего дня. Три дня пребывания внутри школы Лариса описала во всех подробностях. «Я стояла на линейке вместе с сыном, было около 9.05, и людей было очень много. Потом передо мной пролетело много воздушных шаров, и я услышала выстрелы.
«Надо же, улыбнулась я, — детям салют дают, — и сразу увидела людей в камуфляже».
Будучи врачом, Лариса оказывала помощь боевикам по их требованию. «Когда меня вывели в коридор, я там увидела очень много рюкзаков с оружием. Наверное, раза в три больше, чем самих боевиков, столько не засунешь в машину. Потом я потребовала, чтобы меня отвели к «полковнику» (имеется в виду главарь бандитов Руслан Хучбаров — «Газета.Ru»)».
Если в течение всего предыдущего рассказа потерпевшей из зала постоянно слышались выкрики, то здесь зал затих, все слушали рассказ Ларисы. «Я попросила их, чтобы я вышла и передала их требования… «Полковник» мне сказал: «Когда я увижу по телевизору, что идет вывод войск из Чечни, я открою дверь и всех выпущу».
С белой занавеской в руках Лариса вынесла записку с номером телефона из школы и сообщила человеку, ее забравшему, что заложников в зале более тысячи. «Потом я вернулась в школу и спросила боевиков, можно ли помочь раненой женщине на улице, но они не разрешили, и дверь снова захлопнулась. Это было 1 сентября».
На следующий день Ларисе пришлось нести еще одну записку с новым номером телефона. Там же было написано «Наши нервы на пределе». При передаче записки Лариса подтвердила число заложников: «Нас 1300». Все три дня Лариса Мамитова оказывала помощь и боевикам, и заложникам. «Из чемоданчика с медикаментами, который они мне дали, я украла нашатырный спирт и унесла его с собой в спортзал. Боевик, который там сидел, делал вид, что не замечает, как я помогаю детям». Дойдя до момента штурма, Лариса запнулась.
— Дальше я уже ничего не помню. Очнулась в спортзале на полу, голая. На спине сильное жжение. Когда увидела, что бомб на кольцах больше нет, поняла, что произошло.
В дверях стоял боевик и стрелял вверх. Вдруг кто-то схватил меня за волосы и потащил. Я повернулась, там был мальчик 14 лет, который перед смертью, падая, схватил меня за волосы. Я начала разгребать в спортзале останки и искать среди них сына. Потом в тренажерном зале пробили дыру и меня вытащили. Меня подобрал мой муж, который сказал: «Тамик дома».
Момент штурма хорошо запомнился другой потерпевшей, Цириховой Земфире: «Я видела, как огненный шар пробил дыру в крыше и влетел внутрь, это был первый взрыв». Земфира также подтвердила, что у боевиков большие запасы оружия. «Оно лежало у них в огромных ящиках, больше, чем этот стол», Земфира показала на стол внушительных размеров. «Кулаев, — обратилась Земфира к обвиняемому, — если у тебя есть совесть, скажи правду!» К просьбе присоединился и судья Агузаров: «Кулаев, расскажите правду!» «Не опускай глаза, как осетинская невеста!» — добавила уже следующая потерпевшая, Батагова Фелиса.
Правда, были сегодня и такие потерпевшие, кто не задавал Кулаеву вопросов, а открыто обвинял его.
Пострадавшая Элла Дзарасова заявила, что Кулаев активно участвовал в захвате школы и она видела его в спортзале (сам он утверждал, что все время провел в столовой).
«Он бегал туда-сюда как сумасшедший и кричал, матерился, стрелял в потолок. Кричал: «Языки за зубами держите, а то расстреляем», — сказала Дзарасова. Дзарасова также рассказала, что видела, как Кулаев с двумя боевиками собирали мужчин и выводили их куда-то за пределы школы. Потом мужчин расстреляли.
Недовольство потерпевших ходом суда вновь обострилось под конец дня. «Дайте нам высказаться, мы ведь долго молчали», — звучало из зала. Председатель суда пытался успокоить людей: «Не надо здесь демонстраций устраивать, кто вам не дает говорить».
Когда трансляция заседания суда была прервана, в самом зале потерпевшие требовали на суд представителей властей: «Что вы нам подсунули этого Кулаева, что вы из нас делаете!» Но туда журналистов уже не пустили. Суд перенесен на вторник.
