Цивилизация
В среду представители Минобороны России заявили, что в российской армии растет преступность и смертность среди и рядовых, и офицеров. Точные цифры военное ведомство на этот раз не обнародовало. Однако, как сообщил 1-й замначальника Главного управления воспитательной работы Виктор Бусловский, преступность «по сравнению с уровнем прошлого года выросла на 5%». Примерно четвертая часть от всех правонарушений в армии (20–30%) приходится на дедовщину, или, как официально это называется – неуставные отношения. По словам Бусловского, связано это напрямую с «низким качеством призывного контингента». «К сожалению, подавляющее большинство солдат срочной службы, призванных в армию и на флот из центральных регионов России, в том числе таких мегаполисов, как Москва и Санкт-Петербург, не отвечает современным требованиям, у них слабое здоровье и зачастую даже нет восьмилетнего образования», — сообщил он. И добавил, что из этих городов набирают только 4–6% призывников. Кроме того, говорит Бусловский, в армии не хватает офицеров, которые могли бы проводить воспитательную работу со срочниками – и таким образом хоть как-то снижать криминальные показатели.
Виктор Бусловский сообщил, что, например, из общего числа военнослужащих-самоубийц примерно 20% — это прапорщики и офицеры, остальные — рядовые.
Причем основная масса солдат-срочников, по сводкам Минобороны, кончает жизнь самоубийством «по причине неразделенной любви», в то время как офицеры сводят счеты с жизнью из-за бытовых неурядиц.
В пресс-службе Минобороны сообщить конкретные цифры по погибшим военным и числу преступлений пока отказались. Последние данные о погибших министр обороны Сергей Иванов обнародовал в ноябре 2004 года. Тогда он заявил, что в Вооруженных силах, по данным на ноябрь, с начала года погибли 932 военнослужащих. Из них 423 человека при исполнении служебных обязанностей и 509 во внеслужебное время. По словам Иванова, только 24,6% из погибших в его ведомстве людей – самоубийцы. Еще 20% погибли из-за нарушения требований безопасности или нарушения правил дорожного движения и эксплуатации транспортных средств. А убийства не вошли в тройку ведущих причин. Судя по всему, эта статистика за девять месяцев 2004 года, значит, за весь 2004 год погибло примерно 1200–1300 военнослужащих Минобороны. Однако официальных заявлений на этот счет военное ведомство пока не сделало.
Информация военных отличается от данных, обнародованных на минувшей неделе правозащитным фондом «Право матери». Как сообщили в организации, на самом деле ежегодно в российской армии погибают около 3 тыс. призывников – что втрое больше, чем говорят в Минобороны. В целом около 15–16% смертей наступает в результате убийства или избиения с тяжкими последствиями, самоубийств среди них — около 35%, сообщила «Газете.Ru» пресс-секретарь фонда Анна Каширцева. По ее словам, данные фонда основаны на анкетах, которые добровольно заполняют родители погибших призывников. Причем цифра 3 тыс. человек – «порядковая» и заниженная, так как не все родители обращаются в фонд.
Впрочем, как удалось выяснить тогда «Газете.Ru», фонд «Право матери» при подсчете «жертв призыва» учитывал погибших как в войсках Минобороны, так и в других войсковых частях, в частности МВД и ФСБ, которые в свою статистику министр обороны не включал.
Кроме того, данные фонда включают в себя не только смерти, зарегистрированные в различных военных округах, но и гибель людей, получивших серьезные заболевания или увечья на службе в армии и умерших от них в первый год после комиссования. По словам Каширцевой, таких людей из 3 тыс. – около 1 тыс.
О самоубийцах представители «Право матери», как и военные, сказали отдельно. В частности, как заявила глава фонда Вероника Марченко, «родители, получившие извещение о гибели сына в связи с самоубийством, часто не верят в официальные версии гибели их сына, так как на их вопросы не хотят давать подробные ответы и отмахиваются в хамской форме». Причины самоубийства также называют разные, но о неразделенной любви обычно не говорят. Например, сообщила она, «недавно был феноменальный случай, когда родителям позвонили из части и сказали, что их сын выбросился из окна после того, как повесил гирлянду на елку. Другим родителям сказали, что неудивительно, что их сын покончил собой, так как читал Чехова». По словам юриста фонда «Право матери» Людмилы Голиковой, «примерно в сотне случаев удавалось доказать в суде, что причина смерти военнослужащего – не самоубийство, а доведение до суицида или чистое убийство». И ни о какой неразделенной любви в качестве причины самоубийства правозащитники не упоминали.
