Цивилизация
Почему-то принято считать, что всякие миксы-ремиксы изобрели в Детройте в середине 70-х годов, а рэп был придуман примерно тогда же и тоже в Америке.
Это полная ерунда.
Метод освежить любимую мелодию, не оплачивая дорогих музыкантов, а подключив к делу пару дешевых электронных примочек, изобрели, конечно, неимущие негры. Но сделали это в конце 60-х, и совсем в другом месте – на Ямайке. Впервые открытие, которое будет трясти танцполы мира еще не один десяток лет, пришло в голову гениальному инженеру-самоучке из Кингстона, а по совместительству владельцу дискотеки в гетто Кингу Тобби.
Публика с удовольствием откликнулась на новшество, еще довольней были диджеи, которым куда веселее работалось под свежачок.
В ямайском регги начался очередной расцвет, а в местные чарты попали новые звезды, среди которых был и наш герой Принс Алла.
Тут надо сделать пояснение. В карибской музыке, видимо, в силу специфических привычек ее создателей, все называется шиворот-навыворот. Человек, сводящий пластинки, носит наименование «селектор»; рэпер, читающий под эти пластинки тексты (обычно речитатив на злобу дня с припевом из песни-прототипа) зовется диджеем, а сам рэп называется тостом, что, в общем-то, более резонно, поскольку он куда добрей и мягче, чем его кузен из США.
Со времен первоначального расцвета тостов и ремиксов много чего случилось. Кинга Тобби застрелил уличный грабитель – мастера студийных технологий подвела привычка носить золотые цепи в шпанистых районах. Многие ранние диджеи-звезды отошли от музыкальных дел: кто купил автомастерскую, кто – зал игровых автоматов. А Принс Алла – вот он: растаманские косички поседели, но голос все такой же зычный, селектор за спиной крутит вертушки, а фанаты карибской музыки ходят на ушах, в какую бы страну Принс не приехал.
Тут журналисту следует проявить осведомленность и завалить несчастного читателя фамилиями продюсеров и названиями хитов, переписанными с неграмотно составленного пресс-релиза. Делать я это не буду: винил с тостами Аллы выходил на местных ямайских лейблах в 70-80-х годах мизерными тиражами и в Москву попасть физически не мог. Просочилось лишь то, что было переиздано на CD англичанами с лейбла Blood&Fire лет десять назад. И это по-настоящему хорошо.
Кто слышал вещи вроде Bosrah или Dread Stone, вряд ли их забудет: настоящее психоделическое регги, а не электронный эрзац, который крутили в Москве группа Alfa&Omega и продюсер Mad Professor.
И напоследок о самом приятном. Музыку, которую Алла будет представлять в Москве, вы нигде больше не услышите. Это у нас какой-нибудь диджей Кубиков считается оригинальным артистом, поскольку сводит пластинки, купленные им в барселонском супермаркете. А уважающие себя ямайские селекторы крутят в основном так называемые блюда с дабом (dub plates): макси-синглы, изданные на дружественных рекорд-фирмах тиражом в несколько штук, причем их клише аккуратнейшим образом уничтожаются, чтобы не попасть к конкурентам.
«Китайский летчик Джао Да» (Лубянский проезд, 25), 23.00
