Цивилизация
Самурайские фильмы, дав миру «Великолепную семерку» и «Убить Билла», на родине, в первую очередь – исторический жанр. А история – штука пахучая, немытая. Героические трагедии самураев разворачивались на фоне быта, урожаев-сенокосов и прочих хлопот по хозяйству. Любование цветением сакуры – редкость, обучение владению мечом – долг, а повседневность – повседневность всегда.
«Сумрачный самурай» (Tasogare Seibei) поставил классик — семидесятилетний Едзи Ямада. Поражать неожиданными поворотами становится модой для пожилых японских режиссеров – после «Королевской битвы» Кинджи Фукусаку уже ничто не удивляет. Но Ямада поставил не на шок актуальности, а на восхитительную архаичность киноязыка, умело адаптированную к современности.
Действие происходит во второй половине XIX века, накануне падения сегуната и реставрации монархии. Главный герой – простой самурай, который выполняет в клане функции завхоза. Дни он проводит за бухгалтерскими книгами, подсчитывая рис и рыбу, вечером – мастерит клетки для сверчков, пытаясь свести концы с концами. Жена у него умерла, мать – в маразме, подрастают две дочки, следить за собой некогда и даже на работе ругают за драное кимоно. В общем – образцовая жизнь мелкого госслужащего в трудное время, когда по реке плывут трупы умерших от голода крестьян. Однажды самурай-завхоз узнает, что сестра его друга развелась с мужем-пьяницей и вернулась в дом брата. Муж-дебошир пришел выяснять отношения, герой вступился и принял вызов на поединок. Ранним утром он хорошенько отдубасил обидчика, и так все узнали, что он – ученик великого мастера кэн-до. Только эта слава радости ему не принесла – когда начались кадровые перестановки, его послали убить одного из самых могучих воинов клана.
Вся эта история рассказывается от лица младшей дочери героя. Она же, уже старушкой, приедет на такси на его могилку – уже в середине XX. Шокирующая близость самурайских поединков и клановых войн, борьбы сегуна и императора и прочих обстоятельств не могла быть показана лучше. Погребенная в классике «Падении дома Тайра» формальных упражнениях Куросавы и эксцентричных эскападах Юкио Мисимы, история в «Сумрачном самурае» оказывается близкой, как вчерашний день.
Ямада сделал историческую достоверность не данью дотошности, а художественным методом. Рассказывая историю своего самурая, основанную на рассказах Сюхэя Фудзисава, он не воссоздает быт середины прошлого века. Он строит из него пространство, которое соперничает с героем в притягательности.
Впрочем, оставаясь прагматичным японцем, Ямада не забывает развлекать. Два поединка, которые есть в фильме, являются в каком-то смысле образцовыми для кино. В них так мало хореографии и так много насилия, опасности и смерти, что даже человек, не имеющий отношения к боевым искусствам, понимает – режутся насмерть.
Этот странный японский мутант был участником конкурсной программы Берлинского кинофестиваля, но не получил ничего. Это не только понятно, но и справедливо – тихое очарование картины не предназначено для больших площадок. «Сумрачный самурай» — самодостаточное упражнение во вкусе, смиренный труд ради совершенства. В Японии этот труд оценили, присудив 12 наград японской киноакадемии.
Отчасти это – дань собственной истории, отчасти – достоинствам фильма. Но кроме того, японцы любят истории про маленького человека, старательно читают Чехова и Достоевского, с Гоголем он знакомы, вероятно, меньше. В России же каждому будет приятно увидеть, как Акакий Акакиевич Башмачкин берется за меч.
Порадоваться за маленького человека можно в кинотеатре «Ролан» с 5 ноября.
