Цивилизация
Нынешний веломарафон по дорогам Франции наверняка надолго запомнится всем. Даже если вы ничего не знали про «Тур де Франс» и велоспорт раньше, то теперь с экранов телевизоров и страниц различных изданий новости с «большой петли» больше напоминают сводку с полей сражений. Сражений с допингом.
После нынешнего тура наверно почти все будут убеждены, что допинг и велоспорт — это близнецы-братья. И последние события этот печальный тезис только подтверждают.
Не успели отгреметь страсти по казахстанской команде «Астана», которая после того, как у ее лидера Александра Винокурова обнаружили допинг, была вынуждена сняться с соревнований, как следующим этапом стало отлучение от «Тура» французской команды «Кофидис», гонщик которой Кристиан Морени также был уличен в употреблении запрещенных препаратов.
В принципе, и этих событий хватило бы. Но тут окончательно «добила» любителей велоспорта следующая новость.
Команда «Рабобанк» в среду поздно вечером приняла решение разорвать контракт с обладателем желтой майки лидера датчанином Михаэлем Расмуссеном.
Напомним, что он не удосужился сообщить о своем месте тренировок, за что был уже отлучен от сборной.
Официальная причина такого решения — «нарушение устава команды».
Директор «Тур де Франс» Кристиан Прюдомм так прокомментировал эту новость: «Мы не можем утверждать, что Расмуссен жульничал, но его непочтительность и ложь о его местонахождении стали просто невыносимы».
«Моя первая реакция была: а почему «Рабобанк» не сделал этого раньше? В конце июня, например, когда они уже обладали этой информацией?! — сказал президент Международной федерации велоспорта Пэт Макуайд. — Команда решила его выгнать — это их прерогатива. Могу только поаплодировать их решению. Будет остальным урок на будущее».
Реакция же руководства «Рабобанка» была сдержанной. «Микаэль Расмуссен был отправлен домой за нарушение устава команды», — сказал пресс-атташе Джейкоб Бергсма.
На официальном сайте команды было вывешено официальное заявление «Рабобанка». В нем, в частности, говорится: «Наша команда расстроена и шокирована тем, что Расмуссен солгал о месте своих тренировок Международной федерации велоспорта. Мы выяснили, что он тренировался совсем в другом месте, чем заявил в официальных бумагах. И за это он понес правомерное наказание».
Сам же Расмуссен в ответ на появившиеся слухи о том, что он скрывал место тренировок из-за того, что принимал допинг, был категоричен: «Конечно, я чист! — сказал он. —
Как я уже говорил, за последние две недели у меня взяли 17 допинг-тестов, и ни один из них не оказался положительным. Но толпе нужна кровь.
Что ж, они ее получили».
Тем временем расположение команды «Рабобанк» во французском городе По обыскивается полицией, и долго не было ясно, выйдут ли оставшиеся гонщики, включая россиянина Дениса Меньшова, на старт 17-го этапа. В итоге «Рабобанк» все же решил продолжить свои выступления. А лидером общего зачета стал испанец Альберто Контадор из «Дискавери Ченнел».
Тем временем развивается скандал, связанный с положительными допинг-пробами лидера команды «Астана» Александра Винокурова. В среду вице-президент Федерации велоспорта Казахстана Николай Проскурин, который находился с «Астаной», дал интервью агентству «Весь спорт».
«Что наше присутствие многих раздражает, чувствовалось еще до старта пролога гонки, — констатировал Николай Проскурин. — В газетных статьях множились слухи, атмосфера была очень нездоровой и тяжелой, создавался негативный имидж.
Шум был поднят моментально после прихода винокуровской пробы А, словно по команде: множество представителей прессы, резкие заявления.
Когда руководители тура потребовали снятия с гонки всей команды, мы задали закономерный вопрос: а почему такие же санкции не применяются к «Ти-мобайл», у который дисквалифицирован Синкевиц? «Потому что мы вас пригласили по wild card», — был ответ. То есть опять подчеркивание, что статус команды про-тура они трактуют как им угодно. Были подвергнуты обыскам автобусы нескольких команд, включая нашу, но среди них, кстати, не было ни одной французской. Затем обыскивали отель, ничего подозрительного не обнаружили, но нашли шприц, из которого мне сделали перед этим укол антибиотика — я здесь сильно простудился. Это для них стало достаточным поводом, чтобы задержать гонщиков, представителей штата команды и даже журналистов, попавших под руку. Допросы длились несколько часов, отпустили только глубокой ночью, после двух».
Проскурин также рассказал о действиях, предпринятых «Астаной», и ближайших планах. «Мы наняли адвоката из Америки, который будет разбираться в сложившейся ситуации, — сказал он. — В то же время нужна всесторонняя оценка специалистов-гематологов.
В частных разговорах многие медики говорят, что изменения в крови тяжело травмированного гонщика, который выступал с сильными гематомами, принимал противовоспалительные и обезболивающие препараты в течение длительного времени, могут быть значительными.
Александр утверждает, что никаких запрещенных манипуляций с кровью не производил, и наша позиция — доверять гонщику, особенно теперь, когда ситуация далеко не ясная. Команда продолжает выступления, мы будем участвовать в «Туре Саксонии» и «Бриксия-Туре». Что касается «Тур де Франс»… Никакого желания приезжать сюда снова не осталось».
