В Олимпийском комитете России немного запутались, для кого устраивалось прощание с олимпийцами: для власти или для болельщиков. Хотелось бы, конечно, чтобы и народ поддержал ребят, но опять же, если что, помочь командам могут именно чиновники. Решили все-таки большую часть времени уделить власти.

Перед музеем Великой Отечественной войны было кучно и весело. Наибольшим успехом у прессы пользовались Марина Киселева и Ольга Брусникина. Девушки выдержали колоссальное испытание. Облаченные в парадную форму сборной синхронистки не отказывали никому в интервью и позировали всем желающим. Кроме того, к ним постоянно подходили поздороваться VIP-персоны и по-дружески целовали девчонок. Когда еще представится такая возможность?

Но не все выглядели так празднично, как претендентки на золотую медаль.

Волейболистки и волейболисты пришли просто в красивой одежде. В джинсах и простой рубашке разгуливала дзюдоистка Тея Донгузашвили.

— Тея, а почему вы не в форме? Не нравится?

— Дело не в этом, просто моего размера нет (Тея будет выступать в самой тяжелой весовой категории турнира дзюдоистов. — «Газета.Ru»). Говорят, сделают, а может, и не успеют.

А ведь Тея — спортсменка из Санкт-Петербурга. Организаторы явно играют с огнем. Но оказалось, что проблемы не только у нее. Не всю форму выдали волейболистам. Не очень качественно экипировали волейболисток. Да и вообще, проблем с одеждой было хоть отбавляй. На Михаила Куснировича, главу компании «Боско ди Чильеджи», было жалко смотреть. Только что ему высказали претензии представители ОКР, которых, в свою очередь, затерроризировали тренеры.

Много вопросов вызвал и стиль парадных костюмов. Допустим, на Киселевой и Брусникиной замечательно сидит любая одежда. Им все к лицу. А вот некоторым форма не пришлась по душе. «А мы не сильно волнуемся, нам же ее один раз надевать, — сказала одна из будущих участниц Игр. — А некоторым даже вообще не придется. На открытие они не приедут, на закрытие не успеют».
Сначала всю сборную завели в Зал славы, где перед ними выступили серьезные люди с серьезными должностями. Было зачитано обращение президента России. Зал несколько раз взрывался овациями. Затем началась протокольная групповая съемка. В первом ряду были священник, Тягачев, кто-то из правительства и депутаты. Спортсменов сначала вперед не пускали. Все как обычно.

— А вы Чебурашку-то получили? — поинтересовался у дзюдоистки Любови Брулетовой.

— Нет еще. Нам обещали, что выдадут позже. А вообще, с этой мультипликацией смех один. Мне пытались доказать, что это символ Олимпиады. С трудом удалось их разубедить.

Кстати, у Чебурашки возникнут проблемы. Сначала один из авторов героя начал высказывать претензии по поводу незаконного использования прав на игрушку. Затем депутаты Госдумы начали интересоваться, с чего это мультяшный герой стал символом команды (а также почему вместо слова «Россия» на форме спортсменов написано Russia). А Леонид Шварцман, художник героя, и вовсе оторвал своему «ребенку» ухо.

Дело было так. На прощании с олимпийцами в ГУМе Шварцману дали сказать приветственное слово. Он решил поразить всех и принес Чебурашку из мультика. То есть куклу, которая и снималась в знаменитом фильме. Вот он показывает, стоя на балконе, а затем — раз! — и отрывает ухо, которое упало к ногам спортсменов (они сначала подумали, что так и надо). К фрагменту тотчас рванулась Брусникина, ставшая обладателем этого исторического сувенира. Правда, ей потом пришлось вернуть добычу.

С чем надо действительно разобраться, так это с песней «Русские идут», которую кто-то решил сделать гимном сборной.

У этого творения с многозначительным припевом «Э-о, э-о, русские идут» не получилось стать главной песней сборной России по футболу. Так не надо пускать и к олимпийцам. Представьте себе картину: исполняется припев песни, а по лестнице спускаются наши борцы Тамерлан Тменов и Магомед Джафаров. Кстати, не одному мне стало неловко — под конец музыка была выключена.

Самым запоминающимся для спортсменов событием стал фуршет, организованный на Красной площади (территорию, кстати, перекрыли). Правда, до ГУМа добрались не все. Осталось примерно человек 15-20. Наконец-то им удалось спокойно посидеть и перевести дух. На того же Тменова было больно смотреть (как он собрался бороться?). А вот синхронистки были в полном порядке. Они помогли репортерам сделать еще примерно тысячу снимков.

Напоследок желающие могли послушать вице-президента ОКР Виталия Смирнова. Он сказал, что наша команда самая сильная, выразил свою веру в сборную и сообщил, что мы профессиональнее американцев.

— Есть еще вопросы? — обратился он к репортерам.
— Как отразится на Играх новый коррупционный скандал в МОК? — спросил я первое, что пришло в голову.

— Да ну вас. Мне уже надоело говорить про это. Сегодня праздник такой, а вы… Никак он не отразится. Будет проведено расследование. Виновных накажут.

А попрощались ли со спортсменами болельщики? Были небольшие овации, когда олимпийцы выходили из церкви, да и в центральном магазине им помахали флажками. Беда в том, что в лицо наших чемпионов никто не знает. Большинство из них заметны болельщикам раз в четыре года (во время летних Олимпиад). Как, кстати, и представителям власти.