201-й, он же Университетский, избирательный округ города Москвы стал квинтэссенцией российской политики, той самой каплей, в которой, высокопарно выражаясь, отразился весь идиотизм сегодняшней политической жизни. На выборы идут олигарх, специфическим образом отставленный от исполнения своих обязанностей действующей властью. Специалист по диверсионным операциям и читатель антисемитской литературы, мирно возделывавший участок на минском направлении в одной географической точке с супостатом Чубайсом и, возможно, покусившийся на его жизнь. И всякое прочее добро, то ли с собственного согласия, то ли без такового выдвигаемое прогрессивной общественностью в лице ультранационалистических (других вроде не осталось) организаций в депутаты — от оправданного присяжными военного Ульмана, расстрелявшего мирных жителей, до гражданки Иванниковой, на которую покушалось лицо кавказской национальности, что уже есть политика.

Вся наша страна — один большой 201-й Университетский округ.

Все персонажи кошмарных снов Босха и беспокойных фантазий Гойи, собравшись в единый жилищный кооператив, двинули в политику.

Это уже не пастернаковские «швея, студент, общественный работник», врывавшиеся в политику вместе с «ветром века» Твардовского, который дул «в наши паруса» в конце 1980-х. Не те игровые и хорошо управляемые персонажи, при виде которых шестидесятник Карякин сказал: «Россия, ты одурела!» Не до зубов вооруженные популистской риторикой рогозинцы, вскормленные на старых комсомольских и (или) мгимошных харчах и, казалось, навсегда ворвавшиеся в политику в декабре 2003 года. Это жертвы «суверенной» демократии, заменившие ставших ненужными и маргинальными нормальных системных политиков с идеологией, взглядами, убеждениями.

На место идеологий, взглядов, убеждений приходят криминальная, судебная и светская хроники.

Ее персонажи становятся политиками в отсутствие нормальной политики. Вместо растрепанного кухонного демократа 1970-х — потерявший свою бизнес-империю олигарх. На месте идеологизированного русского патриота, бормочущего мантры из «Протоколов сионских мудрецов», — человек прямого действия. Вместо спасающего у себя на квартире Россию методом условного убиения жидов безумца — российский военный и примкнувшая к нему жертва прикладного кавказоведения.

И вот уже не в 201-м округе, полном интеллигенции, не слишком вдохновленной неолиберализмом и пафосом реформ, а на Белгородчине появляется кандидат в депутаты Маша Малиновская, бывшая ведущая с MTV, готовая штурмовать вершины российской политики пухлыми губами и пластмассовой грудью, в которой глухо ворочаются все подшипники русской, навязчивой, как клей «Момент», сексуальности. Почему, почему, о боги политического олимпа, вы не указали этой созданной для политики путинского периода женщине дорогу именно в Университетский округ?! Голосующая профессура отдала бы свои голоса бедной безработной девочке. Впрочем, как выражается один редактор интернет-ресурса «Газета.Ru»: «Какая страна — такая и Чиччолина».

И в этом, между прочим, содержится глубочайший смысл. Раньше политические баррикады штурмовали персонажи типа Чипполино, обитатели рабочих кварталов, взбодрившиеся, как писали на бутылках в годы застоя, «вином типа портвейна».

Теперь депутатские мандаты так и просятся в руки фигур, сопоставимых по различным тактико-техническим характеристикам с Чиччолиной.

Раньше значение во всенародном деле выборов имели идеологии, убеждения, заблуждения. Страсть, пафос, глупость. Теперь — пиар, попса, рублево-успенская хроника. Холодность, неразборчивость, сервильность. С такими политиками невозможно брать приступом бастионы действующей власти, клеймить позором антинародный режим. Правда, что гораздо хуже, с ними практически невозможно квалифицированно принимать бюджеты разных уровней и утверждать иные государственного уровня решения и законы.

Этого хотели кремлевские политологи, астрологи и алхимики, вкладывая в уста главы государства фразу об «укрупнении» партийной системы Российской Федерации? Доукрупнялись, как во всенародном анекдоте, до мышей. Специфических телеведущих, обезумевших военнослужащих…

Возможно, это, выспренне выражаясь, общемировой тренд. Политиками становятся не профессиональные революционеры или политические конформисты, а развеселые девахи с выдающимися частями тела, не проповедники с горящими глазами, а бойцы, без страха и упрека бьющие по поясной мишени из плоти и крови, не бессребреники, а рентополучатели.

Только в результате получается, что у нас политика сужается до масштабов 201-го Университетского округа, до полосы светской хроники, до стиля жизни на Рублевке, бессмысленном и беспощадном, до толкотни на узком пятачке между Мавзолеем В. И. Ленина и входом в Спасские ворота Кремля.

Беда российской политики не в том, что ее нет в привычном гражданину, пережившему перестройку и реформы, виде. А в том, что такая политика и такие политики способны окончательно обессмыслить процесс принятия политических решений. Если каждая Малиновская с каждым Квачковым, вдохновленные примером ленинской кухарки, возьмутся управлять этой несчастной страной, что с ней, и без того задумчиво стоящей на богатырском распутье, будет?

Политику пора выгонять за пределы 201-го округа. Возвращать ее в парламент, на Краснопресненскую набережную, в Кремль и на Старую площадь.

Иначе страна будет управляться из мест лишения свободы или из анклавов компактного расположения светских раутов.