Невысокий энергичный человек строго распекает толстяка в милицейской форме. Чуть позже, тот же человек, стоя на сельской улице, выясняет у местных жителей, знают ли они в лицо своего участкового. Это министр внутренних дел России Рашид Нургалиев совершает внеплановый рейд по отдаленным точкам и проверяет работу своих подчиненных. Министр не очень доволен увиденным, а инспектируемые сотрудники МВД откровенно растеряны. Довольны только сопровождающие министра телегруппы — сюжет и правда хорош. За один день Нургалиев облетел четыре области и в каждой задал жару нерадивым подчиненным.

А вот непосредственный министра Нургалиева начальник, президент Российской Федерации Владимир Путин, тщательно изучает сапоги, в которых солдаты шагают зимой. Президент недоволен: в этом не то что воевать, просто ходить неудобно. Министр обороны Сергей Иванов обещает подобрать для солдат более пригодную обувь.

Неожиданными визитами балуют своих подчиненных не только президент и силовые министры. Каждый имеющий на то право начальник, хоть раз в полгода, да обязательно нагрянет туда, где его совсем не ждут, для того чтобы проверить, как идут дела. Внезапный налет руководителя на безмятежных подчиненных описал еще в конце позапрошлого века Антон Павлович Чехов в рассказе «Шило в мешке»:

«На обывательской тройке, проселочными путями, соблюдая строжайшее инкогнито, спешил Петр Павлович Прокудин в уездный городишко N... «Накрыть… как снег на голову — мечтал он, пряча лицо свое в воротник».

Возможно и сегодня министры, падающие как снег на голову в далекий город N, рассчитывают на то, что их появление окажется неожиданным. Надежды эти пусты. Уделяемое нынешним руководством страны значительное внимание мерам собственной безопасности делает невозможным по-настоящему внезапные визиты. Если начальник райотдела и не знает о том, что его прямо сейчас проверит министр, то областные начальники уж точно в курсе его планов. Хотя бы за пару часов до прилета дорогого гостя.

«Приедет он, чтобы на месте их накрыть, под суд отдать или сменить кого, а они над ним же и посмеются. Он повертится, повертится да с тем и уедет, с чем приехал».

Блицвизиты высокого начальства не были эффективны в конце позапрошлого века, тем более не могут они принести никакой существенной пользы и в начале XXI-го. Министр внутренних дел прекрасно знает, что увидит в районном отделении милиции. А майор или капитан, получая разнос, понимает, что, почти наверняка никаких оргвыводов за начальственным гневом не последует. Других подчиненных министру взять неоткуда — придется работать с этими. Поэтому все останется, как было и до того, ну, может быть, забор покрасят.

Внезапные налеты большого руководителя из Москвы, таким образом, являются элементом глобальной ролевой игры под названием «строительство властной вертикали».

В социалистические времена была поговорка «Вы делаете вид, что нам платите, а мы делаем вид, что работаем». Сегодня применительно к управленческому аппарату можно было бы переделать ее так: «Вы делаете вид, что нами руководите, а мы делаем вид, что выполняем ваши указания». Правда, только до тех пор, пока эти указания не вступают в противоречие с более существенными интересами бюрократического аппарата. Вот попытался Герман Греф упростить процедуру регистрации для бизнеса, а получилось все ровно наоборот.

Столичному руководству приятно думать, что у него есть подчиненные, готовые неукоснительно выполнить любые распоряжения. А бюрократический аппарат, соответственно, вовсе не собирается отказывать своему начальству в поддержании иллюзии. Однако согласие тянуться во фрунт вовсе не является свидетельством реальной управляемости. И весь вопрос теперь в том, станет ли это очевидным по итогам воздействия внешних факторов или федеральная власть осознает свою слабость самостоятельно. В последнее верится с большим трудом.