Цивилизация
В Ледовый дворец, где проходит сейчас чемпионат России по фигурному катанию, Евгений приехал, чтобы анонсировать свое выступление в гала-концерте вместе с победителями и призерами турнира. Плющенко собирается показать фрагменты своих новых программ, подготовленных в ходе последних тренировок без отрыва от политической деятельности и участия в реализации бизнес-проектов.
— Когда же можно ожидать вашего возвращения на лед в качестве действующего спортсмена?
— Этот процесс нельзя форсировать. Сейчас я просто физически не готов к тому, чтобы выполнять прыжки в четыре оборота и тройной аксель.
В августе планирую поехать вместе с группой моего тренера Алексея Николаевича Мишина в испанский курортный городок Хака. Там мы в последние годы всегда закладывали фундамент общефизической подготовки на сезон.
После этого можно будет говорить о подготовке полноценных соревновательных программ, с которыми не стыдно будет показаться на самых престижных турнирах. Если не будут беспокоить травмы, осенью планирую выступить на официальных соревнованиях.
— Следите ли вы сейчас за выступлениями своих соперников, которые не сидят, сложа руки?
— Я в курсе всех достижений Бриана Жубера, Стефана Ламбьеля, Дайсуке Такахаши. Особенно впечатляет прогресс японского фигуриста. Ведь при новой системе судейства совсем не обязательно включать в свои программы сложные элементы и каскады, а Такахаши как раз стремится насытить свои композиции элементами ультра-си, причем не в ущерб хореографии.
— Пропуская и нынешний сезон, вы, тем не менее, находитесь на ставке участника сборной России…
— Понимаю, на что вы намекаете. Мол, Плющенко не отрабатывает свою зарплату. Только она настолько мизерная, что ее даже не замечаешь. Речь идет о нескольких тысячах рублей. Причем каждый месяц на счет приходят разные суммы, и даже не знаешь, сколько именно. Серьезные выплаты от Фонда поддержки олимпийцев прекратились через год после победы в Турине.
Сегодня очень трудно найти спонсоров, готовых поддержать фигурное катание. Люди с деньгами предпочитают их вкладывать в футбол или хоккей.
Мне же приходится фактически оплачивать свою подготовку из собственного кармана. Каждая программа с учетом затрат на хореографа и костюмы обходится в приличную сумму. Ко мне приезжал мой друг Эдвин Мартон, чтобы сделать музыкальное сопровождение, и это обошлось в пять тысяч долларов. При этом нужно подготовить четыре варианта соревновательных композиций и парочку показательных.
— Готовы ли вы сдать депутатский мандат, чтобы сосредоточиться на подготовке к Олимпиаде в Ванкувере?
— Убежден, что этого не потребуется. Как раз сейчас сложнее сочетать депутатскую деятельность с выступлениями в шоу. Если я буду тренироваться в Санкт-Петербурге, проблем будет гораздо меньше. К тому же у меня хорошие помощники, которым я полностью доверяю.
— Почему вы отказались от участия в столь популярных сейчас телевизионных ледовых шоу?
— Из «Ледникового периода», где мне предлагали роль ведущего, я планировал перебраться в шоу на другом канале. Даже контракт подписал, но из-за травмы не смог выступать.
— Как вы оцениваете сейчас свою форму?
— Врачи не исключают, что потребуется еще одна операция. Съезжу в Мюнхен в клинику, где меня приводили в порядок, и только после этого можно будет ставить какой-то вердикт.
Пока стараюсь поддерживать физические кондиции. Увлекся кикбоксингом и специально занимаюсь со специалистом по этому виду единоборств.
Не забываю о теннисе и футболе.
— За «Зенит» болеете?
— Странный вопрос! Конечно, переживаю за команду из Санкт-Петербурга.
— Где вы были во время «золотого» матча в Раменском?
— Ехал в машине и смотрел игру по телевизору. Когда вышел из автомобиля, меня приветствовали футбольные фанаты. Увидев телевизор и узнав, что я смотрел матч, они сказали: «Круто!»
