Цивилизация
Во время недолгого пребывания российских волейболистов в столице Испании Яковлев загорал на крымских пляжах. Впрочем, ни о каком бойкоте сборной с его стороны речь не идет. Дело в том, что Роману в июне была сделана операция на колене. И врачи порекомендовали два месяца его не нагружать. Об этом и многом другом он рассказал в своем интервью в родном Харькове. В этот украинский город в гости к родителям Яковлев заехал как раз накануне старта финального турнира Мировой лиги. И тогда он довольно оптимистично высказывался о шансах своих партнеров.
— Посмотрим, что у ребят без меня получится. Конечно, я за них переживаю. Мне обидно, что не могу помочь команде. Но надеюсь, выступят не хуже, чем могли бы выступить со мной. Во всяком случае, в предварительных играх на пути к финальному турниру наша сборная показывала неплохую игру. Здорово было бы повторить прошлогодний успех. В 2002 году мы наконец-то сумели выиграть Мировую лигу. Впервые за 13 сезонов она России покорилась.
— Это вообще ведь была первая настоящая победа сборной после завоевания Кубка мира в 1999 году.
— Почему-то так получается, что практически во всех турнирах на конечных стадиях побеждает кто угодно, но только не Россия. Это крайне угнетает. Так, в 2000-м в финале Мировой лиги, выигрывая всю игру, проиграли итальянцам. Еще обиднее поражение в олимпийском финале Сиднея от югославов. Потому что вообще тогда у нас игры не было. То ли перегорели, то ли еще что-то. Но проиграли абсолютно безвольно. Это оставило крайне тяжелый осадок. В 2001 году тоже неудачный получился сезон. На чемпионате Европы только третьими стали. А в 2002-м уже после победы над Бразилией в финале Мировой лиги проиграли ей же в финале чемпионата мира. Не надо нам было всё доводить до пятой партии. Если бы после того, как взяли первый сет, дожали бы бразильцев во втором, они бы сломались. Именно так было в финале Мировой лиги. Мы тогда повели по партиям 2:0. После чего немножко расслабились и проиграли третью. Зато в четвертой одержали уверенную победу. Могла бы такая ситуация повториться и на чемпионате мира. Всё находилось в наших руках. По большому счету, это не бразильцы нас обыграли, а мы им уступили. Последнее очко в том матче вообще перед глазами до сих пор стоит. Это не поддается никакому описанию. Налберт с трясущимися руками вышел на подачу и не попав толком по мячу, положил его в самую линию. Такой мяч нереально было поднять.
— Роман, а как и когда вы получили травму, не позволяющую сейчас выступать за сборную?
— Дело в том, что это рецидив старой травмы. Два года назад, как раз играя за сборную России на чемпионате Европы, я травмировал колено. Тогда его пришлось сразу оперировать. Потому что был разломан мениск. Приблизительно в феврале этого года случился рецидив. Играли групповой турнир Лиги чемпионов, и я почувствовал боль в ноге. Вроде бы травму удалось залечить. Без особой физической боли доиграл чемпионат Италии. Но после него врачи всё же решили пойти хирургическое вмешательство. Оказалось, что отломался еще кусочек мениска. Этот кусочек удалили. За одно целиком посмотрели колено. Со всем остальным в нем вроде бы всё в порядке. Теперь колено заживает. Восстанавливается потихоньку. Мне его прооперировали 4-го июня. Врачи сказали, что можно начинать прыгать где-то через два месяца после операции. А сейчас лучше дать колену отдохнуть. За 40 дней оно должно вернуть свои кондиции. Соответственно, где-то в середине июля буду давать первые нагрузки. Дабы поддерживать его в тонусе.
— Вы в завершившемся сезоне вместе с «Моденой» стали экс-чемпионом Италии. Поменяли «золото» 2002-го года на «серебро» 2003-го. И также второй стала «Модена» в Лиге чемпионов, уступив в финале белгородскому «Локомотиву-Белогорью». В связи с этим, как расцениваете минувший сезон?
— Поскольку не получилось ничего выиграть, оказался он довольно неприятным. А ведь всё было так близко. Всё можно было потрогать руками. Но ничего не удалось взять. Поэтому от сезона остался горький осадок. Плюс еще эта травма.
— После финала Лиги чемпионов довелось в российской прессе прочитать интервью главного тренера «Локомотива-Белогорья» и сборной России Геннадия Шипулина, в котором он говорил, что встречался с вами, предлагал вернуться в Белгород. Но якобы люди, которые окружают вас в Италии, дурно на вас влияют и препятствуют переходу.
— Я тоже читал это интервью. И абсолютно не понял, что он имел в виду. О ком он говорит? О каком окружении? При встрече надо будет обязательно выяснить. У Шипулина зачастую бывают такие заявления, которые тяжело разобрать и понять. Скажу точно: пока я имею контракт с «Моденой», в «Локомотив-Белогорье» не собираюсь. Тем более что за белгородскую команду на моем месте диагональщика играет Сергей Баранов. Причём играет совсем неплохо. Да и вообще, в Белгороде сейчас выступает практически вся сборная России. Плюс один из сильнейших либеро в мире аргентинец Меано. «Локомотив-Белогорье» по-праву выиграл Лигу чемпионов. О чемпионате России я даже не говорю. Всем было ясно еще до его старта, кто завоюет золотые медали. По составу это самая сильная команда в стране. А в финале Лиги чемпионов «Модена», к сожалению, не смогла оказать белгородцам достойное сопротивление. У нас как раз на то время спад пришелся. После поражения от «Локомотива-Белогорья» мы проиграли еще и три игры подряд в чемпионате Италии. Однако это ничуть не умаляет заслуг российского клуба. Я очень рад за команду. Знаю, как ребята хотели выиграть Лигу чемпионов. Хотели и добились.
— Вы говорите, хороший волейболист Сергей Баранов играет на вашей позиции в «Локомотиве-Белогорье». Он же сейчас выступает и в сборной. Не боитесь потерять место в национальной команде?
— Место диагональщика всегда было в сборной России таким, на которое претендовало довольно много игроков. Например, три года назад конкурировали я, Герасимов и Динейкин. Сейчас почти всё тоже самое. К тому же выросли молодые ребята. Тот же Баранов, например. Но мне очень хочется вернуться в сборную и отвоевать это место. Я мечтаю съездить на Олимпиаду в Афины и вернуться оттуда чемпионом. Прекрасно понимаю, что через пять лет, когда мне исполнится 32, на Олимпийские игры-2008 я вряд ли попаду. Насколько я знаю, в юношеской сборной России из 17-летних волейболистов, которые в этом году выиграли чемпионат Европы, есть весьма приличные ребята. Сам ни разу в деле их еще не видел, но слышал, что играют на серьезном уровне. Через пять лет я им могу уже быть и не конкурент. Ведь волейбол на месте не стоит. Движется вперед. Молодые сейчас и прыгают выше и бьют сильнее.
— Почему вы, будучи родом из Харькова, в свое время приняли решение играть за сборную России, а не за сборную Украины? И вообще, остро ли стоял для вас такой выбор?
— Я ведь играл и за сборную Украины. Только за молодежную. Участвовал в 1994 году в молодежном первенстве Европы, а в 1995-м — в отборочных играх к первенству мира. Но в 1995 году я получил российское гражданство и переехал в Белгород. После чего особых мыслей, за какую именно сборную играть, не возникало. Всё-таки разница в классе между сборными России и Украины ощутима. После последней игры за Украину я два года не имел права выступать за Россию. Этот карантин истек в августе 1997-го. Тем не менее в тот год меня не взяли на чемпионат Европы. Думаю, что Платонов тогда просто не рискнул брать парня, который до сих пор ни разу за сборную не играл. Хотя сезон в «Белогорье» у меня получился хорошим. Зато вот с 1998 года в сборную меня регулярно привлекают.
