У террористов проверят паспорта

На российских вокзалах усилены меры безопасности

Григорий Туманов, Глеб Климентьев 30.11.2009, 18:47
Константин Куцылло

После катастрофы «Невского экспресса» МВД на транспорте пообещало усилить меры безопасности. Теперь на российских вокзалах станут чаще проверять паспорта, а оперативники в штатском будут прочесывать улицы без выходных и отпусков. Эксперты, вспоминая, как менялись меры безопасности после терактов прошлых лет, считают, что, несмотря ни на что, безопаснее в России не станет.

Московское УВД на железнодорожном транспорте усилило меры безопасности на столичных вокзалах. После подрыва «Невского экспресса» руководство ведомства решило на 25% увеличить число сотрудников милиции, патрулирующих вокзалы Центрального федерального округа. Выходные и отпуска для оперативников отделов криминальной милиции отменены до особого распоряжения, заявила РИА «Новости» официальный представитель московского УВД на железнодорожном транспорте Татьяна Агапова. Для патрулей кинологической службы организованы дополнительные маршруты, на вокзалах усилен паспортный режим, а их окрестности будут прочесывать оперативники в штатском. «Главное требование ко всем задействованным силам — повышение бдительности», — сказала Агапова.

О том, что меры безопасности будут усилены, сотрудники правоохранительных органов говорили после каждого теракта, происходившего в России.

Основное количество подобных заявлений им пришлось сделать в период первой чеченской кампании. В большинстве случаев дело ограничивалось усилением паспортного режима. Чаще проверять паспорта, преимущественно у «лиц кавказской национальности», милиционеры стали с 1995 года, после теракта в больнице Буденновска, когда группа из 195 боевиков под руководством Шамиля Басаева захватила в заложники более 1,5 тыс. человек. После провалившихся переговоров и неудачного штурма российские власти позволили террористам уйти в обмен на живых заложников. Тем не менее без жертв не обошлось: 129 человек погибли, 415 оказались в больницах с ранениями различной степени тяжести. Тогдашние директор ФСБ Сергей Степашин и глава МВД Виктор Ерин подали в отставку.

Теракты в Москве начались 11 июня 1995 года. На перегоне между станциями метро «Тульская» и «Нагатинская» сработало самодельное взрывное устройство мощностью около 700 граммов тротила. Погибло четыре человека, 12 получили ранения. Взрывы в московском метро гремели и в 2000-м, и в 2004 годах. Так, 5 февраля 2000 года взрывное устройство сработало на станции «Белорусская-кольцевая». Обошлось без жертв, ранения получили 20 человек. В августе того же года взрыв прогремел в подземном переходе на Пушкинской площади. Взрывным устройством мощностью 800 грамм в тротиловом эквиваленте, начиненным винтами и шурупами, были убиты 13 человек и ранены более 60. Последний теракт в московском метро произошел 6 февраля 2004 года. На перегоне между станциями «Автозаводская» и «Павелецкая» в одном из вагонов взорвалась самодельная бомба мощностью 4 кг в тротиловом эквиваленте. Погибли 42 человека, еще 250 были ранены.

Тем не менее оснащать столичную подземку видеокамерами наружного наблюдения московские власти стали только в 2005 году.

В качестве эксперимента их устанавливали на кольцевой линии, а в 2006 году начали оборудовать ими все остальные ветки. После терактов в 2000 году столичные власти ограничились тем, что распорядились передвинуть на несколько десятков метров от подземных переходов и входов на станции метро торговые киоски.

Какого-либо четкого плана по предотвращению терактов, вспоминает член комитета Госдумы по безопасности Геннадий Гудков, не было и после взрывов домов в Москве, Буйнакске и Волгодонске, происходивших в 1999 году. Тогда погибли в общей сложности 307 человек, еще 1700 человек пострадали. Наряду с патрулями милиции, говорит Гудков, в этих городах организовывались добровольные отряды горожан, осматривавших подвалы жилых домов в поисках гексогена.

«С тех пор видеокамер стало больше, но стратегии борьбы с терроризмом так и не появилось, а камеры, как мы видим сейчас, не особенно помогли», — заметил депутат в беседе с «Газетой.Ru».

Когда началась вторая чеченская война, говорит он, у сотрудников ФСБ и МВД в руках были все законодательные механизмы для предотвращения терактов, но делать это им не удавалось, считает Гудков. На 2000 год пришлось около пяти терактов на Северном Кавказе, но самым громким стал «Норд-ост» в Москве в 2002-м. Тогда группа боевиков захватила в заложники более 900 посетителей Театрального центра на Дубровке. Из-за усыпляющего газа, применявшегося во время штурма, погибли более 120 человек. Еще один громкий теракт произошел в 2003 году: на перегоне Подкумок — Белый уголь подорвали поезд Кисловодск — Минводы. В результате взрыва радиоуправляемых бомб состав сошел с рельсов. Погибли 7 человек, еще 80 пассажиров получили ранения. Тогда, как и в случае с недавним подрывом «Невского экспресса», правоохранительные органы решили временно усилить контроль на российских вокзалах.

«А дальше были новые взрывы в Москве, теракт в Беслане. Каждый раз временно усиливались меры безопасности, людей тщательнее досматривали, оперативники кого-то искали, но для борьбы с терроризмом нужен полноценный план. И за идеологию здесь должна отвечать ФСБ, ведь это ее дело», — считает Гудков. По его мнению, разработкой плана должны заниматься в Совете безопасности «и первую скрипку там должна играть ФСБ».

В том, что без единой стратегии бороться с терроризмом не получится, с депутатом согласен и эксперт Института проблем естественных монополий (ИПЕМ) Олег Трудов. «Проблема терроризма относится ко всему миру. Здесь нужны системные действия», — сказал он «Газете.Ru». По его словам, временное усиление мер безопасности на российских железных дорогах не поможет справиться с террористической угрозой: «Нужно не повышать безопасность на железнодорожном транспорте, а вообще бороться с терроризмом. Не надо на каждом километре ставить по милиционеру или охраннику, нужно проводить мероприятия, которые бы сводили угрозу на нет». «Если сегодня заложили взрывчатку на железной дороге, которая в России всегда отличалась безопасностью, то завтра заложат на каком-нибудь заводе», — говорит Трудов.

При отсутствии единой концепции предотвращения терактов обеспечивать безопасность на железной дороге труднее всего, объясняет он: «Если в самолете можно контролировать все точки входа, то здесь — нет. Нельзя же всю железнодорожную сеть оградить железным забором».

Усиление режима безопасности на российских железных дорогах, говорит Трудов, вводится при малейшей угрозе теракта, но когда на рельсы начинают подкладывать бомбы, то найти и обезвредить их практически невозможно, проще предотвратить их появление на путях.