Цивилизация
Мятеж подняли силы полицейского гарнизона. В начале дня в столице городе Кито и нескольких других городах полицейские покинули казармы, выйдя на спонтанные демонстрации с требованием вернуть только что отобранные правительством льготы. По новым законам, эквадорские правоохранители лишались значительных выходных пособий, а индексация их зарплат более не росла ускоренными темпами. Громче всего протестовали стражи порядка в столице: они устроили импровизированные баррикады из подожженных автомобильных покрышек. Вскоре к ним присоединились части подразделений ВВС страны, заблокировавшие работу столичного аэропорта.
Корреа решил успокоить митингующих лично, но, как только президент появился в расположении полиции на севере Кито, ситуация быстро вышла из-под контроля. На Корреа посыпались оскорбления, толпа угрожающе стянулась вокруг него. В ответ президент, показывая, что на нем нет бронежилета, стянул галстук и расстегнул рубашку: «Хотите убить президента, вот он. Убейте его, если хотите. Убейте, если достаточно храбрые для этого».
К ногам президента полетели гранаты со слезоточивым газом, одна из которых разорвалась совсем рядом с Корреа. Охрана главы государства приняла решение срочно его эвакуировать, но при бегстве из части Корреа поранил ногу.
Близлежащий полицейский госпиталь, в который был доставлен президент, быстро окружили мятежные части. Выставленных перед входом президентских охранников смяли и заменили полицейскими, ставшими для Корреа конвоем. Вокруг здания было выставлено оцепление.
По телефону Корреа объявил, что считает себя «практически пленником», а случившееся назвал «попыткой государственного переворота», организованной «кучкой неблагодарных бандитов».
Большую часть дня Корреа провел в больнице, а в это время столица начала погружаться в хаос.
Пока с балкона президентского дворца Каронделет сподвижники Корреа в мегафоны призывали горожан выдвинуться к больнице, мятежная полиция блокировала здание Национальной ассамблеи вместе с приехавшими туда депутатами. Сторонников Корреа полицейские задерживали без объяснений. Мародеры, начавшие погромы торговых рядов в столице, напротив, остались безнаказанными.
Корреа, которого не лишили телефонной связи, вышел в эфир, объявив, что никаких переговоров с мятежными офицерами вести не будет. «Я не подпишу ничего под давлением», — добавил он. Он обвинил в попытке переворота «засланные элементы», заметив, что считает подстрекателем мятежа бывшего президента, а ныне лидера правой оппозиции Лусио Гутьерреса.
Эксперты не берутся утверждать, что мятежные полицейские на самом деле хотели свергнуть правительство, а не только добиться возвращения им льгот. Против версии заговора говорит и то, что у мятежа не было единого руководства, а действия восставших частей были спонтанными.
Вскоре после заявления президента было объявленное чрезвычайное положение. Столичный аэропорт по-прежнему не работал, подъездные дороги к столице были перекрыты мятежной полицией.
Военные остались на стороне президента. Генерал Эрнесто Гонсалес, приглашенный в эфир национального радио, объявил: «Мы стоим за верховенство закона… и подчиняемся высшей государственной власти, представленной президентом республики».
Примерно в 22.00 (06.00 пятницы по мск) верные правительству войска числом около 500 человек начали штурм больницы и вызволили оттуда президента.
Окруженный толпой спецназовцев в черных бронежилетах, в том же костюме и голубом галстуке, что и с утра, но в противогазе, Корреа был вывезен из здания на кресле-каталке.
После освобождения Корреа немедленно отправился в президентский дворец, с середины дня окруженный его сторонниками. По словам президента, в ходе штурма больницы был убит один мятежник: «Поверьте мне, когда меня освободили и сказали, что по меньшей мере погиб один полицейский, я заплакал, не от страха – от грусти». «Красный крест» сообщает о еще одном убитом мятежном полицейском.
В ходе кризиса Корреа получил однозначную поддержку от мирового сообщества. С осуждением попытки госпереворота выступили ООН, США и Евросоюз.
