Мещанский суд Москвы отклонил иск корреспондента журнала The New Times Натальи Морарь к ФСБ. Суд счел, что деятельность, которой занималась гражданка Молдавии, несовместима с работой журналиста. Такое решение было принято на основании секретных документов, предоставленных ФСБ. Во время оглашения этих материалов журналистов попросили из зала удалиться.

Мещанский суд Москвы в понедельник отклонил жалобу корреспондентки журнала The New Times Натальи Морарь на запрет въезжать в Россию.

Слушание дела было назначено на девять утра понедельника в здании Мещанского суда города Москвы. В конце марта этот же суд уже отказал в удовлетворении требования адвоката Морарь Юрия Костанова к ФСБ раскрыть причины отказа во въезде в Россию.

На этот раз Костанов требовал в суде признать действия ФСБ незаконными. «Она имела разрешение миграционной службы на проживание и на работу в России. ФСБ такие разрешения аннулировать не имеет права», – утверждал он в суде.

Сторону силовых структур представляли два сотрудника ФСБ. Они напомнили суду, что въезд Морарь в Россию не разрешен в соответствии с положениями статьи 27 закона «О порядке выезда из РФ и порядке въезда в РФ». Другими словами, журналистка могла нанести вред «обороноспособности или безопасности государства либо общественному порядку».

Представители ФСБ довольно долго выясняли обстоятельства дела. Один из ответчиков несколько раз спросил Костанова, в чем же суть обвинений. Несмотря на ответы адвоката, сотрудники спецслужб несколько раз повторили свой вопрос. В итоге судья попросил закончить этот диалог, поскольку заявитель объяснил свою позицию. Затем представители силового ведомства поинтересовались, где в Москве жила Морарь: «На чем основано утверждение, что она имела место жительства в Москве. Вы можете назвать адрес?» Надо отметить, за несколько минут до этого адвокат предоставил в распоряжение судьи документы из миграционной службы с разрешением на пребывание и на работу в России. «Имея разрешение миграционной службы, она явно жила не на улице. Но если вам интересно, я наизусть не помню, но сейчас посмотрю», – ответил адвокат журналистки. Через минуту он уже зачитывал адрес ее проживания, а оба сотрудника ФСБ спешно принялись его записывать.

Затем тот же представитель ФСБ, который вначале не мог понять сути обвинений, спросил у Костанова, есть ли у Морарь аккредитация в журнале The New Times. Костанов спокойно разъяснил ему, что «никакая аккредитация в том журнале, в котором журналист работает, не нужна».

Спустя час после начала, представители ведомства попросили судью продолжить заседание в закрытом режиме, поскольку они собираются представить засекреченные документы. «Мы не получили санкции разглашения этих материалов от нашего поручителя», – пояснили они. По их словам, речь шла о документах, предназначенных «для служебного пользования». Костанов пытался протестовать, поставив под сомнение «секретность» этих документов. Но судья принял решение удалить из зала суда всех журналистов, в том числе коллегу и супруга Морарь – корреспондента The New Times Илью Барабанова.

Примерно через два часа изучения «секретных материалов» судья вынес решение отклонить жалобу. По ее словам, деятельность, которую вела Наталья Морарь в России, «не совместима с деятельностью журналиста». Мотивировочную часть постановления суд предоставит истцам через неделю.

Как рассказал «Газете.Ru» Илья Барабанов, «мы собираемся обжаловать решение в Мосгорсуде через неделю».

Четвертый месяц журналистка Наталья Морарь не может выяснить причины, по которым ей запрещен въезд в Россию. В декабре после служебной поездки ее не выпустили из аэропорта Домодедово. Формальной причиной стало то, что Морарь «угрожает безопасности и обороноспособности Российской Федерации». В феврале она заключила брак с Ильей Барабановым, гражданином России. Семейная пара пыталась вернутся в Россию, однако ей снова было отказано во въезде. Молодожены провели три дня в зоне для депортаций аэропорта «Домодедово». Не получив ни разрешения на въезд, ни объяснения отказа Наталья Морарь вынуждена была вернуться в Молдавию. По мнению коллег Натальи, причиной запрета на въезд в Россию стала критика журналисткой существующей власти.