Цивилизация
Президент Грузии Михаил Саакашвили считает, что его российский коллега Дмитрий Медведев не принимает сам никаких решений.
«Он очень правильно подобран. Мы договороспособны, мы принимаем решения. А там, на российской стороне, есть только один человек, который потенциально договороспособен… Поэтому когда мы увидели Медведева, я думаю, что у меня была такая же реакция, какая была и до сих пор есть у многих западных лидеров от разговора с Медведевым, что они от него всегда слышат то, что они хотят слышать. В принципе, это небольшая наука, но Медведев умеет это делать. Медведеву нравится это делать, насколько я понимаю», — заявил Саакашвили радио «Эхо Москвы».
«Но, конечно, когда первый разговор был, он сказал, что он унаследовал проблемы, которые существуют в двусторонних отношениях. Это не его вина, но он готов их разрешать, и в ближайшее время мы договорились еще раз встретиться и серьезно поговорить. Но после этого я послал несколько писем безответных. Вернее, ответ был написан Министерством иностранных дел в самом, что ни есть, радикальном тоне. Это гораздо больше, чем когда-либо раньше, кстати. Видимо, они подстраховывались все-таки. И потом последняя у меня встреча была с ним в Астане, такая короткая, но уже видно было, что он меня избегал, уже видно было, что он знал, что может произойти», — сказал президент.
«И насколько я могу себе представить, после нашей первой встречи его пригласили куда следует и конкретно объяснили, какие есть планы насчет Грузии, чтобы он второй раз не пускался в слишком уж открытые и конструктивные разговоры. С моей точки зрения, это так выглядело, потому что он уже, во-первых, избегал после этого контакта. В Астане я смог как-то с ним пересечься, хотя он там тоже меня избегал. Видно было, что он уже не склонен серьезно разговаривать, и все мои попытки с ним связаться по телефону после этого ничем не закончились», — отметил Саакашвили.
Президент Грузии вновь возложил вину за войну 2008 года на Россию.
«Я думаю, что решение про войну – это многократно доказано и после актом, который Владимир Путин принял в 2006 году. Минимум. Может быть, и в 2005 году. Я думаю, что оно связано было отчасти с украинской революцией, отчасти с внутренней российской ситуацией… Я думаю, что в 2006 году он (Путин. – «Газета.Ru») очень близко подошел к решению напасть на нас, но в какой-то момент он остановился. Я думаю, что он решил, что, во-первых, вооруженные силы России еще не готовы, не было инфраструктуры хорошей на Северном Кавказе к тому времени. Во-вторых, я думаю, что он пропагандистски подумал, что еще не готов. Потому что когда они потребовали списки грузинских детей, школ, и уже публично многие российские дети начали протестовать против этого, выглядело некрасиво. Не было еще идеального повода», — заявил Саакашвили.
«Он (Путин. – «Газета.Ru») меня-то предупредил в 2006 году, он мне сказал: «Мы вам устроим Северный Кипр». Но оказывается, он то же самое сказал генеральному секретарю НАТО, который пропустил просто это выражение и никак на него не среагировал», — рассказал президент Грузии.
