Цивилизация
Победительница «Голодных игр» и икона повстанцев Китнисс Эвердин (Дженнифер Лоуренс) не может говорить: ее пытался задушить один из двух возлюбленных Пит, которому промыли мозги в фашиствующем Капитолии. Лидер оппозиции Альма Койн (Джулиана Мур), несмотря на травмы Китнисс, планирует продолжать с ее помощью пропагандистскую войну и параллельно разрабатывает план теракта. Однако Сойка-пересмешница Эвердин не готова позировать перед камерами и, прихватив верный лук, во главе небольшого отряда отправляется на штурм Капитолия с целью убийства президента Сноу (Дональд Сазерленд), не подозревая, что главные опасности ждут ее в тылу.
К финишу киновоплощение «Голодных игр» подошло во всеоружии. Вторая серия третьего фильма франшизы получилась, пожалуй, самой эффектной в визуальном смысле и к тому же выходит в 3D. Уже на уровне экшена здесь есть все, что необходимо современному блокбастеру: взрывы, погони, подземное сражение со слепыми канализационными упырями и прорыв через лабиринт наглухо заминированного Капитолия. Разумеется, не обойдется и без несколько деревянной сентиментальной части, связанной с выяснением сердечных отношений между героями. Но этих эпизодов не так много — все-таки здесь не «Сумерки».
«Голодные игры» были первыми и остались лучшими в кратковременном расцвете жанра подростковой антиутопии.
Не в последнюю очередь благодаря исполнительнице главной роли Дженнифер Лоуренс, которая даже в большом студийном кино остается сильной характерной актрисой. Какое место франшиза займет в истории относительно, например, поттерианы, покажет время, но уже сегодня очевидно, что в последние годы не было другого сериала-блокбастера, который на каждом этапе так точно попадал бы в нерв времени. Да и вообще, пожалуй, интереснее всего «Голодные игры» смотреть тем, кто способен увидеть внутренние рифмы между футуристической гражданской войной и реальными сводками новостей.
Первая часть «Сойки-пересмешницы», напомним, хоть и собрала ворох ругани от фанатов (мол, пролог выпустили под видом полноценного фильма), идеально рифмовалась с повисшим в осеннем воздухе напряжением после прокатившейся по миру разноцветной революционной весны.
Когда в новом фильме в один клубок сплетаются все противоборствующие стороны (плюс некоторые экземпляры местной фауны), становится ясно, что размеренность предыдущей картины была необходима, чтобы перед заключительной бойней подробней разобраться в местном общественно-политическом раскладе.
Важнее, впрочем, здесь то, что «Сойка-пересмешница-2» выходит на экраны сразу после терактов в Париже и в небе над Синаем и параллели напрашиваются сами собой. Здесь тоже идет речь о разнице между террористами и повстанцами, так же не понимают, что делать с наплывом беженцев. Выход, который вслед за Сьюзен Коллинз (фильм педантично следует за первоисточником) предлагают «Голодные игры», тоже выглядит единственным здравым, пусть и банальным. Но тут стоит вспомнить, что и фильм адресован прежде всего подросткам, которым, пожалуй, давно не сообщали ничего более дельного.
