Цивилизация
«Подпольная империя» родилась в 2010 году в творческом браке канала HBO и Мартина Скорцезе, который выступил исполнительным продюсером и режиссером пилота. Его, очевидно, привлекла возможность вспомнить молодость и снять большую криминальную драму, с какими в кинопрокат уже давно не пускают. HBO преследовал другие цели: вновь консолидировать разбежавшуюся аудиторию сериала «Клан Сопрано» и побороться за электорат «периодических драм», который в последние годы голосует за конкурентов — каналы AMCб Starz и «Би-би-си».
От Скорцезе «Подпольная империя» унаследовала хитроумные гангстерские многоходовки; яркие, взрывные и в то же время пугающе реалистичные характеры; сочные диалоги, которые немедленно хочется издать серией «Правила жизни»; интерес к роли этносов в криминальном мире Америки — чернокожих, итальянцев, ирландцев и евреев — и постоянно меняющиеся правила игры. Сначала зрителю кажется, что все эти респектабельные джентльмены будут сражаться друг с другом по законам бизнеса и политики.
Но стоит только вникнуть в тонкости американской коррупции, как в кадр войдет какой-нибудь парень с дробовиком и вышибет всем этим деликатным шахматистам мозги.
От HBO сериал унаследовал парфеновскую любовь к историческим деталям: быт 1920-х воссоздан здесь с просто-таки гастрономическим смаком. Вот дантист дает пациенту в качестве обезболивающего кокаин. Вот работяга держит в руках известную антисемитскую книгу Генри Форда. Вот женщина любуется на чудо науки — инкубатор для новорожденных. Вот светский кружок обсуждает новость о том, что наследница Романовых чудом спаслась и уже в Америке.
Вот феминистки собираются в церкви, чтобы обсудить планы свержения патриархата.
«Подпольная империя» — местами скучноватая, но все равно эпическая история о том, как амбициозный казначей из Атлантик-Сити Наки Томпсон (Стив Бушеми) увидел во введении сухого закона возможность приумножить свои богатства и власть. И того и другого никогда не бывает много, а решив быть акулой, нужно постоянно куда-то плыть, так что Наки заодно приумножил и свои печали. Два года он вынужден был воевать с собственным почти что сыном — ветераном Первой мировой Джимми Дармоди (Майкл Питт). Три — с родным братом Илаем. Четыре — с федеральным агентом Нельсоном Ван Алденом (Майкл Шэннон), абсолютным фанатиком и садомазохистом. На фоне этих противостояний постоянные стычки с политиками, силовиками, конкурирующими кланами и опасными женщинами для него так, рутина. Решаемая, как правило, росчерком пера или телефонным звонком.
Предыдущий сезон закончился массовыми расстрелами в стиле HBO: как и в близкой по духу «Игре престолов», сценаристы устроили неожиданную чистку среди главных героев.
Зрители криминального сериала в отличие от поклонников фэнтезийного не стали заливать интернет слезами. Потому что за три сезона в «Подпольной империи» не осталось ни одного героя, который не заслужил бы смерти.
В четвертом сезоне, судя по первой серии, Наки и его свита окончательно погрузятся во тьму.
Война Томпсона окончательно выходит на федеральный уровень: бутлегер теперь работает и в Чикаго, и в Нью-Йорке, и в Гарлеме. Освобожденное в конце третьего сезона пространство занимают недобитые головорезы, в том числе Аль Капоне. Негр по прозвищу Мелок сцепился с итальянцами из Нью-Йорка за право быть номером два в криминальном мире.
В голосе Стива Бушеми все чаще проскальзывают интонации безумного Скруджа Макдака.
Как и любой властелин на четвертом сроке, он кажется зрителю воплощением ледяного безумия, стихийным и потому непобедимым злом. В его мутных рыбьих глазах по-прежнему что-то написано, но текст с каждой серией все мельче. Поди прочитай.
Отечественный зритель в «Подпольной империи», таким образом, находит приятный резонанс со всеобщим местным убеждением, что справедливости нет, власть порочна, а любому, кто попытается что-то изменить, придется несладко. Похожие мысли приходят в голову и после просмотра «Игры престолов», но «Подпольная империя» в этом смысле гораздо роднее. Достаточно сказать, что третий сезон закончился незабываемой прогулкой серого кардинала Америки Наки Томпсона по мостовой в Атлантик-Сити. Победивший всех настоящих врагов, но совершенно одинокий властелин мира растерянно шел в никуда. Ничего не напоминает?
