Цивилизация
Российское авторское общество (РАО), помимо выполнения своих непосредственных обязанностей, регулярно выступает в роли клоуна. Эта роль наверняка не учтена в должностных инструкциях менеджеров, но постепенно и вопреки всякой логике становится чуть ли не основной.
Поводом для очередной выходки РАО стал концерт самарских ветеранов, которые исполнили военные песни.
Часть из этих песен оказалась защищена авторским правом. РАО в лице своего самарского отделения предложило организаторам концерта – администрации одного из районов Самары – выплатить соответствующее авторское вознаграждение. Администрация отказалась, после чего защитники авторских прав подали заявление в прокуратуру. В прессе тут же появилась масса заметок на эту тему с самыми разнообразными заголовками. Журналисты изощрялись как могли, вплоть до утверждения, что РАО запрещает ветеранам петь военные песни.
В результате сегодня было обнародовано официальное сообщение РАО. Там охранители авторских прав выступили с разъяснениями своей позиции, которая оказалась не настолько глупой, посетовали на несовершенство законодательства
и обратились в Госдуму с предложением внести в Гражданский кодекс РФ изменения, которые позволят исполнять песни во время празднования 65-летия Победы без выплаты авторских отчислений.
Правда, получилось, как в том анекдоте, когда ложечки нашлись, а осадочек остался. Тем более что и раньше РАО попадало в подобные ситуации, но, видимо, ничему не научилось.
В прошлом году РАО потребовало от футбольной премьер-лиги авторские отчисления за песню «Футбольный марш» Блантера, которую исполняли перед каждым матчем. Эта ситуация разрешилась достаточно мирно, но только с помощью наследников композитора.
Тогда же произошла нашумевшая история с английской группой Deep Purple. В тот раз РАО потребовало с организаторов концерта легенд рока авторских отчислений – за то, что группа осмелилась сыграть свои собственные песни. Суд первый инстанции присудил РАО победу, о дальнейшей судьбе тяжбы сообщений не было.
В принципе, скандалы с авторскими правами возникают постоянно и не только у нас.
В то время, когда в России гремели баталии вокруг «Футбольного марша» и песен Deep Purple, 600 китайских писателей поинтересовались у Google, почему их произведения находятся в открытом доступе. Буквально на днях в мирной вроде бы Латвии экономическая полиция по заявлению нескольких местных писателей и издателей конфисковала сервера электронной библиотеки для инвалидов. Широкую известность получил иск британской рок-группы Pink Floyd к звукозаписывающей компании EMI, которая, по мнению музыкантов, недоплатила им кучу денег в далекие семидесятые и вообще всячески нарушает их авторские права. Музыканты даже приняли решение расстаться с фирмой, с которой их связывает 43-летняя история.
Перечислить все случаи «нарушения авторских прав» невозможно, их слишком много.
При этом мало кто спорит с тем, что авторы должны получать вознаграждение за свои произведения. Вот только ситуация такова, что существующие законы, которые охраняют интересы творческих людей, вступают в противоречие с суровой реальностью.
Речь даже не об интернете, где борьба поборников авторского права с пиратами похожа на сражение Геракла с многоголовой гидрой, — правообладатели убирают один ресурс, а на его месте тут же появляются два новых. Перевешать всех невозможно.
Вне интернета все тоже печально.
Должны ли владельцы гостиниц платить РАО за право транслировать телеканалы в номерах своих заведений? Каким образом рестораны и кафе будут учитывать, сколько раз у них прозвучала та или иная песня, и зачем? Нужен ли специальный налог на чистые CD и DVD и пишущие оптические приводы? Что, в конце концов, делать вот с такими бесплатными концертами, устроенными с благой целью?
Это было бы смешно, если бы не было грустно. Ведь вопросы, заданные в предыдущем абзаце, – отнюдь не риторические и не являются абстрактными логическими загадками. Это реальные проблемы, над решением которых бились лучшие умы РАО в последние годы. И если бы только они.
В России с 2008 года действует четвертая часть Гражданского кодекса, которая в целом соответствует международным конвенциям (Всемирной и Бернской) в части охраны авторского права. Основная проблема в том, что оба этих документа, на которых базируются национальные законы всех стран, которые к ним присоединились, были созданы в 1971 году, а в их основе лежит замшелый документ 1886 года.
С тех пор сменилась как минимум пара эпох.
Жить по законам вековой давности можно было в Средние века, да и тогда требовалось постоянно обновлять кодексы, чтобы сделать их актуальными. Поэтому можно только согласиться с РАО в том, что законы нужно менять, и порекомендовать сделать это как можно быстрее. РАО, конечно, старается изо всех сил. Например, поправки в Гражданский кодекс ожидаются уже в апреле этого года. Главное — не увлечься процессом: можно забыться и не увидеть за деревьями леса. Потому что, если доводить ситуацию до абсурда, вполне реально добиться того, что культурная жизнь заглохнет совсем.
Но пока суть да дело, казусы, подобные самарскому концерту ветеранов, будут случаться постоянно, предоставляя публике возможность в очередной раз обозвать собирателей «авторского налога» кровопийцами. Несправедливая оценка, но есть в ней некая историческая преемственность и сермяжная правда. Именно так в средневековье называли ненавистных сборщиков налогов. Еще их изрядно поколачивали при случае.
