Будущее уже наступило

— 30.04.08 12:10 —

Нашу планету начинает серьезно лихорадить. К ожиданиям мирового финансово-экономического кризиса, который, как утверждают, по масштабам и глубине будет сравним с Великой депрессией конца 20-х – начала 30-х годов прошлого века, к стремительному росту цен на углеводороды, к различным проблемам, возникающим в результате потепления климата, неожиданно добавился продовольственный кризис. Резкое подорожание основных продуктов питания, уже вызвавшее голодные бунты в ряде беднейших государств мира, стало еще одной «головной болью» мировой политической и деловой элиты.

Эксперты называют различные причины возникновения продовольственного кризиса. Среди них неурожаи в странах, являющихся ведущими производителями продовольствия, рост производства биотоплива, заметное увеличение потребления продуктов питания в Китае и Индии. Специалисты заявляют, что в ближайшие годы планету столь же неожиданно может поразить дефицит пресной воды.

Хронологическое совпадение нескольких глобальных кризисов и обострившихся проблем заставляет усомниться в правомерности подходов, пытающихся объяснить происходящее лишь с помощью анализа конкретных «отраслевых» причин.

По-видимому, речь должна идти о неких общих сдвигах, затрагивающих всю систему современного мирового политического и экономического порядка. Конечно, причины этих сдвигов, а тем более их вероятные последствия станут объектом анализа в сотнях мозговых центрах по всей планете. Над решением возникающих в связи с ними проблем будут ломать головы правительства большинства стран мира, ООН, международные финансовые и экономические институты, сотни тысяч ученых и аналитиков. О результатах всех этих изысканий говорить, разумеется, преждевременно. Но некоторые осторожные предположения можно высказать уже сейчас.

По-видимому, главная причина тесно спаянных друг с другом проблем связана с глобальным изменением баланса сил в мире. Стремительный экономический рост таких гигантов, как Китай, Индия, Бразилия, ряда в прошлом наиболее бедных стран Тихоокеанского бассейна, появление в них значительного в количественном измерении среднего класса, который активно тянется к западным стандартам потребления – являются основными индикаторами изменений этих балансов.

Западное сообщество во главе с США, оставаясь по-прежнему лидером в области экономики, науки, технологий, в военно-политическом отношении, уже не может в одиночку определять основные направления мировой политики.

Поднимающиеся гиганты, несмотря на растущую мощь, претендовать на лидирующие позиции пока не в состоянии. В результате в мире возникает переходная по своей сути ситуация нарушаемого равновесия. И оказывается, что складывавшаяся столетиями (видимо, с начала колониального освоения европейскими державами остального мира) система мировых экономических связей, международных отношений, в основе которой лежит доминирование евроатлантического Центра над мировой периферией, не соответствует наметившимся сдвигам. Более того, плохо скрываемая растерянность, царящая в мировых политических и финансово-экономических центрах, свидетельствует о том, что у мировой политической, деловой и интеллектуальной элиты нет каких-либо осмысленных стратегий, концепций, по которым глобальную экономику и финансовую систему, весь порядок международных отношений следовало бы адаптировать к быстро меняющимся реалиям. Ситуация, к сожалению, осложняется еще и тем, что политика ведущих держав и их военно-политических группировок и экономических ассоциаций по-прежнему, в духе различных концепций Х1Х – ХХ веков, направлена на получение односторонних преимуществ в борьбе с конкурентами.

Как будет реагировать человечество на обрушившиеся на него проблемы? Вариант, который неоднократно использовался в предшествующие века, когда тягости кризисов перекладывались в основном на мировую периферию, а Центр, минимизировав потери, выходил из сложного периода модернизированным и еще более сильным, сейчас вряд ли пройдет. И периферия по экономической мощи и возможностям уже не та, да и ресурсы, в первую очередь энергетические, да отчасти и продовольственные, сосредоточены в руках расположенных в этой зоне мира стран.

Не исключено также, что всеобщий дефицит ресурсов, с которым столкнулось и в ближайшем будущем еще столкнется человечество, подтолкнет ряд стран, обладающих достаточным количеством таких ресурсов, к автаркии.

А это неизбежный путь к возникновению новых межгосударственных и региональных конфликтов и, вполне вероятно, новых войн и военных авантюр. Другой стороной частичной автаркизации неизбежно станет рост количества авторитарных режимов. Ведь одно дело проводить автаркическую политику в условиях изолированных национальных экономик второй половины Х1Х – первой половины ХХ веков, и совсем другое – в ситуации, когда сложилась глобальная экономическая система. В обстановке нарастающего изоляционизма в бедных странах тоже весьма вероятен рост авторитарных тенденций в политике. Ведь, как известно,

рационирование продуктов – не лучшее экономическое основание для утверждения и развития демократии.

Но впрочем, теоретически возможен и иной путь, переход к более полицентричному миру, основанному на ненасилии и многостороннем сотрудничестве, направленному на постепенное выравнивание роли различных стран и их союзов в решении планетарных проблем. Нет, не к новому многополюсному миру, поскольку за этой концепцией все равно проглядывают «силовые основания», а именно миропорядку, базирующемуся на равноправном сотрудничестве. И кто знает, может быть, горбачевское «новое мышление», явно не нашедшее мирового применения в условиях однополюсного мира и господства realpolitik, в новых условиях снова окажется востребованным?

Конечно, третья альтернатива на сегодняшний день кажется наименее вероятной. Но ведь

мы и не знаем глубины и масштабов кризисов, с которыми еще придется столкнуться человечеству.

В любом случае предстоящие годы будут временем непростых решений. Отсидеться, перекладывая решение растущих проблем на следующие поколения, не удастся никому. Ситуация потребует от мировых элит умения по-новому, без привычных стереотипов взглянуть на складывающуюся в мире ситуацию, политической воли, для того чтобы в случае необходимости отказаться от отживших институциональных форм, процедур и отношений. Ранее рассуждения о наступающих глобальных проблемах многими воспринимались лишь как теоретические конструкции, нацеленные на отдаленное будущее. А оно, похоже, уже наступило.