Цивилизация
С 15 декабря официальный курс американской валюты в Казахстане составит 322,5 тенге вместо действующего сегодня курса 311,9 тенге.
Это максимальный курс доллара к нацвалюте Казахстана за всю историю существования тенге — с 1993 года (валюта введена в обращение 15 ноября 1993 года).
На Казахстанской фондовой бирже тенге торгуется у отметки 328,5 тенге за доллар.
Нынешняя девальвация в Казахстане — третья за последнее время. Первая случилась в феврале 2014-го. Тогда власти назвали девальвацию «корректировкой» курса, обосновали неблагоприятной конъюнктурой на мировых рынках, снижением цен на нефть, оттоком капитала и ослаблением российского рубля.
Курс доллара в феврале подскочил с 155 до 185 тенге. Хотя незадолго до этого глава Нацбанка Кайрат Келимбетов утверждал, что причин для беспокойства нет, резкого изменения обменного курса не предвидится. От дальнейшего падения тенге спасли внеочередные президентские выборы.
Вторая девальвация произошла в августе этого года. Власти Казахстана объявили о переходе к свободному плавающему курсу национальной валюты и введении режима таргетирования инфляции, после чего курс тенге на Казахстанской фондовой бирже рухнул на 26%, до 255 тенге за доллар. Только за один день, 20 августа, тенге потерял по отношению к доллару почти 30%.
Нацбанк «палил» валюту, чтобы удержать курс тенге, упрекал регулятора президент Казахстана Нурсултан Назарбаев . На поддержание курса тенге за два года было потрачено $28 млрд.
Декабрьский обвал окончательно подорвал доверие населения к нацвалюте, что спровоцировало новый виток ее ослабления. Дело в том, что незадолго до этого, в ноябре, Назарбаев отправил в отставку главу Национального банка. С формулировкой «снижение доверия к банку и национальной валюте».
В стране ощущается дефицит тенговой ликвидности, снижается объем кредитования экономики, пенял Назарбаев. И назвал это «плохими показателями», над исправлением которых необходимо было поработать уже новому главе Нацбанка. Им стал Данияр Акишев. «Уверен, что образование и опыт Акишева помогут справиться ему с этой задачей», — говорил Назарбаев. Похоже, не помогло ни образование, ни опыт.
В конце ноября Назарбаев на фоне растущего курса доллара обратился с посланием к парламенту. На этот раз он не стал переводить стрелки на Нацбанк. Весь финансовый сектор должен работать эффективно в условиях «плавающего курса тенге», заявил Назарбаев. «Возврата к практике бесконечного поддерживания курса национальной валюты за счет средств Национального фонда не будет», — заверил он. А банки, не сумевшие решить проблему капитализации, «должны уходить из финансовой системы».
Граждан он тоже призвал не расслабляться. Народ обязан «работать лучше», жить по средствам, не «предаваться расточительности».
Еще одна антикризисная мера от Назарбаева — сократить список госпредприятий, не подлежащих приватизации.
Но на всякий случай Назарбаев предложил вывести Пенсионный фонд из-под контроля Национального банка и не кредитовать бизнес за счет пенсионных накоплений. Эти деньги следует использовать только для покрытия дефицита бюджета.
Остановить резкое ослабление нацвалюты не помог и этот набор антикризисных мер. Ключевая проблема экономики Казахстана — ее зависимость от экспорта сырья, единодушны эксперты. Нефтегазовый сектор обеспечивает 80% бюджета Казахстана. Назарбаев и в этой ситуации не теряет оптимизма, намекая, что падение нефти даже до $20 не cможет дестабилизировать политический режим.
«По моему поручению разработаны и продуманы варианты действий на случай снижения цен на нефть и до $30, и до $20 за баррель», — заявлял ранее глава республики.
Не способствует укреплению нацвалюты и непоследовательная политика ЦБ Казахстана. С одной стороны, регулятор отпустил тенге в свободное плавание, а с другой — пытается искусственно регулировать курс за счет нехватки ликвидности, отмечает в интервью порталу Forbes.Kz Галим Хусаинов, глава BRB Invest. «Все понимают, что курс регулируется, и поэтому девальвационные ожидания никуда не пропадают, а усиливаются, и в результате дедолларизация пробуксовывает», — говорит эксперт.
Астана выбрала не лучший момент для перехода к свободному курсу. Однако на фоне повышения гибкости валютных курсов соседних экономик — России и Китая — у Казахстана просто не было выбора.
