Цивилизация
Во второй день работы саммита стран БРИКС (Бразилия, Россия, Индия, Китай, ЮАР) в южноафриканском Дурбане главы государств обсудили меры стабилизации мировой финансовой системы и механизмы защиты стран БРИКС от экономических кризисов.
Механизмом межстрановой защиты от экономических потрясений может стать антикризисный фонд, параметры которого обсуждались в среду.
Объем антикризисного фонда может составить $100 млрд, уточнил министр финансов России Антон Силуанов. «Обсуждалось (на саммите) создание страховочного механизма в виде свопа. Речь шла о фонде в $100 млрд. В случае ухудшения платежного баланса той или иной страны страны-участники могли бы оказать межстрановую поддержку», — сказал Силуанов журналистам в кулуарах саммита БРИКС.
Речь идет не о бюджетных средствах, а о деньгах центральных банков. Каждый банк стран БРИКС сможет зарезервировать часть золотовалютных запасов, которые можно направить в виде свопа (обмена национальных валют по фиксированному курсу) на поддержку платежного баланса той или иной страны.
Силуанов сообщил, что доли участников в $100-миллиардном фонде могли бы распределиться следующим образом: $41 млрд — Китай, по $18 млрд — Россия, Индия и Бразилия, $5 млрд — ЮАР.
Но вопрос пока находится, по оценке министра, «в низкой стадии проработки», его обсуждение продолжится в апреле на саммите министров финансов G20 в Вашингтоне.
БРИКС остается приоритетом международного экономического сотрудничества для России, следует из выступления президента Владимира Путина на рабочем завтраке с деловыми кругами. Он сравнил страны БРИКС с пятью африканскими зверями. «БРИКС — это пять стран, а в Африке пятерка — это особый смысл. «Большая африканская пятерка» — традиционное название пяти видов млекопитающих, являющихся наиболее почетными и уважаемыми среди африканских охотников: слон, носорог, буйвол, лев и леопард», — пояснил Путин.
Ранее предполагалось, что объем антикризисного фонда БРИКС может составить $240 млрд. Обсуждались два варианта формирования фонда — в американских долларах или с помощью механизма специальных прав заимствования (SDR, искусственное платежное средство взаимных расчетов).
В качестве платежного средства может выступить доллар США или другие валюты из золотовалютных резервов. Часть этих средств может быть номинирована в национальных валютах стран БРИКС.
На финансирование из фонда смогут претендовать государства, которые столкнутся с дефицитом платежных балансов. Использовать деньги можно и в качестве кредитных линий в непредвиденных случаях. Эта схема, в частности, используется в Международном валютном фонде. Таким образом, создание антикризисного фонда позволит странам БРИКС создать быстрый механизм взаимного кредитования.
Источники Reuters ранее отметили, что Китай настаивает на выделении значительных резервов, чтобы на международном рынке «этот фонд воспринимали серьезно». По мнению представителей стран-членов, пожелавших сохранить анонимность, он может быть сопоставим с антикризисным фондом Китая, Японии, Южной Кореи и стран АСЕАН – «проектом Чианг Май». Межгосударственная финансовая программа была согласована в тайском Чианг Мае и запущена в мае 2000 года странами группы «АСЕАН плюс 3».
«Тактическая цель такого механизма — удержание курсов национальных валют или решение краткосрочных проблем с ликвидностью. Сверхзадача — снизить зависимость от Международного валютного фонда», — поясняет источник в экспертных кругах.
При необходимости любой участник пула получает финансирование в размере собственного взноса, умноженного на индивидуальный мультипликатор. Критерии расчета мультипликаторов зависят от результатов переговоров стран-участниц.
По мнению профессора Корнельского университета Эсвара Прасада, южноазиатский фонд и фонд БРИКС «бросают серьезный вызов существующим международным финансовым институтам». «Вне зависимости от успешности функционирования региональных фондов, они могут повлиять на ускорение реформ уже существующих институтов», — полагает он.
Размер фонда в $100 млрд нельзя назвать большим, учитывая, что размер помощи каждой отдельно взятой стране зависит от исходного взноса и мультипликатора (пока неясно, каким он может быть для России), говорит главный экономист ING в России Дмитрий Полевой.
«Сейчас платежный баланс России более или менее сбалансирован, но если случится повторение ситуации 2008 года, когда дефицит платежного баланса в четвертом квартале 2008 года достигал $120 млрд, то $18 млрд, на которые может претендовать Россия из фонда, даже с учетом мультипликатора вряд ли помогут», — говорит Полевой, указывая, что «большая гибкость курса рубля — залог неповторения ситуации 2008 года, поэтому смысл в создании подобного фонда имеется».
Смысл любого антикризисного фонда в том, чтобы в случае необходимости страна могла получить кредит, превышающий размер ее взноса в фонд, уточняет старший научный сотрудник Центра развития ВШЭ Сергей Пухов. «Мультипликатор, как правило, высчитывается, исходя из максимального взноса ($41 млрд) и объема фонда ($100 млрд).
В данном случае максимально возможный мультипликатор – 2,5. Во столько раз больше своего взноса может получить каждая из стран БРИКС, включая Россию», — говорит Пухов. Но мультипликатор может учитывать и политическую составляющую, то есть является предметом переговоров, добавляет Пухов.
Таким образом, максимальный объем средств, на которые могла бы претендовать Россия, составляет $45 млрд.
По мнению Пухова, Россия может направить средства из фонда на погашение внешнего госдолга. «Он невелик, но смысл создания антикризисного фонда с точки зрения интересов России – заверить западных инвесторов, что возврат их средств гарантирован», — говорит Пухов.
